Больно только в первый раз (СИ)

Во дворе через пару минут становится тихо. Такой поворот даже сильнее напрягает, чем вся остальная дурь этой собаки. Тишина в ее случае — это повод пойти проверить.
В глубине дома громко хлопает входная дверь. Шаги долбят по полу. Теперь хотя бы понятно, что собака почуяла хозяина.
Я оборачиваюсь на дверь, когда Денис Алиев, мой дядька, в нее заходит. Влетает практически, причем неожиданно. Он был в командировке, на это время отдал в мое распоряжение свою машину, за что ему спасибо. Вернуться должен был завтра, видимо, планы изменились.
  
Мой дядька — прокурор с выслугой чуть больше десятка лет. Ему тридцать пять, по идее, внуков его матери ждать не так уж и долго, хотя, опять же, не факт.
Я не доношу ложку до рта, потому что он сюда ворвался явно по мою душу.
Я так привык к вот таким взглядам в свой адрес в последнее время, что сейчас готов ложку погнуть.
— Ты уже вернулся? — удивляется его мать. — Раздевайся…
— Нам поговорить надо, — кивает он на меня. — Минуту нам дай, пожалуйста.
Медленно жую.
— Ну, поговорите… — покидает она кухню.
Дверь за собой прикрывает. На улице опять вой.
Денис снимает с себя куртку. Бросает ее на диван.
— Вот скажи мне, ты дебил? — спрашивает с расстановкой.
Я бы так не сказал, но решаю не распыляться.
— Ты на хрена Минниханову в морду дал?
— Чего?! — возмущаюсь я.
Я этого бизнесмена всратого не видел с тех пор, как меня в аул погнали. И морду я ему бить не стал осознанно. У меня мастер спорта по боевому самбо, я за пределами спортзала даже в шизе никого пальцем не трону, чтобы потом на нары не отчалить.
— Его вчера на парковке отметелили. Машину поцарапали. Я не пойму, ты хочешь в аул поехать?
— Какая парковка? — цежу я. — Что за дичь?
— Он в городе. По делам приехал. Ты то есть не знал?
— Откуда?! — загораюсь я. — Он мне что, отчитывается?!
— Я не знаю, — качает Денис головой. — Без понятия, кто тебе сказал.
— Не трогал я его! — я зверею. — Я знать не знаю, где у него дела!
— Ладно, — кивает он. — Чем ты вчера вечером занимался?
Чем занимался?!
Отвернувшись, смотрю в свою тарелку.
— Не твое дело, — наконец отвечаю я.
— Алиби у тебя есть?
— Какое, на хрен, алиби?! — В ярости швыряю ложку.
— Обыкновенное. Минниханов на тебя заяву накатал. За нападение с телесными средней тяжести.
— Сука.
Закрыв глаза, вдыхаю.
Алиби у меня есть. Правда, я не знаю, где это «алиби» теперь искать. Я, твою мать, даже имени ее не знаю.
Глава 5
Расул
Уже следующим утром мы заходим в ту гостиницу.
Денис только пожрать успел и кофе выпить. Меня тоже не нужно ускорять, я сам — как очередь пулеметная. Обвинение, которое на меня повесили, несовместимо с моим спортивным званием. Этот дуэт тянет на охеренный срок, а сам факт того, что я прохожу по этому делу, — корежит.
Мой отец был сотрудником полиции. Погиб при исполнении. Мне четырнадцать было, я хоть по его стопам идти не собираюсь, страница с уголовкой мне в биографии не нужна. И пусть повесить на меня это дерьмо вообще никак не получится, я в конкретно плохом настроении.
Главная проблема заключается в том, что самого Минниханова я, может, и не трогал, но вот водителя его, коня тупого, немного по роже стукнул. В тот день, когда Динару увез…
Я его аккуратно стукнул, ни одного следа, но меня по ментовке потаскали. Разумеется, Минниханов мне этот круиз организовал. Повторный привод — это в данном случае повод основательно взять меня в оборот.
Мы с заявлением ознакомились, и временной разброс там достаточно узкий, но вот место моего, сука, нападения — тут недалеко, в центре. В том, что я вчера вечером дома не остался, есть очень жирный плюс — в доме никого не было, родители Дениса в гости ездили.
Я не помню, кто был за стойкой ресепшена вчера, эта девушка или другая. Рассчитывать на то, что она меня узнает, да еще под этим в случае чего официально распишется, — можно, но не на сто процентов. В любом случае, когда мы к стойке подходим, моего дядьку это не особо волнует.
— Кто у вас тут главный? Позовите, — требует он.
Стоя за его спиной, я смотрю на водопад по центру холла. Вчера я это сооружение не заметил даже. Камеру в углу над стойкой — тоже, но это потому, что не пытался. Вообще, я ошалеть какой внимательный.
— Менеджера? — уточняет девушка.
— Давайте попробуем, — соглашается Денис.
Пока она звонит куда-то, мы у стойки плаваем. Я к разговорам не расположен, меня изнутри качает. На родине уже все в курсе. Там даже раньше узнали, потому что Минниханов постарался.
Я бешеный, вообще-то.
Если на самотек все пустить, меня распишут быстрее, чем опомнюсь. У меня мотив есть, а это самое главное. Вот так просто от этого всего не отвяжешься. Это проблема, и ее решить надо. И решить красиво, чтобы без последствий.
Из лифта выходит мужик в костюме. Ведет нас в свой кабинет. Стул для гостей у него только один, и на него садится Денис. Я пристраиваюсь плечом к стене, наблюдая.
— Так чем могу помочь? — складывает мужик руки домиком.
— Нам бы видео с камер ваших посмотреть. Без волокиты всякой, запросов официальных. В частном порядке. Такая у нас просьба.
— Ну… Попросить вы, конечно, можете. Но у нас существует регламент. Есть процедуры для таких случаев. Это все может привести к последствиям — а вдруг на видео попал человек, который не давал согласия…
— Мы ваши риски покроем, — Денис выкладывает на стол две красные купюры. — Они у вас есть, конечно, но не такие высокие. Тут за риски и за экономию нашего времени.
Мужик этот скользкий как червяк и риски свои по-любому не в первый раз оценивает. Деньги не забирает, а говорит:
— За экономию времени еще одной такой же не хватает.
Денис шуршит курткой и докидывает. Мужик забирает деньги и просит, развернув блокнот:
— Так что вам нужно? Время, дата…
Мы видео проматываем уже через двадцать минут. Парковка, стойка, лифты. Везде мое лицо либо полностью, либо наполовину скрыто капюшоном толстовки, начиная с того момента, как вышел из машины, заканчивая тем, как в нее опять сел.
— М-да… — резюмирует Денис.
Стоя за его спиной все в том же кабинете, я провожу рукой по волосам.
— Я бы сильно на это вот не рассчитывал, — рассуждает он. — Придется от нее плясать, — кивает на экран подбородком. — Чтобы наверняка.
Там на паузе женское лицо, которое я не рассчитывал еще когда-нибудь в жизни увидеть. Ни на камере, ни вживую, никак. И в ответ на эту тему у меня по члену кровь прокатывается, потому что перед глазами первым делом встает полная женская грудь с коралловыми сосками, а уже потом лицо. Кареглазое, красивое.
Блядь.
Несмотря на то, что из номера гостиничного я ушел минут через двадцать после нее, я примерно раз пятьсот за этот гребаный день в тот номер возвращался. Мысленно. Утром меня этот откат отправил дрочить, сейчас тоже ситуация некстати.
Губы у нее… До сих пор помню.
У меня ноль понимания, что это было. Ноль — даже после попыток проанализировать. Но лицо это я, скорее всего, в толпе узнаю, потому что из башки его за сутки не выдуло.
А еще меня не в кассу кольнуло, что «этим»… до меня никто не пользовался. Я, блядь, не ожидал.
У меня девственниц никогда в жизни не было. Да я и трахаться-то начал после армии, в девятнадцать. До этого со сборов спортивных не вылезал. Да и после тоже. Соревнования, выезды. Потом с Динарой познакомился. Одно время вообще ни с кем, кроме нее, не хотелось, а с ней было нельзя. Ей тогда еще семнадцать было, да и вообще, ее трогать было нельзя. Да я и не хотел. Хотел после свадьбы, чтобы по-настоящему.
  
Отойдя от стола, я Денису говорю:
— Не получится.
— Почему? — уточняет он.
— Потому что, — раздраженно огрызаюсь.
Глава 6
Расул
— Сам дорогу найдешь? — Денис тормозит у тротуара, осматривается.