Отбор «Плевать на короля»

В местных ценах мне еще предстояло разобраться. Но в голове уже созрел фантастический план.
 
Глава шестая
 
Я заинтригованно потерла руки. Не нужен мне особо этот король и королевство не нужно тоже. Но отбор, за участие в котором дают бабло?..
Да это же решение всех проблем в моей жизни! Отель, да, конечно, я обязательно открою отель! Для Аури, наверное, это не деньги, и для моей семьи тоже. Вряд ли мне такую сумму в сундук положили, а тут такой шанс!
Шансище! Плевать мне, короче, на короля, пусть сам как-нибудь разбирается! Но на отбор я попаду, если надо – прогрызу себе участие!
– Я могу сесть рядом с вами?
Похоже, это была последняя партия девиц. Тем более что и двери закрылись, а глашатай то и дело выкрикивал новых участниц. Они не возвращались, что было странно. Все выбывали или все проходили? Не ели же их там, в конце концов.
– Да, конечно, – позволила Аури, а мне было решительно все равно.
Я уже витала в розовых мечтах. Деньги. Я могу получить деньги и жить на них припеваючи! Да я еще когда работала на ресепшн, мечтала, что когда-нибудь открою свой отель! Мечтать, как говорится, не вредно, и вот результат!
Наверное, у меня лицо было слишком довольное.
– Меня зовут Ринга Станти, – представилась новая девушка. Хоть эта такой же лузер, как я. Мы с Аури тоже назвались, потом помолчали. – Наверное, я не пройду, а жаль.
Аури улыбнулась не то понимающе, не то презрительно. Я же отметила, что платье у Ринги было бедновато по сравнению с нашими.
– Нам бы помогли эти деньги, – смутилась Ринга. – Отец нанял бы новых работников. Может, смогли бы немного поднять поместье. Последний неурожай был очень некстати.
Я вспомнила Тессу и подумала, что вот кому бы действительно стать королевой. У нее уж точно никто в потолок вместо работы плевать не будет. На ходу подметки рвет. Эта будет сидеть взаперти, но и министров так драть будет, что клочки по всему дворцу полетят. Королева-трудоголик – ужас королевского двора! Я про себя посмеялась и чуть не пропустила выкрик уже основательно охрипшего глашатая.
– Девица Станти! Девица Вентри! Девица Мареи!
Ринга тяжко вздохнула и изящно поднялась. Наверное, здесь очередность была не по знатности, а по велению левой ноги. А вот девица Мареи была маленькой, полненькой и очень вертлявой. Она мне наступила на подол и даже не извинилась. Я сдержала ответный удар, все-таки юбка не поехала по всем швам – и то хорошо.
Тощий как высушенная змея секретарь проводил нас в огромную комнату, сильно смахивающую на универскую аудиторию. Только вместо студентов за столами сидели кандидатки, а там, где в нормальных местах стоит кафедра, торчали за столиками несколько пыльных мужичков. Кандидатки что-то писали, а мужички перешептывались и чесали лысины.
Я собиралась сесть вместе с Рингой, но мне быстро обломали весь кайф. Секретарь сам определил, куда мне усесться, а потом развел Рингу и девицу Мареи по разным углам. Я поискала среди голов Тессу – безрезультатно. Ну, ладно, это почти как набор в «Гранд Отель». Будем бороться за перспективы.
Похоже, язык мой – враг мой, еще и работает как фиговая предсказательница. Не успела я сравнить процедуру с надоевшими мне при жизни еще собеседованиями и приуныть на этот счет, как очередной юный менеджер по перекладыванию бумаг принес мне целую стопку. И перо с чернильницей. Издевается, гад, я же этим писать не умею!
Но секретарю это было, как говорится, до фени. Они вообще были здесь какие-то молчаливые, то ли значимости себе придавали, то ли следовали правилу «молчи – сойдешь за умного».
Теперь за умную приходилось сходить мне…
Я была, говоря откровенно, готова к провалу. Всякие тесты на логику у меня выходили не очень. Дженна говорила что-то про магию, так что я придвинула листочки к себе с опаской, ожидая увидеть там что-то вроде «где найти безоар» и «чем отличается аконит от клобука монаха». И «страница триста девяносто четыре – вы самое слабое звено, прощайте». Оказалось, что нет.
 
«Кем вы видите себя через пять лет?»
«Назовите три ваших самых сильных и самых слабых качества».
«Расставьте по порядку от одного до десяти ваши жизненные приоритеты…»
Я подавилась, закашлялась и, прикрывая рот ладонью, откинулась на спинку скамейки, пытаясь как-то переварить прочитанное. Нет, серьезно?
Здесь где-то черная дыра? В нее проваливаются эйчары с самомнением? Или я не одна тут такая, что ли, попаданка с причудами, просто мне за какие-то заслуги повезло больше, чем остальным?
«Нарисуйте дом…» И это здесь? Здрасьте, приехали. Постройте свекровь и посадите печень. Не на ту напали, дорогие мои!
Я проводила насмешливым взглядом очередного секретаря с партией кандидаток. Тот это был, что меня приводил, или нет, я не разобрала, все они тут на одну физиономию. Что-что, а это меня не пугало. На дурные вопросы интернет знает верный ответ.
На «пять лет» отвечала я уже неоднократно и знала, что «главный бухгалтер» почему-то очень не нравится главбуху нынешнему. Поэтому я, нещадно уляпав листок чернильными пятнами, кое-как написала:
«Человеком, которому доставляет удовольствие видеть результат того, что он делает».
Косноязычно, конечно, но я не книгу в издательство подаю, редакторов нет. Все равно половину ответа не видно, кляксы мешают.
«Я целеустремленная, командный игрок, усидчивая».
Подумав, я вычеркнула «командного игрока». Мало ли, как поймут. Например, как намек на командные упражнения в горизонтали. А этого нам не надо!
Очередная клякса уселась на лист, а я дописала: «верная и умею дружить». Даже и не соврала. Пусть мои подписчики в инстаграме будут свидетелями!
Мысленно похохатывая, а я знала, чем сбить рекрутерам жизненные установки, дописала «отрицательные качества»:
«Амбициозная, не прощаю обид, в том числе за друзей, иду к цели по головам».
Как правило, на таких ответах эйчары зависали надолго, чаще всего им требовался жесткий рестарт – водички попить, в затылке почесать, в туалет выйти. Меня это в плане одобрения анкеты, конечно, ни фига не спасало, но душу я отводила. Итак…
Жизненные приоритеты я расположила, конечно же, как «положено» – «общественные» выше, «личные» ниже. «Деньги» и «признание» вообще спустила на самое дно, про себя посмеявшись. Судя по вопросам анкеты, этот эйчар сюда не провалился, его упихали насильно, может быть, даже не соискатели, а собственный шеф. Настолько идиотской была анкета!
С остальными вопросами я тоже не парилась, ничем от привычной мне ерунды они не отличались. Нарисовать дом и девушку мне труда не составило, а вот на «несуществующем животном» я зависла уже сама. Откуда я знаю, черт побери, что тут существует, а что нет?
Но находчивости мне было не занимать, и я корявенько, потому что лучше все равно не умела, изобразила на листе утконоса. Все равно это нечто такое, что то ли есть, то ли нет. Для наглядности я нарисовала ему яйца, которые он отложил, а в сумке – детеныша. Рисовать пером было очень неудобно, а я увлеклась деталями и не сразу сообразила, что яйца выглядят слишком уж подозрительно. Очень намекающе. Никак не яйцами, я бы сказала, но исправлять было поздно.
Остальные листки меня знатно опечалили. Не то чтобы я надеялась проскочить на образной ерунде… Была надежда, конечно. Но подспудно понимала, что и что-то здешнее обязательно влезет.
Очередной лист как раз стал той самой «страницей триста девяносто четыре». Половину слов я не понимала вообще. Что может значить «Нанесите криптеры на соответствующие ладоны»? И какие-то квадратики по всему листу. Методом тыка можно, конечно, но что значит «криптер»? Как он выглядит и из чего состоит?
Часа через два, когда в аудитории уже почти никого не осталось – видимо, у прочих криптеры затруднений не вызвали – я разглядывала дело рук своих. Несмотря на то, что я получила с новым телом умение говорить на местном языке, читать и писать, русский я не забыла. Так что в выбранных произвольно квадратиках вместо криптеров было написано то самое слово, которым на моей родине часто украшают различные вертикальные поверхности. Это все от отчаяния и дефицита воображения. Не иначе.