Ищите женщину (СИ)

— Простыми боями вы и без нас могли развлекаться, — отмахиваюсь. — Нам нужно, чтобы все уцелели.
— А смысл в чем?
Эх, «Зарницы» на тебя нет!
— Смысл — не пропустить рыцаря к Прекрасной Даме. Видите — за спиной Тренделя иллюзорная башенка?
— Вижу.
— Во-от! А в башенке, предположительно, Прекрасная Дама в хрустальном гробу спит.
— Гр…. А почему в гробу-то?!
— А потому что…. Вашество, не отвлекайте!
Эльф, между тем, отлетевший едва ли не в центр поля, что-то быстро говорит своим собратьям по команде. И я прямо-таки различаю, как их грязные физиономии мрачнеют, брови сдвигаются и на щеках вспухают желваки.
— Похоже, будут убивать, — хмыкает Прошка, не переставая комментировать для зрителей происходящее на поле.
— Ты им идейку из мультика подкинул? — мысленно хмыкаю я, глядя, как эльфы выстраиваются узнаваемой «свиньей».
— Не, похоже, сами догадались. Думаешь, сработает?
— Ты им условие по неиспользованию магических способностей озвучил?
— А то ж!
Между тем, эльфы стремительно несутся на цепь орков. Могучие мужики еще сильнее стискивают потные ладони. Удар….
— А-а-а-а!
— Есть!
Основной удар пришелся на Тренделя. А один хитрец в это время оторвался от общего клина и ударил рядом. И ведь пробил! Сыграл на эффекте неожиданности. Два орка не удержали рук, и парнишка — надо сказать, не самый сильный из эльфов, но зато самый шустрый, похоже, уже возле двери башни.
— Йес!
— Ага, Прош. Как всегда — побеждает не самый быстрый, а самый умный.
— Не пошли, Лерыч, тебе не идет. Что там дальше по плану?
— По плану — серенада. Но у орков свои планы. Впрочем, это мы тоже предусмотрели. Теперь они разбились попарно и молотят друг друга, уже не разбирая — эльфы это, или орки. Главное — спустить пар.
— Нет, так нельзя! — фыркает Темный, ерзая на табурете. — Лерыч!
— Лерыч, Лерыч, — согласно хмыкаю я. Надо останавливать, пока они до смертоубийства не дошли.
— Свисти! — сую Властелину в рот свисток. — Усиль звук магически и свисти. Ну!
— Первым в башню ворвался эльф Мухамиэль! — разносится над трибунами голос Прошки. — Первый раунд за командой «Эльфийская Звезда».
— Ур-ра! — орет левый край трибун. Там кучкуются эльфы и гномы. Правый край угрюмо помалкивает.
— Судью на мыло! — орет кто-то из середины.
— Ур-ра!
Команды медленно втягиваются на скамейки запасных, так сказать. Запасных у них нет, но я не помню, как именно называются места для команд. Не спортсмен я, однако.
А на поле под игривую музыку выплывают наши девицы — красавицы. Все десять. В руках девушек букеты, которыми они выписывают в воздухе круги и спирали. Видно, в этом мире тоже любят хороводы. Десять девушек, мелко семеня, скользят по молодой траве, как когда-то давно их прабабки. Это мы, циники и насмешники, считаем хоровод простым танцем, а здесь и сейчас девушки возносят молитву Богам, хотя и не помнят толком — как именно их зовут. Да, как-то так: молятся, не подозревая об этом.
— Ты права, — тихий шепот на грани слышимости. — Они молятся мне.
Злотинка проснулась.
— Не Эгле? — вздергиваю бровь я, продолжая наблюдать за хороводом. Он уже обвил собой все поле — мне даже чудится живой след на траве.
— Кто такая Эгле, — Злотинка улыбается, и я даже вижу ее лицо — как сквозь плотную вуаль, но ведь вижу. — Она всего лишь пришлая здесь. И она не любит народные танцы. Она когда-то использовала мои заготовки. Я тогда не знала — что такое любовь.
— Ясненько, — доносится мысль Прошки. — Лерыч, что дальше?
Я смотрю, как девушки разделившись на два ручейка, подплывают к нашим героям, и вручают им свои букеты.
— А букеты-то не все получили, — удивленно шипит Темный. — Лерыч, это так задумано, или случайность?
— А вы как думаете, вашество? — отвлекаюсь от хоровода я. Мне и в самом деле интересно — как он думает.
— А, игра на выбывание, да?
— Почти. Вы не забыли еще о вашей… гм… невесте?
— Кстати — а она — то где? Я не вижу ее ни в ложе, ни среди девушек, ни еще где-то.
— …во тьме печальной
Гроб качается хрустальный
 
На цепях между столбов.
Не видать ничьих следов
Вкруг того пустого места.
В том гробу твоя невеста, — процитировала я Пушкина загробным голосом прямо Властелину в ухо.
Он с ужасом посмотрел на меня
— Да-да, Ваше Темнейшество. Именно в гробу. Дрыхнет, свинка розовая гламурная. И будет спать, пока влюбленный рыцарь не поцелует холодные губы.
— А что потом?
— Честным пирком да и за свадебку, — хмыкнул Прошка. — Лерыч, перерыв заканчивается. Играем дальше?
— Перерыв заканчивается, Темнейшество, — отмахнулась я от Властелина.
— А весело устроены мозги у этих двоих, — размышлял Темный, наблюдая, как из-за низкого ограждения выбираются на поле члены обеих команд. По какому — то странному замыслу сейчас команды были старательно перемешаны и поделены так, что ни одна не может оказаться сильнее. Тяжеловесность орка уравновешивалась пронырливостью и гибкостью эльфа.
— Интересно: когда вы сумели узнать, что эти парни работали в связке? — обернулся Темный к Лерычу, все так же непринужденно грызущему какую-то дрянь из растительного царства.
— Тю! Долго ли умеючи! — фыркнул мальчишка. — И вообще — у нас свои методы, Ваше Темнейшество. Вопрос можно?
— Давай, — кивнул Темный, не отрывая взгляда от поля.
— Вы всерьез намерены жениться на ставленнице ваших Богов? Или все-таки нет?
— Смеешься?! Я этим Богам неподвластен. А тебе так хочется пристроить свою подружку?
— Вот уж нет! Конечно, примерить седалище на трон ей очень хочется, но ведь на нем еще и усидеть надо. Да и тебе, уж не обижайся, нужна женщина умная, хозяйственная и понимающая. Вам ведь Мир восстанавливать. Ляля с Миром не справится. Она и с собой-то справиться не может. Все в какие-то приключения влипнуть норовит. В смысле — на свою пятую точку их отыскивает. И меня втравливает. С детства. Теперь еще и Прошку приобщила.
Темный хмыкнул.
— Я так и понял, — кивнул. И вновь обратился лицом к полю.
А там…. Это кто же у мальчишек в подручных ходит?! Мага такого уровня в войсках Темного не было — на этом он мог стоять твердо хоть до конца света. Нет, мастера иллюзий были и не плохие, но чтобы вот так, сходу, выстраивать на глазах изумленной публики высокую башню в разрезе — нет, таких не было. Хотя бы потому что никому это не нужно было. И не просто башню в разрезе, а башню, которую стремительно окружало озеро с чистейшей водой. По его берегам уже качались на легком ветерке камыши и полоскали ветви в воде зеленокосые ивы. Темный даже услышал хоровое кваканье лягушек. И даже голоса каких-то птиц.
— Я стою на одном, ну а ты на другом
На высоком берегу на крутом, — едва слышно промурлыкал Лерыч. Темный присмотрелся.
Две команды претендентов мялись на берегу озера. А вокруг ни единой досточки, ни прутика, ни веревки. И только у башни так же в полном недоумении топчется тот самый Мухамиэль. И в башню войти не может, и назад не уплыть. И что делать — понятия не имеет.
— И?! — недоуменно выгнул бровь Темный. — Что дальше?
— А я-то почем знаю, — ухмыльнулся Лерыч. — Ваши воины сами должны решить — что у них дальше. Это у них — рыцарский турнир, а я так, рядом стою. Кстати, пойду-ка я красавиц попроведаю. Губки им подкрашу, бантики завяжу. Реснички, опять же, подклею….
Темный только головой покачал, глядя, как вредный мальчишка легко вскочил на бортик ложи, и балансируя, пробежал по узкой кромке.
— Кто же ты такой, Лерыч?! — пробормотал он, и вновь всмотрелся в происходящее у озера.
 
Кое-кто из горячих голов сунулся в воду, и тут же вылетел обратно, шипя и ругаясь. Вода оказалась ледяной, будто стекала прямиком с горного ледника.
— Это кто ж у нас так развлекается? — подошел к ложе Темного Властелина Черный Эльф. — Интересные турниры проходят в родном мире этих мальчишек.