Боец 7: лихие 90-е (СИ)

Вряд ли. Я не такая уж важная птица, чтобы из-за меня адвокаты подрывались посреди ночи. Тем более в Америке. Тогда в чем же дело? Никаких других вариантов мне на ум не приходило.
Все разрешилось, когда у выхода я увидел Бесси.
— Поздравляем, ваша подруга внесла за вас залог, — сообщил мне полицейский, возвращая мои скромные пожитки. — Напоминаем вам о необходимости явиться на допрос или в суд по первому требованию.
Я вышел из дверей тюрьмы. Как у них официально называется то, что в России обозначено как СИЗО, даже не запомнил — видимо, мой мозг отторгал подобную информацию как нежелательную. Однако давно я не выходил ни из одного учреждения с такой охотой! Я провел там всего несколько часов, а ощущения были такие, как будто я глотнул воздух свободы впервые лет за пятнадцать! Всё-таки на свете есть места, куда лучше не попадать никогда и ни при каких обстоятельствах.
Бесси с тревогой смотрела на меня, не отводя взгляд ни на секунду. И что вот мне теперь с ней делать? Из-за нее я, по сути, оказался за решеткой. Она же меня отсюда и вытащила. Значит — что? Девчонка в меня уже втюрилась, что ли? Или такая совестливая оказалась? Или я ей для чего-то понадобился?
— Откуда у тебя такие деньги? — осведомился я. — Я же знаю, что залог — пять тысяч. Насколько я помню, у тебя не было денег даже на то, чтобы оплатить ночь в гостинице.
— Я внесла в залог золотое украшение, — проговорила Бесси, отводя взгляд. — У меня была бабушкина брошь. Настоящая, фамильная. Не бижутерия, — зачем-то добавила она.
— Ну ты даёшь, — удивился я. — Не ожидал. Спасибо.
Я посмотрел на часы. Начиналось утро. Я не знал точного часа, когда Семён планировал заехать за мной. Но, учитывая, что мы хотели сразу отправиться продавать машину… В общем, у меня оставалось, наверное, максимум часа два-три. Нужно было двигаться в сторону гостиницы. Ложиться спать было уже бессмысленно, но я должен был быть на месте. Встречу пропускать было нельзя.
— Как отсюда добраться до гостиницы? — спросил я.
— Сейчас, наверное, только на такси или пешком, — виноватым тоном ответила Бесси и поспешно добавила: — Я тебе покажу дорогу, я пройду с тобой!
— Вот и хорошо, — кивнул я. — Утренние пешие прогулки меня бодрят.
Мы побрели по рассветным нью-йоркским улицам. Сейчас они были мало похожи на тот разгул звуков и огней, который царил здесь днем и тем более вечером. Только редкие машины да ещё более редкие пешеходы говорили о том, что здесь живут люди. А беззвучно мигающие витрины и рекламные вывески скорее напоминали старую кинохронику — привет из какой-то далёкой жизни, которой здесь больше нет. Хотя я знал, что на самом деле пройдет каких-то полдня, и эти улицы снова загалдят на разные голоса.
Бесси как бы невзначай взяла меня под руку.
— Зачем ты это сделала, Бесси? — спросил я. — Ведь я для тебя никто. А фамильными драгоценностями не разбрасываются. Ты что же, сюда пешком прибежала? Меня на машине везли минут двадцать, наверное.
— Ну да, — грустно кивнула Бесси. — Так пешком и прибежала, а как ещё?
Она помолчала.
— Жизнь у черной женщины в Америке далеко не такая простая, как может показаться, — наконец выговорила она. — Несмотря на все разговоры о равноправии. Это только в кино все замечательно да по телевизору… Прости меня, пожалуйста, — ни с того ни с сего выпалила она.
— Значит, ты не поступаешь ни в какой колледж? — уточнил я.
Бесси помотала головой.
— На самом деле я очень хочу поступить, — сказала она. — Но это стоит слишком больших для меня денег. У меня такой суммы нет. Особенно если учесть, что платить надо каждый семестр.
— Понятно, — сказал я, глядя куда-то вдаль.
— Нам налево, — потянула меня Бесси, сворачивая на перпендикулярную улицу. Снова помолчав, она дрожащим голосом проговорила: — Я хотела сказать тебе спасибо. Для меня правда никто и никогда не делал того, что сделал ты. Вот так просто оставить на ночлег незнакомую девушку… А заступались за меня последний раз, наверное, в детстве. Да и то ради забавы. Тот, кто заступился, потом сам обижать начал.
 
Вдруг она остановилась, обхватила мою шею руками и изо всех сил прижалась своими губами к моим. Кгхм. Приехали. Ну вот и как на это реагировать? С одной стороны, кого я пытаюсь обмануть — когда меня целует симпатичная девчонка, я испытываю те самые чувства и желания, которые испытывает в такой ситуации любой здоровый мужик. И все они — сплошь положительные. С другой — в моем случае голову терять нельзя. За те сутки, которые я с ней знаком, Бесси уже натворила столько всего, что хватило бы на отдельную книжку. А ее версии происходящего были сумбурным и противоречили друг другу. Поэтому доверять ей было пока что рановато — во всяком случае, до тех пор, пока все окончательно не прояснится. Хотя, конечно, благодарность за то, что она вытащила меня из клетки, тоже никуда не денешь.
Ну и в-третьих и в самых главных, у меня всё-таки была Алина. Пусть она сейчас находилась за семь с половиной тысяч километров от меня, но обманывать ее я точно не хотел. Тем более что здесь я оказался для того, чтобы готовить почву для нашего с ней совместного быта. Так что все эти шашни нужно прекращать в зародыше, пока они не превратились в нечто большее, чем флирт, и не стало слишком поздно.
Я оторвался от Бесси и отрицательно покачал головой. Как ни крути, сейчас мне не хотелось ее расстраивать, но лучше уж так, чем затевать мыльный сериал с непредсказуемыми последствиями.
— Тебе лучше уйти, — проговорил я. — Это уже знакомые мне места, дорогу я найду. У меня утром назначена встреча, и я подожду своего приятеля в забегаловке неподалеку. И ещё раз спасибо тебе большое, что ты меня выручила.
— Но, Сергей, я… — Бесси умоляюще заглянула мне в глаза, но я только снова покачал головой.
— Тебе лучше уйти, — повторил я.
  
Глава 13
 
Ждать, как я предполагал, пару часов мне не пришлось. Когда Бесси убежала в гостиницу, я направился к забегаловке, из которой отлично просматривался гостиничный вход. Я планировал выпить кофе и съесть пару каких-нибудь бутербродов: утренний голод уже вовсю давал о себе знать. Вдруг откуда-то сбоку послышался знакомый шум мотора и прямо передо мной затормозил Семин драндулет.
— С добрым утром! — поприветствовал он меня. — Опаздываешь!
— Куда опаздываю-то? — ответил я. — Мы на конкретный час не договаривались.
— Так я тебе с утра в гостиницу звонил, а мне сказали, что ты как вечером ушел, так до сих пор и не появлялся. Ты, кстати, чего-то ты выглядишь не очень, — затараторил Семён, суетясь, как торговка на базаре перед проверкой. — Ой, да ты в обновках! Где ты всю ночь был-то?
— Мед-пиво пил, — мрачно буркнул я.
Не буду же я ему рассказывать про свои приключения с дракой и полицией. Во всяком случае, не сейчас.
— Ты что, уже начал знакомиться с местной злачной жизнью? Смотри, осторожней, — покачал он головой. — Это дело такое. Затягивает. У меня вон одноклассник сюда переехал годом раньше меня, ну и первым делом — по ночным клубам да автоматам. В результате так увлекся — едва жив остался! Хорошо ещё, на наркотики умудрился не подсесть — а ведь ему предлагали. Так и сказал — мол, Сема, проходу мне не давали, но я…
— Не переживай, — оборвал я этот поток воспоминаний. — Мне эту дрянь предлагать бесполезно. И азартные игры меня тоже не интересуют.
— Это хорошо, — одобрительно закивал Семён, — это очень хорошо. В наше время соблазнов столько! Не каждый удержится. Знаешь, какие ломались, ууу! Но ладно, давай к делу. Ты с соседом-то свой вопрос решил?
Обалдеть. Он даже не в курсе, что у меня не сосед, а соседка. Классный организатор, нечего сказать.
Я брякнул что-то отвлеченно-философское насчёт того, что все пройдет, пройдет и это. Мне не очень хотелось развивать тему с Бесси. Да что там говорить — у меня вообще пропало всякое желание иметь дело с чем-то, что ее хоть сколько-нибудь касается. Конечно, она вытащила меня из-за решетки, но, несмотря на этот благородный порыв, теперь я относился к ней с опаской. Кто знает, какие ещё у нее есть знакомые и что вообще у нее на уме. Всё-таки я сюда прилетел по делу.