Золотая орда (СИ)
– Я прибавлю отопление. А пока в твоем распоряжении – ванная комната, где ты можешь согреться.
Он открыл дверь в светлую комнату и я, заглянув туда, увидела современную ванную комнату в бежево-черных тонах, с белоснежной ванной у дальней стены. На полочках сиротливо разместились лишь бритва и гель для душа. Но мне ужасно захотелось воспользоваться последним, чтобы узнать, чем так вкусно пахнет Тимур. Искупаюсь и лягу спать, только вот…
– Я одежду не взяла, – сокрушенно произнесла я.
– Не проблема, – Тимур обошел меня и открыл в ванной комнате квадратный шкаф, дверки которого были зеркальными.
– Вот, – Тимур протянул мне пушистое полотенце и футболку с трусами-боксерами. Я густо залилась краской.
– Это твои вещи? – пропищала я.
– Естественно, – с усмешкой на своих невероятно соблазнительных губах, ответил Тимур. Я забрала вещи, прижимая их к себе.
Тимур подошел к ванной и включил воду, регулируя ее.
– Камил, такая пойдет? – он вопрошающе посмотрел на меня.
Я была удивлена его заботой, и, признаться, в любой момент, все еще ожидала подвох от Тимура. Подойдя к нему, я дотронулась до воды – она была очень теплой, как я и любила.
– Да, спасибо, – я замерла, глядя то на пол, на дверь из ванной комнаты.
Тимур уловил мой взгляд и самодовольно усмехнулся, вопрошая:
– Может, тебе спинку потереть?
Я округлили глаза, не понимая – шутит ли Тимур, или на полном серьезе предложил мне это.
– Нет, спасибо, – я демонстративно зевнула, – я быстро, спать хочется.
– Тогда смотри не усни здесь, – предостерегающим тоном приказал Тимур, направляясь к выходу из ванной. Он, закрыв за собой дверь, даже не обернулся. Чему я была особо рада. Я подбежала к ней и задвинула замок. Уф. Теперь можно расслабиться! Я торопливо стянула с себя вещи и залезла в ванну, с наслаждением выдыхая свое напряжение. Полежав около пяти минут в воде и окончательно согревшись, я, намереваясь осуществить свой план, потянулась к гелю для душа. Открыв флакон, я понюхала его, с восторгом прикрывая глаза – самое то: сладко-горький, чисто мужской аромат. Я вволю намылилась гелем и, сполоснувшись, чувствуя себя маленькой преступницей, вылезла из воды. Спешно вытерев себя таким удивительно мягким полотенцем, я, не теряя времени, надела на себя боксеры и футболку – и только потом посмотрела на себя в зеркало: бежевая футболка обтянула мою грудь, сквозь ткань были видны даже соски. Я испуганно скрестила руки на груди, словно сейчас, в любой момент может ворваться Тимур.
И тут же я заметила, что футболка едва прикрывает мою попу. Одна радость – на мне, все-таки были боксеры, а не обычные женские трусики. Я потянула футболку за низ, в своей глупой наивности, что будто из-за этого она станет длиннее. Я покосилась на джинсы – вероятно, придется надеть их, и я бы сделала это, если бы не стук в дверь и голос Тимура:
– Открывай.
И я, забывая обо всем, усталая, взволнованная, подчинилась. Я толкнула дверь и Тимур попридержал ее, чтобы она не ударил его. Я испуганно ойкнула, виновато глядя на него. Тимур прошелся взглядом по мне – по лицу, затем, лениво, попутешествовал по моей шее, спустился на грудь, задержавшись на ней, метнулся вниз – по моим обнаженным ногам. Когда Тимур вновь посмотрел мне в глаза, я физически ощутила, каким тяжелым, от страсти, стал его взгляд.
– Я не успела надеть джинсы, – оправдываясь, начала я.
Тимур сжал челюсти, затем произнес нейтральным тоном:
– Если нужно положить вещи в стирку, машинка в соседней комнате.
Я, ошалелая, схватила джинсы и кофточку, и свое белье – трусики и бюстгальтер, и забежала в соседнюю комнату, захлопывая за собой дверь. Побросав вещи в машинку и, без труда, разобравшись, куда нажимать, я лихорадочно размышляла, как мне быть. Но по большей части я, признаться, просто ругала себя. Все эти полторы минуты, что я была в прачечной комнате. Неужели у меня совсем нет мозгов? Открыла ведь дверь Тимуру, в такой одежде. С трудом натянув джинсы, я вышла наружу. Тимур стоял, привалившись плечом к стене.
Я нервно оглянулась по сторонам, а потом осмелилась задать вопрос:
– Где мне можно лечь поспать?
Тимур снисходительно улыбнулся и подошел ко мне, так близко, что его дыхание защекотало мне лицо.
– У меня пять комнат, любая – твоя, – выдохнул он.
– А где ты обычно спишь? – полюбопытствовала я, покусывая нижнюю губу.
– Камила, перестань, – рассмеялся Тимур, – я не съем тебя. Идем, я предоставлю тебе самую лучшую комнату.
Он прошел по коридору и остановился возле двойных дверей, распахивая их.
– Это – моя спальня. Она полностью в твоем распоряжении, – произнес Тимур, и я, как завороженная, зашла внутрь ЕГО комнаты – просторной, с минимумом мебели: двуспальная кровать из темного дерева, шкаф – высокий и широкий – во всю стену, маленький столик, на котором лежала книга, зашторенные окна и больше ничего.
Щелкнул выключатель – это Тимур переключил свет с люстры на настенное бра. Его мягкий свет лился прямо на кровать, приглашая лечь на нее. Я вопросительно посмотрела на Тимура.
– А где ляжешь ты? – не унималась я.
– Вижу, ты никак не успокоишься, – он сверкнул глазами – дерзко так.
Я устало улыбнулась в ответ:
– Ты прав. Я впервые ночую с мужчиной под одной крышей.
– Ок, я буду спать перед телевизором, в гостиной, – наконец, сжалился надо мной Тимур.
Я облегченно выдохнула, слишком громко, потому что Тимур, уже выйдя из спальни, обернулся и добавил:
– Но если ты замерзнешь – приходи, обещаю: ты согреешься мигом рядом со мной.
И, не давая мне ответить, он ушел, прикрывая за собой дверь, оставляя меня с пылающими щеками и странным томлением, расползающимся все больше и больше по моему усталому телу. Я, немедля, стянула джинсы и нырнула под теплое одеяло. Я хотела бы посмотреть, что за книга была на столике, но я слишком устала, чтобы читать. Быть может, я дойду до нее утром. Я с наслаждением вздохнула, ощущая, как мое тело полностью расслабляется. Моей голове понравились подушки, что были на этой кровати – упругие, удобные и, самое главное, они пахли Тимуром. Тревоги прошедшего дня стали покидать меня, освобождая мои разум и душу. Я мечтательно прикрыла глаза, тут же проваливаясь в сон.
Я проснулась посреди ночи с ужасной мыслью, что забыла узнать, добралась ли Настя до дома. Что я за подруга? Ужасаясь собственному равнодушию и забывчивости, я проверили сумочку, но ничего, кроме баллончика, не обнаружила там. Стало ясно – я оставила телефон в кармане куртки. Преодолевая страх, я медленно отворила дверь и, затаив дыхание, выглянула из спальни. Я прислушалась – кругом была тишина, лишь тиканье часов нарушали ее.
Тонкие полоски света от подсветки, что шли от выключателей, скупо освещали пространство вокруг меня. Я медленно, крадясь, пошла вперед, в том направлении, как я думала, где был коридор. Но не зря в умных книгах пишут, что женщины подвержены географическому кретинизму – потому что я оказалась рядом с гостиной комнатой. Мой взгляд прошелся по включенному экрану телевизора – там был какой-то канал про животных, я задержала на нем взор, любуясь тем, как тигр бросился на добычу. Затем, я опустила глаза ниже, и увидела спящего на диване Тимура. Он был укрыт каким-то тонким одеялом, и я подумала с грустью в сердце, что ему, наверное, было холодно. Мне захотелось принести другое одеяло, из спальни, и укрыть его. Но, вместо этого, я пошла в коридор. Нащупав выключатель, я включила свет и достала из куртки свой телефон.
В моем мобильнике было всего три номера: Тимура, мамы и Насти. Я набрала подруге, но холодный женский голос сообщил мне, что «абонент недоступен». Отчаяние подкатило ко мне горькой волной. Как быть? Конечно, я могла бы успокоить себя, что с Настей все в порядке, но было бы это справедливо к ней и нашей дружбе? Я сжала мобильник, не понимая, что делать.
– Не спится? – раздался бархатистый мужской голос, и я нервно дернулась, едва не выронив телефон. В дверном проеме стоял Тимур – и он был одет, так же, как и я: в одни боксеры и футболку. Я порывисто отвернулась, смущенная своим и его видом, и произнесла: