Ревизор: возвращение в СССР 42 (СИ)

***
Москва, воинская часть на Лосином острове 
Приехав на полигон, убедился, что Догееву абсолютно всё равно, когда я появляюсь – в десять ли утра или в два часа дня. Как и тогда, когда я ему звонил, он мне совершенно ничего по этому поводу не сказал, мол, тебе, виднее, когда появляться.
С полигона сразу поехал Галию забирать, удачно вышло по времени. Сразу же и рассказал ей в машине, пока ехали, про разговор с Межуевым и новый подарок от него вслед за Ленинской стипендией.
  
– А эта грамота от КПК – вещь вообще хорошая? – с интересом спросила жена.
– Как бы да, – утвердительно кивнул я, – сомневаюсь, что многие студенты МГУ такую могут получить. Да и не студенты тоже. КПК очень серьезная контора. В личном деле такая грамота точно лишней не будет. Я просто все понять не могу, что за дождь наград на меня от Межуева обрушился в последнее время, и почему?
– Да ладно, может просто у него возможность такая появилась, кому-то эту грамоту дать, и он тут же про тебя и вспомнил… А ты гадать зря будешь… Я так рада за тебя, что такую награду полезную получишь, и горжусь тобой очень! Вот что… Попроси кого-нибудь сфотографировать, когда тебе ее вручать будут. Я хочу такую фотографию иметь дома!
Поблагодарил жену и пообещал, что обязательно прихвачу с собой фотоаппарат, когда меня пригласят на вручение грамоты.
Приехали домой, отпустили няню, и стали готовиться к визиту Анны. Галия с очень большим интересом отнеслась к тому, чтобы свой английский с ней тренировать, обучаясь американскому произношению и идиомам. Вроде бы у нас, конечно, были назначены с Анной деловые переговоры, но и стол тоже накрыли – раз уж позвали домой, накормить гостью святое. 
Анна появилась ровно в назначенное время. Несколько минут назад начал лить дождь, поэтому я взял у неё мокрый зонтик, поставив его сушиться в угол коридора, и предложил пройти в гостиную, где Галия сидела с детьми. Мы там уже накрыли на стол. Осталось только чаёк немножко заново разогреть.
Дети отнеслись к нашей гостье с интересом. Они в целом стали после поездки в Палангу более коммуникабельными, меньше стали бояться незнакомцев. Поболтали на дежурные темы минут 15 за столом, отдавая должное ужину.
А потом я перешёл уже к делу:
– Анна, если вам удобно, вы можете приступать к первому уроку прямо сейчас. Я подготовил всё, что необходимо, в своём кабинете.
Галия с Анной тут же отправились туда, а я решил провести это время с малышами. В конце концов, неделя была очень насыщенной, не говоря уже про эту пятницу, что я не имею права немножечко расслабиться в компании своих сыновей.
Правда, наверное, я слишком рьяно на них набросился. Полчаса активных игр – и оба пацаненка начали клевать носом. Пришлось идти укладывать их спать. Отрубились оба моментом, минут за пять. 
Оставив Тузика на дежурстве, вернулся в гостиную. Сразу же отогнал мысль, что у меня ещё по работе несделанного и сказал вслух:
– Товарищ Ивлев, наверное, всё-таки надо немножечко и расслабляться научиться...
Взял том Стивенсона с романом «Черная стрела» и пропал в нём. Очень уж люблю этот роман, а давно уже не перечитывал. Так был поглощён сюжетом, что вынырнул из него только когда Анна и Галия уже вошли в гостиную.
Галия выглядела утомлённой, но вполне довольной. Решил, что это хороший знак. Тут же расплатился с Анной, отдав десятку, и проводил её до лифта. Американка тоже выглядела довольной, заработав десять полноценных советских рублей.
Вернувшись к жене, спросил её:
– Ну как тебе урок? Вроде бы вижу, что довольна...
– Да, Анна очень хороший педагог, как это ни удивительно, учитывая, что она никогда этим не занималась. Вежливая и очень терпеливая, при необходимости повторяет всё по пять раз, пока я не пойму. И чувство юмора у неё хорошее, она так блестяще объясняет эти странные американские идиомы.
– Кстати, Паша, я подумала, что раз уж мы всё равно тратим деньги, то почему бы тебе тоже не заниматься вместе со мной? Или ты так хорошо знаешь американский диалект английского?
Я удивлённо поднял брови. А ведь мысль-то правильная. Вовсе не так хорошо я знаю американский диалект, как хотелось бы. То же самое, что у Галии – британская версия безоговорочно доминирует, а ведь язык надо и поддерживать, и развивать. Странно, что мне самому это не пришло в голову.
– Анне-то всё равно, сколько у неё учеников, – продолжила уговаривать меня Галия. – Один или двое. Думаю, она даже цену не подымет. Для нас надо будет только с няней договориться, чтобы она на два лишних часа оставалась. Но Валентина Никаноровна всегда идёт нам навстречу.
В принципе, я пришёл к выводу, что идея у Галии появилась вполне себе разумная.
– Кстати, – сказала жена, – завтра же у бабушек годовщина свадьбы. Не знаешь, они вообще собираются её праздновать?
– Очень вряд ли, – улыбнулся я. – Бабушки у нас достаточно суровые, хлебнувшие всякого лиха, так что очень сильно сомневаюсь, что они вообще вспомнят про эту годовщину, а уж чтоб праздновать её – это что-то совсем невероятное должно произойти, с моей точки зрения.
– Ну тогда ладно, – махнула рукой Галия, – тогда, наверное, и подарки не надо везти. А то, если приедешь с подарками, они почувствуют себя неловко, что мы тут приехали их поздравлять, они для нас даже стол не накрыли специальный.
– Да, – согласился я с ней. – Одно дело – день рождения, другое – вот такое. Давай, наверное, без этого обойдёмся. Тем более, нам же завтра снова идти к Брагиным. Второй раз будем ждать прихода Карины с извинениями…
– И что ты думаешь, она в самом деле на этот раз придёт? – с интересом спросила меня Галия.
– Да вот я, честно говоря, даже и не знаю, – пожала я плечами. – Девушка производит впечатление какой-то легковесной. Всё же, может, просто ещё не сформировалась как личность, так что далеко не факт, что она появится.
– Ладно, мне, в принципе, как-то это уже и не важно, – сказала Галия. – Компания у нас в принципе приличная подобралась, просто посидим и получим удовольствие от общения.
Тут я услышал звонок. Пошёл открывать дверь. На пороге стояла очень злая Женька. Сразу подумал, что помянешь черта, и вот он на пороге…. С таким лицом Брагина обычно к нам никогда в квартиру не заходила, так что я понял, что, видимо, в субботу мы Карину с извинениями перед Мишей и Наташей не увидим.
Женька заговорила, подтверждая мои слова:
– Паша, где Галия? А то, представляешь, Карина категорически отказалась приходить в субботу и извиняться. Я пошла к нашему комсоргу, институтскому, а то к комсоргу группы ходить смысла нет, там такая тихонькая девочка, она даже голос повысить боится. И представляешь, что он сказал? Что это не его дело. То есть комсомолка ходит и врёт про других комсомольцев, и это не его дело. Нормально, да?
Галия, заслышав начало нашей беседы, не слишком спешила ко мне присоединяться, но все же нехотя подошла из кухни. Ну кому ж понравятся такого рода разговоры? Я и сам как бы не хотел особо во всё это лезть. Мне казалось, что Женька уж слишком далеко заходит по этому вопросу.
– Привет, Галия, – сказала ей Женька. – Ты слышала всё, что я сейчас говорила?
– Да, слышала, – со вздохом подтвердила жена, намекая на то, что этот вопрос её не сильно интересует. Но Женька у нас как носорог, когда куда-то прёт, она таких тонкостей напрочь не замечает. 
– Я решила к вам прийти заблаговременно перед завтрашней встречей, чтобы мы сразу же и подумали, какие меры мы можем предпринять. – сказала она, словно мы и сами не поняли этого.
– А твой Костя что? – попробовал я перенаправить её энергию на мужа.
  
– А, – недовольно махнула рукой Женька, – я два часа пыталась с ним этот вопрос обсудить. Так вот, за эти два часа он мне так ни одной идеи и не подсказал, как эту ситуацию можно решить.
Интересно, – подумал я, – она сама решила к нам идти или Костя, хитрован такой, предложил ей к нам сходить посоветоваться, когда она его этой бурлящей энергией по поводу Карины замучила?