Спаси моего дракона (СИ)

Я гладила урчащую довольную ящерицу, до ее морды я с земли смогла дотянуться только потому, что она сама склонилась ко мне.
— Кажется, бежать надо в самое ближайшее время, — сказала я, складывая пожитки в углу пещеры, — денег у меня не осталось, но можно будет продать цепочку от медальона, когда будем обустраиваться на новом месте.
С собой в замок я забрала только те покупки, которые не вызвали бы подозрения: гребень, иголки, зеркальце, а еще тетрадь и письменные принадлежности. Все сложила в корзинку. Когда все будут хвастаться покупками, скажу, что потратилась на цирковое представление, булавки и на обед.
Как я ни торопилась, в замок я вернулась уже под вечер. Кажется, я припозднилась.
— Ты вроде следом за нами шла, — сказала с подозрением одна из служанок.
— Я представление смотрела, потом с одним из циркачей разговаривала, — уклончиво сказала я.
— А у нас тут новенький, как раз из циркачей, — шепнула мне Марта, — такой красивый, ух! Жаль, статусом не обладает, да и денег нет. Но, может, он в твоем вкусе.
Я как раз заливала кипятком травяной настой для леди Кристины, когда в кухню вошел новенький. Только чудом я не выронила котелок с кипятком, потому что новеньким оказался Митка.
  
Глава 14
 
Утром первый, кого я встретила на кухне, был Митка. Он показывал мальчишкам-поварятам фокусы, а те заливисто смеялись и пытались разгадать, в чем секрет. Не думаю, что у мальчишек будет другая возможность в жизни посмотреть цирковые представления, раз они уже сейчас вынуждены работать.
Он заметил меня и улыбнулся. И так тепло стало от этой улыбки, словно он обещал, что весь день будет хорошим.
— Светлого дня! — на построение сегодня пришел сам Клод.
Все зашевелились и быстренько заняли свои места в шеренге для получения ежедневных обязанностей. Меня давно уже не отправляли на что-то специальное, в основном я занималась приготовлением каких-то замысловатых блюд для леди Кристины и леди Траверти, подавала напитки и помогала им с мелкими поручениями. Но эти дела возникали в течение дня. Когда делать было совсем нечего, я выводила леди Кристину на воздух или читала ей книгу. Я даже пыталась развлечь ее рукоделием, но она оказалась совершенно ни к чему не приспособлена: ни желания, ни усидчивости.
— Весна вступает в свои права, вскоре в замке будет больше гостей, а там и свадьба молодого лорда. Господа едва ли все в замке поместятся, — начал Клод довольно пафосно, — поэтому и число слуг будет расти. Скоро у всех у нас будет столько работы, что и присесть некогда, но зато и денег прибавится.
Раздался одобрительный гул мужских голосов и несколько восхищенных женских вздохов.
— Вчера приняли нового работника, Митрия. Сильный, статный, обходительный. Посмотрим, на что сгодится: во двор или в лакеи, — отрекомендовал циркача управляющий.
После трат на ярмарке известие о дополнительной работе и новых доходах не вызвало ничего, кроме воодушевления. Что ни говори, а Клод грамотно эту новость преподнес.
— Давно пора свадьбу играть, — услышала я перешептывания горничных за спиной, но сделала вид, что увлечена лепкой сырников, — а то не ровен час, родит невеста до свадьбы.
— Ой, Марта, любишь ты языком почесать! Ледя наша ведет себя благочестиво, в комнате своей почти все время или со служанками, она к лорду не подходит даже!
— Не знаю, как насчет лорда, но горничные всегда больше о хозяевах знают, чем те могут представить. Никто не задумывается, что может о хозяине белье рассказать, — заговорщицки ответила та.
— Ой, и не противно тебе в чужом грязном белье копаться! — возмутилась еще одна сплетница.
— Да в том-то и дело, что белья грязного нет, а леди у нас больше месяца живет, — припечатала товарок Марта убойным аргументом.
Кажется, о беременности Кристины скоро будет известно всем в этом замке. Ну разве что сам Патрик живет так, будто совсем не в курсе и не интересуется моральным обликом будущей жены. А если ей потом суждено стать хозяйкой замка, то слуги сразу должны ее уважать, а не судачить на кухне.
 
Пока я поджаривала творожные кружочки до румяной корочки, успела заметить, как активно всем помогает Митка. То воды натаскает поварам, то с дровами поможет, то тяжести женщинам донесет, то дверь придержит. Весь такой приятный и обходительный. Не удивлюсь, если к вечеру вся женская половина слуг, не исключая пожилую экономку, будет в него по уши влюблена.
Почему-то при мысли об этом сердце как-то болезненно сжалось. Боже, Полина, неужели ты ревнуешь этого очаровательного, но совершенно незнакомого мужчину?
Когда сырники были готовы, Митка неслышно скользнул мне за спину и помог отнести тяжелую чугунную сковороду в мойку.
— Такие нежные руки не должны носить тяжестей, — прошептал он едва слышно.
— Митрий, благодарю за помощь, но это привычная для меня работа, — сказала я, немного смутившись.
— Своей будущей жене я бы не позволил так напрягаться, — проворковал он.
Жене? При чем тут его будущая жена?
  
14.2
 
Я несколько раз мотнула головой, чтобы избавиться от наваждения, пока поднималась наверх с завтраком.
Кажется, Митка решил завоевать доверие всех обитателей замка. Хороший план, если он хочет сделать карьеру и получить более престижную и оплачиваемую работу. Вот только зачем ему, привыкшему жить вольной жизнью странствующего циркача, понадобилась скучная служба лакея или мажордома? Но с его обходительностью он вполне сможет добиться благосклонности какой-нибудь обеспеченной вдовушки, которая наверняка приедет к лету на побережье.
Леди Кристины в комнате не оказалось. Я поставила поднос на столик, заглянула в ванну, проверила окна и даже подушки переворошила. Девушка, ведущая затворнический образ жизни, покинула свои покои, даже не позавтракав.
В камине тлели угли. Это показалось мне странным, так как ночи уже довольно теплые и топка не требовалась. Либо это очередная блажь беременной, либо девушка срочно от чего-то избавлялась. Например, от письма.
Я даже пошебуршила кочергой в камине, но нашла только обгорелые кусочки бумаги. Скорее всего, тайное послание было, но о его содержании остается только догадываться.
Оставив невесте лорда ее тайны, отправилась назад к себе. Но до лестницы спокойно дойти не получилось. Из розовой гостинной леди Траверти неслись не то что крики, визги. Кажется, хозяйка дома была не в себе.
Я прислушалась.
— Неблагодарная мерзавка! — отчитывала хозяйка дома невидимую собеседницу. — Ты совершенно не ценишь моей доброты!
Даже знать не хочу, кого можно так отчитывать.
— Ты сделаешь так, как я сказала, — послышался звук удара и всхлип.
Я вздрогнула.
— Если ты посмеешь ослушаться меня, то во время очередной прогулки случайно подвернешь ногу и упадешь в овраг, откуда твое тело достанут только следующей зимой, — зашипела леди Траверти.
Со стороны холла донеслись шаги. Кажется, не одна я заметила скандал. Мысли заметались как зайцы: пойти вперед и дать понять, что я все слышала? Ведь не ясно, друг идет или враг.
Не хотелось бы оказаться в одном овраге с бедняжкой, кем бы она ни была. Ноги сами понесли меня назад, к покоям леди Кристины.
Решено. Пережду там.
Я вбежала в пустые покои, сердце бешено стучало. Чтобы занять руки и оправдать свое нахождение здесь, я решила проветрить и взбить перину, собрать белье для стирки и заняться еще чем-то полезным, пока не вернется невеста лорда.
А что, если именно ее сейчас грозится убить будущая свекровь? Дрожащими руками я перебирала подушки, прикидывая, можно ли покинуть комнату и не попасться никому на глаза.
Тихо скрипнула дверь. Я повернулась. На пороге стояла леди Кристина, бледная, как сама смерть. Глаза ее блестели нездоровым блеском. На бледной коже ярко алели губы, а на щеке горел след от пощечины.
Казалось, она еле стоит на ногах. Я бросилась к бедняжке и помогла ей войти внутрь.