Золотая орда (СИ)

Мама сидела в кресле, глядя на включенный телевизор. Я, подогнув ноги, села рядом, на маленький диванчик. Я уже хотела первой начать разговор, как мое внимание привлекли местные новости.
  
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
 
Рыжеволосая ведущая монотонно – гнусавым тоном сообщала:
– Вопиющий случай произошел сегодня в районе трех часов дня. На площади, рядом со строящимся собором были расстреляны члены банды, известной, как Золотая орда. Семеро потерпевших доставлены в городскую больницу, один скончался на месте. Глава банды скрылся с места расстрела на машине. Следствие ведет расследование. Напомню, что Золотая орда прославилась, как одна из самых успешных преступных группировок, крышующая главный рынок города, а так же ночные клубы, два завода, но, безусловно, это лишь малая часть, которая известна СМИ. Золотоордынцы знамениты своей жестокостью и мстительностью. Сейчас, их глава находится в розыске. В интересах следствия имена пострадавших не разглашаются.
Мама перевела на меня задумчивый взгляд. Я молчала, не зная, что ей сказать.
– Антон приставал к тебе? – наконец, раздался ее сдержанный голос.
– Да, и не раз, – ответила я.
– Это Тимур его порезал? За тебя? – мама не сводила с меня глаз.
Я, отчаянно желавшая защитить Тимура, пыталась подобрать нужные слова, но все, что я смогла, просто сказать:
– Да, из-за меня.
Повисло молчание. Мама перевела взор на окно – там медленно наступал вечер. Небо, окрашенное розовыми солнечными лучами, меняло свой цвет.
– С одной стороны, я не приемлю насилия, – монотонно начала мама, – с другой – я, зная, что это такое, рада, что Тимур оказался рядом с тобой. Это все, что я могу сейчас сказать.
Большего мне и не нужно было. Я тепло поцеловала ее в гладкую щеку. Мама улыбнулась в ответ, не сводя с меня такого задумчивого, пронзительного взгляда.
– Пойду спать, – произнесла я, ласково проведя ладонью по ее голове.
Мама кивнула головой, и я спешно улизнула в свою комнату. Лишь оставшись одна, я позволила себе дать волю чувствам. Растянувшись во весь рост на кровати, я, обняв своего верного друга – белого мишку, заплакала. Это был тяжелый день, и всю накопившуюся боль, страх, я не могла и не хотела удерживать, потому что знала – никакая таблетка от головной боли не сможет подействовать, если я продолжу копить все в себе.
Я плакала и плакала, тихо, опустошаясь. Уже перед тем, как погрузиться в сон, в моем мозге всплыли слова ведущей. Я застонала, пряча мокрое лицо в дрожащих ладонях. Затем, я уснула.
9 марта я провела дома, а 10, выписавшись с больничного, пошла ко второй паре в университет. К своему стыду, я была плохой студенткой сегодня – слушала в пол – уха, мои пальцы были слабыми, и я с трудом делала записи в своих тетрадях. Я ощущала себя рассеянной, частично потерянной, погруженной, с головой и сердцем в собственные размышления и чувства. К счастью, преподаватели не обращали внимания на меня, чему я была особенно рада.
После университета я вернулась прямиком домой. Всю дорогу я думала о случившемся вчера – я пыталась анализировать это, но мой мозг был ужасным помощником. В конечном итоге я, изможденная, решила переключить свое внимание на что-то нейтральное. Например, сериал. Все были увлечены в прошлом году сериалом «клон», и вот, на одном из каналов был его повтор. Я, пообедав супом, села перед телевизором. Щелкая пультом, я, с безразличным выражением смотрела на меняющиеся картинки. Я не понимала о чем там говорят – я просто тупо пялилась в экран, до тех пор, пока мое внимание не привлекли местные новости. Вот тут-то я и проснулась.
Ведущий срочных новостей вещал голосом, полным тревоги:
– Не прошло и года, как в нашу республику вернулись криминальные разборки. Сегодня утром, в дачном поселке был расстрелян некий Савельев, известный в криминальном мире, как Савва. Оперативные службы выехали на место и обнаружили с десяток гильз. Помимо Савельева, была убита его охрана. Следствие предполагает, что случившееся связано с недавним происшествием возле храма, возле которого были расстреляны золотоордынцы. Есть подозрение, что это акт отмщения.
 
Я выключила телевизор и спрятала лицо в ладонях. Мне стало страшно, до ледяной дрожи по всему телу. В какой-то момент я даже подумала, что снова заболела, но мой лоб был прохладным, и не было никаких признаков насморка или кашля. И все же, я ощущала себя расклеенной. Кое-как справившись с домашними заданиями я, дождавшись мамы и выпив с ней, по традиции, чашку чая, поспешила принять очень теплый, почти горячий душ и лечь спать.
Я с наслаждением легла на чистую постель, зарываясь лицом в подушку. На миг, я представила, что прижимаюсь к Тимуру, и мое тело, и самое главное, моя душа, отозвалась сладким томлением и щемящей тоской по нему. Я скучала по Тимуру, думала о нем почти постоянно. Жив ли он? Встретимся ли мы снова? Я взмолилась, прося у Создателя, чтобы мы увиделись вновь.
Целую неделю моя жизнь двигалась по привычной схеме: подъем – в 6, университет – 8.30, дома – 15.10, спать – 21.00. Выходные я, несмотря на мамины настойчивые попытки с предложением сходить вместе в торговый центр, провела, сидя дома. В будни я старалась больше не смотреть телевизор, но сегодня, в воскресное утро, в надежде найти интересную передачу, я включила его. Надо ли говорить, что я, загипнотизированная, примагнитилась к местным новостям?
И эти новости не были радужными. Корреспондент озвучил прошедшую неделю, как «кровавую». И вскоре я поняла почему – расстрел Савельева было лишь началом, после были названы другие фамилии и должности – директор завода, предприниматели, еще пара публичных личностей. Меня затошнило от ужаса и я, спешно переключив канал, побежала на кухню, чтобы попить. Мои руки тряслись, когда я наливала в бокал воды. Я заставила себя сделать очень медленно, несколько глотков. Прохладная жидкость потекла по моему горлу, и я закашлялась. Отдышавшись, я прильнула к кухонному окну, с тоской глядя на припаркованные машины. К сожалению, как и в прошлые дни, я не обнаружила среди них бмв Тимура.
Жив ли он?
Мое сердце замерло, а потом болезненно забилось в груди, словно птица, пойманная в клетку. Мое смелое сердце рвалось к Тимуру…
Было довольно холодное 17 марта, когда я приехала на лекции. По пути в университет, я, как и прежде, скользила взглядом, разыскивая знакомый автомобиль. Но его снова не было. Мое сердце наполнилось разочарованием и печалью. Я, зайдя в аудиторию, села за вторую парту, мысленно подбадривая себя к началу занятий.
Давай, Камила, соберись! Ты так мечтала поступить на исторический! Не проспи свою мечту!
Легко сказать, но так трудно сделать. Я, достав из сумки тетрадь и ручку, потерла пальцы друг об друга – они были такими холодными, почти ледяными. В последние дни это стало частым явлением у меня – создавалось впечатление, что жизненные силы покидают меня. Совсем как у Арвен, когда они с Арагорном расстались. Но я не была эльфийкой, а Тимур – благородным королем. Но от этого я не переставала ждать его, стремиться к нему, и, да, по-прежнему мечтать о нем.
Раздался веселый женский смех – в аудиторию, хохоча, окутывая всех нас сладчайшими духами, ворвалась стайка девушек, одетых в супермодные наряды – облегающие длинные ноги, кожаные штаны, высокие каблуки, распущенные, окрашенные по последней моде, волосы. Это Катя со своими новыми подругами прибыла на сессию. Они, прошагав мимо, совершенно не замечая меня, как и положено звездам нашего университета, сели за последнюю парту. Тут же, двое парней направились к ним, со щенячьей нежностью в глазах, ожидая получить внимания от наших местных «супермоделей».
Я, с тоской глядя в окно, тяжело вздохнула. Мне казалось, что я нахожусь не на своем месте. Может, у меня просто авитаминоз, и мне нужны витамины?
Да-да, витамины.
Я усмехнулась – горько, осознавая свою зависимость.
Витамины по имени Тимур.
Я смахнула с кончиков ресниц такие ненужные сейчас слезы. Я не хотела, чтобы кто-либо видел мое состояние. Люди ведь нередко любят добивать, заметив, как ты слаб, в этот момент, становясь так похожими на стаю гиен. Хлопнула дверь – в аудиторию, одаривая всех нас задумчивой улыбкой, зашел Мурат Наильевич. Неизменно в матовом, сером костюме, он, шаркая ногами, подошел к столу. Я чуть улыбнулась, вспоминая нашу первую встречу с ним, а еще я, предвкушая интересную лекцию от такого прекрасного оратора, как он, даже взбодрилась.