Тренировочный день 7 (СИ)
Глава 7
Его все еще беспокоила та пачка от «Беломорканала», которую он нашел во время рекогносцировки у входа в пещерный комплекс. Впрочем, одна пачка ничего не значила, люди мусорили везде, даже в Антарктиде трудно найти не загаженный участок, везде лежат какие-нибудь окурки или там бутылки, пустые жестянки от консервов и прочее. Его скорее беспокоило то, что пустая пачка была одинока как перст в пустыне. Если уж тут кто и побывал, то должны быть и другие признаки — окурки, например. Вряд ли человек, который выбросил пустую пачку «Беломорканала» озаботился тем, чтобы не просто выкидывать окурки, но зарывать их в землю, пряча от вероятной погони или в заботе об окружающей среде. Ну и потом, где пачка «Беломора» — там должны быть и экскременты. Выходя в поход «дикарями» советские люди редко утруждали себя тем, чтобы выкопать полевой туалет и зачастую просто гадили, где не попадя, как правило за ближайшими кустами. И да, в окрестностях он нашел признаки того, что люди сюда ходили, но все они были старыми, как минимум прошлогодними, а вот пачка «Беломора» была белой, невыцветшей, она явно не зимовала тут, еще не стала желтоватой под дождями и солнечными лучами. Парадокс. Как будто кто-то тут на вертолете прилетел и пачку эту выбросил в окно.
Несмотря на то, что он служил в ГРУ и даже работал «на морозе», то есть в капиталистической стране, выполняя задание партии и правительства, Наполи понимал свои ограничения. Он не умеет читать лесную книгу следов как какой-нибудь Дерсу Узала или там Чингачгук Большой Змей. Это только в книжках и фильмах есть супергерои, которые умеют все. В жизни же если ты работаешь на какую-нибудь Контору, это еще не означает что ты обязательно будешь хорош во всем, как Джеймс Бонд или Джон Рэмбо. И даже в кино у Джеймса Бонда и Джон Рэмбо разные амплуа. Джеймс Бонд лучше чувствует себя на светском приеме во дворце или в казино, в отеле и на концерте оперной дивы, в пуленепробиваемом смокинге с неизменным Walther PPK и конечно же «взболтать и не смешивать». В то время как Джон Рэмбо — это грязь, кровь, тяжелый пулемет в руках, джунгли и гуки на деревьях.
И подготовка у этих двоих должна была существенно отличаться. Вот и Наполи — был агентом влияния и посредником. И в большей степени его обучали не тому, как прятаться по лесам с пулеметом в руках, а как «читать» людей, как следить за кем-нибудь в городе, как узнавать, что за тобой следят и как скидывать слежку. Как разговаривать с людьми, как узнавать их слабости и вербовать их, как опознать, что твоего коллегу перевербовали, как соблазнить девушку или подружиться с мужчиной, как незаметно отравить кофе или чай и еще много чему. Но все это — прикладные умения для того, чтобы оставаться незаметным именно в городе.
Конечно, у них были курсы по ориентированию на дикой местности и основы выживания на природе — на всякий случай. Но это были именно курсы, и он прекрасно отдавал себе отчет в том, что по сравнению со специалистами, с каким-нибудь охотником-эвенком, он топает как слон и дышит как пылесос, что несмотря на всю свою подготовку, в лесу он всего лишь еще один горожанин, просто немного более подготовленный. Причем подготовленный не в смысле подготовки физической, а скорее психологической — с тем, чтобы не паниковать и принять обстоятельства спокойно, не принимая поспешных решений.
Так что Наполи не испытывал иллюзий относительно своей эффективности в сибирской тайге, тем более что подготовку в отношении выживания в дикой природе ему проводили совсем в других климатических условиях. В конце концов его предполагаемым театром действий была средняя Азия. Турция, Иран, Сирия, даже Африка. Он знал, как избежать обезвоживания, как искать воду и обеспечивать себя укрытием, знал какие плоды не стоит есть и с какими животными лучше не связываться… но все это знание было совершенно бесполезно там, где он находился сейчас. Он даже начал жалеть, что устроил эту поездку именно к водопадам, в городе он чувствовал себя увереннее. Да, в городе немного сложнее не попасться людям на глаза, инерция мышления заставила его выбрать удаленное место для того, чтобы решить проблему с человеком, который прикидывается обычным физруком. Непосредственно в момент он и не думал сильно, принял решение скорее эмоционально, но сейчас понимал, что за такое планирование операции его бы в Бюро по голове не погладили. Ладно если бы у него была группа прикрытия, если бы была уверенность в том, что потом никого искать не будут… но такой уверенности у него нет. Пропадет этот Полищук, вот выйдет в кусты и пропадет… ага. А что потом? Марина говорила ему что за рулем будет Батор и тогда все было более-менее — поищут, поищут, да уедут на второй-третий день. Однако Батор, кавалер Светланы — не поехал с ними и за рулем белой «Нивы» оказался именно Виктор. Скорее всего никто из девушек не умеет водить автомобиль. А значит они и не уедут отсюда никуда. Так что прежний план, который заключался в том, чтобы «дать по голове, оттащить в пещерку, допросить и скинуть тело в провал» — уже под сомнением. Потому что, если девушки не в состоянии уехать… кто знает какие решения они примут. Самое рациональное — выбираться пешком вдоль дороги, выйти на трассу и уже там голосовать в поисках помощи. Однако рациональность и девушки — непредсказуемый коктейль, они могут и остаться, искать, потеряться, у них могут закончиться припасы… а потеряться в лесу, если ты кого-то ищешь — плевое дело. И вот уже у него на руках не один пропавший физрук, а целая группа. И тут уж без поисковых групп с собаками и вертолетом не обойтись. Тут уж в области все МВД на уши поставят, а не только лесников и пожарных и структуры гражданской обороны плюс внутренние войска конечно же. А такой кипиш ему ну никак не нужен.
Он и сам добирался до дороги на водопад на мотоцикле, оставил следы. Городской житель не увидит, но если специалисты будут искать, то как ты следы не заметай — все равно заметят. Особенно если с собаками. А оставлять так называемый «сюрприз» для собак, в виде мелкой пудры с резким запахом, отбивающий ищейкам охоту вынюхивать следы — это все равно что расписаться что тут был человек, который очень не хочет чтобы его нашли… а еще этот человек предполагал что его будут искать с собаками и знает что делать, чтобы сбить их со следа. Достаточно специфическое описание, не так ли? «Сюрприз» можно оставлять если время главный фактор, если по следам уже летит поисковая группа, а тебе нужно выйти в район эвакуации. А если ты остаешься тут жить, если никуда не уезжаешь, то такая тактика скорее вредна, чем полезна.
К сожалению, чтобы не вызывать подозрений, он выехал на водопады заранее и уже оборудовал себе временный схрон в лесы и пункт наблюдения выше на скале, и о том, что в поход отправился только Виктор, а друг Светланы Батор — остался в городе, он узнал только по факту приезда развеселой компании.
Он поерзал на локтях, устраиваясь поудобнее и поднес к глазам бинокль, разглядывая то, что творилось в лагере у костра. Компания разбила палатку, приготовила еду и сейчас развлекалась игрой на гитаре и песнями у костра, ничего необычного. Что же… еще несколько часов и они заснут. Тогда можно будет спуститься вниз, к своему схрону. Разбираться с Полищуком в такой ситуации было не с руки, слишком много случайных факторов, вся эта затея легко могла выйти ему боком. Одно дело, когда взял физрук и пропал в лесу, мало ли что бывает? Тайга на то и тайга, что тут люди пропадают. И совсем другое, если вся группа пропала, тут централизованные поиски и возбуждение уголовного дела по факту пропажи неизбежно. И если окажется что тот, кто выдает себя за Полищука на самом деле не вышел в отставку, а является, скажем действующим оперативников и все еще работает на Контору или Бюро, то расследовать все будут под микроскопом. И если за дело возьмутся специалисты Конторы, к услугам которых все самые современные достижения криминалистики, то… да тут достаточно зайти, с другой стороны, вообще-то. Обычный вопрос «а с кем товарищ Полищук в последнее время поссорился?» — выведет следствие к Давиду и его отцу. И в конечном счете — к Наполи. До тех пор, пока нет уголовного дела и въедливого следователя — все нормально. Пропал человек и все тут. Нет тела — нет дела. Но это не работает если пропал не один. Тем более если — группа.