Тренировочный день 7 (СИ)

— Надо будет узнать, может Салчаковой помощь нужна. — говорит Маша Волокитина.
— Не нужна ей никакая помощь. — прищуривается Наташа Маркова: — она с Витькой на озера уехала.
— Брешешь! — подскакивает на месте Алена: — откуда знаешь⁈ Лилька! Ты слышала⁈
— А? — Лиля Бергштейн поворачивает к ним голову и приспускает солнцезащитные очки так, что становится виден фиолетовый фингал под глазом: — чего?
  
— Так она мне и рассказала! — говорит Маркова: — Витька взял нашу Айгулю и двоих соседок по общаге и укатил в закат на белой «Ниве»! Три девушки и один тренер! Сюжет для фортепиано с оркестром!
— Маркова, ты седьмая на скамейке запасных в областной команде, сгоняй за газировкой. — замечает Маша Волокитина: — хватит тут мне базар-вокзал разводить и сплетни гонять. Куда там Витька отправился и с кем — нас не должно волновать.
— Как это не должно? — удивляется Наташа Маркова: — они же официально с Лилькой парочка! Я тут за сбережение ячейки общества и вообще Витька кобель!
— Маркова, все знают, что ты ему в кабинке туалета после матча предлагала «записать сингл через микрофон-повесу», успокойся уже. — говорит Алена Маслова и зевает во весь рот.
— Это я в порядке испытания! Чтобы удостовериться что он Лильке верен! И… — Наташа оглядывается и замолкает. Садится на деревянную скамейку и старается стать как можно более незаметной.
— Вот. — с каким-то мрачным удовлетворением говорит Маша Волокитина: — вот! Маслова не выспалась, муху сейчас проглотит. Вы на нее поглядите. И хватит Полищука обсуждать, он и так чудо сотворил, вничью с «Крылышками» нас свел. И если он там сейчас Салчакову «особыми» тренировками тренирует, так и пожалуйста, лишь бы на пользу. Вон, Лилька не против… Лиля!
— А? — рассеянно отзывается Лиля: — чего?
— Бергштейн, ты чего такая улетевшая сегодня? — удивляется Маша Волокитина: — в облаках витаешь всю дорогу, что с тобой?
— Да так… — девушка еще раз оглянулась через плечо: — мысли у меня есть…
— Если у нашей Кайзер мысли появились — это прямо чудо какое-то. — говорит Маша и хлопает в ладоши: — ну все, собрались! Сегодня — командный выходной! Прогуляемся по парку, сходим в кино и зажгём на танцплощадке. Но недолго. В одиннадцать все по домам, потому что режим. — она поднимает палец вверх: — а Салчакову с Полищуком и Синицыной накажем потом.
— Ну-ка… — Лиля резко встает со своего места и направляется куда-то вглубь парка, к другой беседке, закрытой от них зеленью высоких кустов и деревьев.
— Лилька! — повышает голос Маша Волокитина, но та ее не слышит.
— И чего на нее нашло? — моргает Алена Маслова: — как будто подменили и…
— К «Крылышкам» пошла разбираться. — лениво замечает Маркова: — они в соседней беседке устроились, я Казиеву и Громову видела. Если там и эта Железнова, то сейчас пух и перья полетят во все стороны…
— Серьезно⁈ — Алена Маслова вскакивает на месте: — а ну пошли глянем! Ставлю на нашу Лильку, она этой столичной фифе волосы-то повыдергивает!
— Чего⁈ А ну-ка стоять! — Маша спешит за Лилей вслед, еще не хватало чтобы мелкая либеро дала волю своему характеру… она же берегов не видит совсем!
Когда она выходит из-за кустов к соседней беседке, то видит картину маслом — ее подругу уже оттаскивают от взъерошенной и помятой Железновой. И на секунду у нее в голове вспыхивает ярость, как они посмели ее тронуть⁈
— Эй! — повышает она голос и отталкивает чужие руки: — а ну убрали свои лапы! Отпустила я сказала, слышишь⁈
— А, вот и ты! Усмири свою отмороженную! — та, чьи руки она убирает — смуглая, высокая и с упругими мышцами, перекатывающимися под гладкой кожей. Сабина Казиева, капитан команды «Крылья Советов».
— Руки убрала! — Маша оттаскивает Лилю назад: — а ты… угомонись уже!
— Маша! — Лиля стаскивает солнцезащитные очки с лица: — дай я сама!
— Лилька! — Маша повышает голос: — а ну прекрати немедленно!
— Вот-вот! Намордник на нее надень! — подает голос Сабина Казиева: — совсем с катушек слетела!
— А ты вообще заткнись! — огрызается Маша Волокитина: — если бы не ваша Железнова, так и не было бы ничего!
— А по-моему заслужила. — откуда-то из-за спины говорит Алена Маслова: — отпусти ее, Маш. Пусть она ей голову оторвет, чтобы знала в следующий раз! Она ж Лильке лицо всмятку, гадина такая!
— Да что ты говоришь! — внезапно вызверилась Сабина Казиева, шагнув вперед: — что ты говоришь! Арина ей один раз в лицо попала! Случайно! А ваша бешенная что натворила⁈ Арина! А ну иди сюда! Снимай очки! Снимай, я сказала! Вот! — и капитан команды «Крылья Советов» выставляет вперед поникшую головой Железнову. Некоторое время все молчат. Маша Волокитина изучает лицо девушки. Железнова опускает лицо, поспешно надевает очки и прячется за спину Казиевой.
— Ээ… — говорит Маша, все еще удерживая Лилю за плечи: — … ну…
— У нее не лицо, а отбивная. — заявляет Сабина: — вам чертовски повезло что это товарищеский матч был. Ваша либеро — сам дьявол во плоти, вот зачем нужно было три раза ей в лицо бить⁈ Да еще каждый раз усиливая удар⁈ Ладно один раз, око за око я все понимаю, но, сука, три раза! У нас сборы через неделю, у нас жеребьевка в начале августа, а Арина с сотрясением! Да вы охренели совсем в вашем Колокамске!
— Ну… она первая начала… — неуверенно говорит Алена Маслова: — первая же…
— Если бы дело было во время официального матча вашу либеро за такие трюки дисквалифицировали бы. — твердо говорит Сабина: — а у вас тут еще и судьи все на вашей стороне, о какой справедливости речь? Один раз Арина ей в лицо попала! Случайно! А вот три раза подряд «ответку» выкатить — это за все рамки выходит!
— Пусти меня! — говорит Лиля, поводя плечами: — пусти меня, я ей втащу!
— Не надо! — пискнула Железнова из-за спины у Сабины: — не пускайте ее!
— Кайзер! А ну прекратила! — звучит строгий голос, и Маша Волокитина осознает, что Лилька в ее руках — прекратила вырываться и застыла на месте. Кто это? Маша осторожно выпускает Лилю, одновременно найдя взглядом говорящую. Ну конечно… Наташа Мордвинова, бывший капитан «Соколов», бывший капитан Лили. Она стоит рядом с Казиевой, сложив руки на груди и смотрит на Лилю сверху вниз.
— Но… — жалобно тянет Лиля: — капитан…
— Никаких «но»! — твердо ставит точку Мордвинова: — а ну шаг вперед!
— Да… капитан. — Лиля делает шаг вперед и Маша, удивленная таким коленкором — даже держать ее забыла. Чтобы дерзкая и свободолюбивая Бергштейн — вот так вот кого-то слушалась? Да что такое происходит вообще?
— Взяла и помирилась с Ариной. — тем временем продолжает Мордвинова: — эй, «гений поколения»! Тоже шаг вперед!
— Но… — Арина Железнова переминается с ноги на ногу за спиной у Сабины: — но она мне втащит же сейчас!
— Не втащит, не ссы. — говорит Мордвинова: — шаг вперед, боец! Очки сними, пусть все твою рожу разукрашенную видят. Посмотри Лиле в глаза и признайся, что ты сделала и как. Прощения попроси. И она у тебя попросит.
— Не попрошу!
— Попросишь. И вообще, заткнись, Бергштейн, я с Железновой говорю. Ну? — на секунду Маше Волокитиной показалось что Наташа Мордвинова как будто стала выше и больше в размерах и даже затмила собой летнее синее небо…
— … это… — Арина сделала шаг из-за спины Казиевой: — ну я того… погорячилась. Случайно так вышло и…
— Арина!
— Хорошо, не случайно. Почти не случайно. А ты потом меня три раза!!
— Арина!!
— Ай, отстаньте от меня! Да, я ударила ей по лицу, но она же враг! Соперник! На войне как на войне! И…
— Чего ты мне — ты ей говори. — гудит Наташа Мордвинова, а Маша Волокитина только головой качает. Она знает Мордвинову давно, в конце концов они были капитанами соперничающих команд на протяжении пяти лет. И каждый раз Мордвинова поражала ее своим умением находить нужные слова в общении с людьми. А как она Лильку осадила — двумя словами! Почему-то Маша была уверена, что у нее так не получится.
  
— … это… как бы сказать… — Арина поднимает взгляд на стоящую напротив нее Лилю: — в общем… была неправа. Но ты же угроза! Ты же центр так держала что смысла не было туда бить! Совсем! А как тогда⁈ Вот я и… ну, срезала удар. Предплечьем. Вот. Извини. — она опускает голову и прячет руки за спину.