Седьмой царевич 3 (СИ)

— Всех достанем, только не сейчас, а чуть позже, — с усмешкой ответил я. — Если придётся, сам в гости зайду. Но, уверен, и без меня будут желающие на шпили полюбоваться и галстук потуже затянуть. Ну и, к слову, тебя они кинули. Бросили, посчитав списанным товаром. Не могли даже эвакуационную команду прислать.
— Заткнись, урод! Вы все сдохнете как собаки… — выкрикнула Берёзова, и в это время Аня, державшая себя в руках до последнего, сорвалась и отвесила ей звонкую пощёчину, да такую, что голову Насти мотнуло в сторону, она ударилась затылком, а на щеке остался красный отпечаток.
  
— Спасибо, — выдохнула Наташа. — А то я уже носки искала, чтобы ей пасть заткнуть, но все чистые, к сожалению.
— Вряд ли это прибавит ей мозгов, — вздохнув, покачала головой моя девушка, но, может, хоть в тишине доедем.
Так и случилось. Пока добирались до аэропорта, давящаяся слезами и соплями Берёзова не произнесла ни слова, а там нас уже ждали. Но не бизнес-джет, как я думал, а военный вертолёт. С чего такая расточительность, стало понятно, когда, попрощавшись с друзьями, я вместе с Анастасией и одним сопровождающим забрался в десантное отделение, и крокодил полетел над самыми вершинами деревьев.
— А что ж ты шлюху свою к папочке не взял? — пыжась громко спросила Березова.
— Настя, я девушек не бью. По крайней мере, стараюсь. Но ты напрашиваешься, — вздохнул я и надел наушники. К счастью, до рукоприкладства не дошло, не одному мне было противно слушать её храбрящиеся ругательства, так что и кляп мы ей тоже нашли быстро. Гул винтов отлично заглушал любое мычание, и полтора часа мне удалось провести в относительном спокойствии и раздумьях.
Берёзов не мог действовать в одиночку, это совершенно очевидный факт. Ему что-то предложили такое, от чего он не смог отказаться. А сейчас на него скинут всех собак, и это он тоже не мог не учитывать. Его побег — это билет в один конец, и совсем не в хорошую сытую жизнь.
Впрочем, чёрт с ним. Он уже сбежал и из-за моря гадить особо не сможет. Проблема в его союзниках и подручных. От них тоже нужно избавляться. Но так может дойти и до рядовых исполнителей, клерков и посудомоек. Плохой вариант. Оставлять хвосты — ещё хуже. Эти твари умеют затаиться на десятилетие, чтобы потом поднять головы и нанести удар в самое неподходящее время. А ещё террористы…
— Будем над Москвой через пять минут. У нас воздушный коридор до самого кремля, зрелище будет незабываемое! — отвлёк меня от раздумий сопровождающий, открыв шторку иллюминатора.
И чёрт побери, он был прав! Летели мы уже после заката, и миллионы огней окружали нас со всех сторон. МИ-шка шла над рекой, и сияющие небоскрёбы окружали её со всех сторон. Лазеры и свет дискотек освещали небо не хуже прожекторов ПВО, и нас даже ловили в объективы камер гуляющие на набережной люди.
Удивительное зрелище, особенно учитывая, что в нас никто не стрелял и не пытался сбить. Я, если честно, напрягся в начале, уж слишком яркими были всполохи воспоминаний о том, как наши дропподы рвали противовоздушные ракеты и крупнокалиберные пулемёты. Сколько парней я потерял на вылетах, сколько раз меня самого зашивали после самоубийственных десантов в тыл противнику…
В следующий раз нужно отказываться от памяти и начинать с чистого листа. Хватит с меня такого отдыха. Только амнезия и цель.
— Идём на посадку, держитесь! — предупредил сопровождающий, и в ту же минуту мы сели в хорошо освещённый двор с красной кирпичной стеной. Аж ностальгией повеяло, сколько я в этих хоромах провёл? Лет двести? Триста? Нафиг-нафиг.
— Князь Пожарский? — подскочил молодой мужчина в строгом деловом костюме и с автоматом под полой пиджака. — О грузе позаботятся. Прошу за мной.
— Не жестите, она нам нужна вменяемой, — сказал я, передавая Анастасию с рук на руки. Пока вели по знакомым коридорам, поморщился от неуместности моей одежды, все же джинсы и худи не лучшее, что можно надеть в Кремль. С другой стороны, я сразу выделялся на фоне остальных. Нужно только повернуть это в свою сторону.
Правда, когда меня провели мимо караульных, по красным ковровым дорожкам, захотелось, наоборот, слиться с окружающими, уж слишком я нарядный. Но выдохнул, напомнил себе, что я не первое лицо и не мне держать марку. Так что к моменту, когда вошли в президентский кабинет, настроение было весьма благодушное.
Пока я не увидел сидящих за столом.
— Присоединяйся, сынок. У нас тут серьёзный разговор, который и тебя касается, — указал на свободный стул Василий.
Прямо напротив Сергея, сидящего с дальнего края. Чуть ближе сидели лицом к лицу Лебедь и седой генерал при полном параде. А замыкали тройку премьер и император лично. Странная конфигурация, особенно учитывая, что после моего появления все охранники и сопровождающие вышли, заперев за собой двери.
— Если ты думаешь, что напугаешь меня присутствием своего малолетнего маньяка, а теперь ещё и международного террориста, то ты плохо понимаешь сложившуюся ситуацию, Василий, — покачал головой премьер.
— Об этом надо было думать раньше, до того как ты позвал ручного киллера. Который, к слову, со своей задачей не справился, — ответил император.
— Это всего лишь мера предосторожности, — пожал плечами премьер. — После того как вы загубили ФСО настолько, что они умудрились проворонить убийство депутатов и наследников вашего исторического кружка прямо в здании парламента. Вы расписались в своём бессилии. Теперь уже никто не поверит в жёсткий кулак императорской власти. А главные пиарщики сбежали за кордон.
— Пиарщики остались. Хозяева их бывшие сбежали, это да, — спокойно, хоть и устало, ответил Василий. — А то, что половина задержанных, участвовавших в покушении, оказалась из ваших, — лучше всякого следствия говорит о том, кто виновен. Единственный вопрос: причастен ли к этому ты лично?
— Это шутка? — приподнял бровь премьер.
— Ни в коем случае. Теперь, когда мы остались одни, пора окончательно решить судьбу заговора. Либо вы признаёте нашу власть, либо не выйдете из этого кабинета.
— Ох, ну тогда ладно, я признаю вашу власть, и, пожалуй, предпочту удалиться, — с сарказмом проговорил премьер, разведя руками.
— Не ёрничай. Даже идиоту понятно, что так это не работает. Так что ты передашь ядерный чемоданчик, а вы, генерал, коды запуска. После вашей смерти их нужно будет восстанавливать, на это уйдёт трое суток, а нам не хотелось бы терять время в такой непростой ситуации.
— Вы не сумели сберечь сыновей даже при том, что мы против вас не играли. А что будет теперь, когда вы сделаете нас своими врагами? — покачал головой премьер. — Это не лучший вариант. Более того, не самый разумный. Впрочем, у нас есть встречное предложение. Созвать Думу и провозгласить парламентскую монархию во главе с премьер-министром. За вами останется Царское село и некоторые привилегии.
— Вы ему что, не докладывали? — спросил я, глядя только на Сергея.
— Молодой человек, помолчите, когда разговаривают взрослые. Если уж у вас не хватает силы держать себя в руках, — пренебрежительно сказал премьер, отмахиваясь от моего замечания, словно от мухи. — И вот это твой наследник? Тот, на которого ты собираешься опереться?
— Возможно. А, возможно, он просто будущих хранитель ядерного чемоданчика, — усмехнулся в ответ Василий. — К тому же мне и самому любопытно, о чём именно твой киллер решил умолчать. Сынок?
— Всего лишь о знаках, отец, — спокойно сообщил я. — И о том, что бриты только что вывезли из Абхазии ещё одну скрижаль. А значит, их монарх вскоре будет в состоянии в одиночку уничтожить авианосец. Или парочку.
  
— Ради этого детского лепета вы задержали начало переговоров? Вы же сами себя закапываете, — вздохнул премьер, качая головой. — Конечно, я в курсе о существовании знаков, молодой человек. Как и обо всех ваших похождениях. Было очень забавно наблюдать за тем, как вы топчетесь на месте, когда цель находится прямо под боком.
— А вы и в самом деле ничего не понимаете, — и теперь уже с интересом и раздражением на меня смотрели все в зале. — Вам не уйти отсюда живым, а вот мы спокойно его покинем, даже если полздания заминировано.