Запрещенный ритуал – 3

Розовая от волнения Норина вдруг захлопала в ладоши, привлекая внимание.
– Вот этих двух до готовки не допускать! – воскликнула она.
– Ах ты, старая перечница! Я готовила герцогу Нор Эдо, – топнула ногой молодая плотненькая особа.
– Не герцогу, а в казармах при замке кухарила, – поправил дед Марко.
– Знаю я, как ты готовила! Грязь под ногтями, хоть редис сажай, вся казарма поносом маялась! А эту мы все знаем, пьяница и воровка! Нельзя ее в дом брать.
  
– Да чтоб тебе сдохнуть в канаве, старая ведьма! – взвилась кандидатка. Однако мутноватый взгляд и слегка дрожащие руки выдавали ее с головой.
Эта парочка мне сразу не приглянулась, поэтому мы их выпроводили, несмотря на крики и угрозы. От биржи остались трое – низкорослая гномка, полная брюнетка и совсем молоденькая девушка, которую шатало от волнения. Руки у нее были нежные, пальцы тонкие. Жюри понятливо переглянулось: девушка в первый раз на кухне.
Гномке достался номер первый, салат. Я указала на рабочее место, где были сложены овощи, зелень, сыр, оливки, небольшой кусок отварного мяса, уксус, постное масло и сметана. Гнома огорченно вздохнула.
– Я бы лучше по мясу, – пробормотала она, повязывая фартук.
Робкая девушка вытащила третий номер – «Горячее мясное блюдо». Затравленно оглядела куриную грудку, вырезку, грибы, фасоль и пряности.
– Я не от биржи, я сама по себе, – худощавая женщина средних лет решительно сунула руку в шляпу. – Второй номер, похлебка!
Пышнобокой брюнетке достался четвертый номер, выпечка. Она зорко окинула взглядом рабочее место, проверяя наличие муки, яиц, сахара, молока, дрожжей и ванили.
– У вас час! Затем дегустация, призы и подарки! – объявила я. – Если чего-то не хватает, помощники все принесут!
Гнома, все время что-то бормоча, крупно резала в миску все подряд. Робкая девушка обожглась краем сковороды, на которой обжаривала кривые ломти куриной грудки. Пришлось оказывать первую помощь.
Стучали ножи, трещал огонь, разливались ароматы.
– А ну, стой! – гаркнул дед Марк, приподнимаясь. – Брунетка сыпанула что-то в котелок!
– Да ничего я не сыпала, рядом прошла! – завопила пекарка.
Морван живо подцепил котелок за ручку и поставил на стол жюри.
– Вон, кристаллики не целиком распустились, – указал глазастый дед.
– Слабительная соль, – Норина выловила кристаллик ложкой и лизнула ее. – Узнаю вкус.
Мне тут же наперебой объяснили, что воду из местного гейзера выпаривают и получают крайне полезную соль от запоров и воспаления кишечника. Она горько-соленая с легким привкусом соды. Вредного в ней ничего нет, пьют ее большими стаканами, но блюдо безнадежно испорчено.
– Нет, нам обманщики не нужны, как думаете?
– Нечестно это, – кивнула Норина.
– Так ежели ей приплотят, она и яду сыпанет? – Вставил дед.
– Клевета! – заорала брюнетка. – Зуб у вас на меня!
Морван быстро сунул руку в карман ее фартука и на стол посыпались крупные желтоватые кристаллы. Все возмущенно загудели.
Робкая девушка вздрогнула, неловко дернула рукой и обжаренные овощи с мясом вместе со сковородкой полетели на пол. Девушка горестно вскрикнула, но помочь уже было никак нельзя.
– У кухарки нервы, что канаты должны быть, – поцокала языком Норина. – А у барышни еще и руки-крюки.
– Нас покидают еще две кандидатки с биржи! – общее решение было единогласным.
– А не три? Похлебка-то тю-тю, – указал дед на котелок.
– Еще есть время! – воскликнула женщина. – Я и за полчаса вам похлебку спроворю!
Она кинулась к посуде, схватила чистый котелок и снова подвесила над очагом. Робин с важностью помощника налил воды. Сверкнул нож, принимаясь за веселый пляс на доске. Кусок курицы, порезанный тонкими полосками, полетел в котелок, за ним кусочки спаржевой фасоли, кубики картофеля и горсть пшена. На маленькой сковородочке был обжарен лук и морковь в масле. Соль, перец, растертый кориандр с кумином и чеснок полетели следом.
– Время! – гаркнул Морван. – Блюда на стол!
– Слишком много масла, – отведала салат Норина.
– Пресно и порезано, как дрова, – кивнул дед Марк. – Неизячно!
Готовившая похлебку вдруг ойкнула и распахнула духовку.
– Булочки-то едва не пропали! – выпалила она. – Вон какие загорелые!
– Давай их на блюдо сюда, красавица!
Похлебку из котелка разлили по мискам и раздали всем желающим.
– Густая, наваристая и сытная, – зажмурился бывший трактирщик. – Ее бы с гусиными потрошками!
– Не придирайся, старый! Похлебка и без потрошков вполне удалась! Князю такое не предложишь, но что вкусно, то вкусно! – объявила Норина.
На столе появился сладкий фруктовый плов (я вчера приготовила), блины с вареньем, компот, травяной чай и легкий грушевый сидр.
– Прошу всех к столу! – Объявила я. – Кухаркой становится…
– Эгина, – порозовела женщина.
– А ты, милая, не расстраивайся, – сказал дед огорченной гноме. – Знамо дело, гномы по овощам не мастера, толстотрапезно покушать любят. Ты приходи завтра в трактир «У Кальмара», ваши часто к нам заходят, им твоя стряпня точно понравится!
Гномочка Феона утерла слезы и заулыбалась.
– Уважаемому жюри, нашедшему время для конкурса, подарки! Амулеты от насекомых, от крыс и браслетик на здоровье! Всем гостям конкурса дарю брелоки от мух! Моего изготовления! Завтра пойду спрошу на бирже, какого лешего они делают и за что берут деньги!
– Все пойдем! – подхватили торговцы. – Давно пора им холки намылить!
– А я вот думаю, такой конкурс надо самим проводить, а? – предложила Норина. Это предложение тоже было встречено громким гулом и аплодисментами.
– У знати повара устраивают каждый год «Пир паштетов», а нам свой конкурс надобен. Чем мы хуже?
– Ничем мы не хуже, дядька Марк! Не хуже! У нас на набережной едален много, пусть кухари соревнуются!
– Из мраморного мяса и ананасов любой дурак приготовит, а ты из залежалой солонины и пшена приготовь, да чтоб вкусно и быстро было! А то голодные моряки тебя самого заживо сожрут! – стукнул дед Марк кружкой по столу.
Довольные наевшиеся гости покинули дом, весело и громко переговариваясь. Ни один не забыл дареные брелоки.
– Марина, тебе что в голову стрельнуло? – Простонал Морван. – Завтра же весь город будет гудеть, обсуждая твой «конкурс». Приличная женщина, мать семейства!
– Больше всего я хотела бы жить тихо и спокойно. Но не выходит! – я поднялась на цыпочки и чмокнула волка в щеку. Шило в мешке не утаишь, дурной характер свое возьмет.
– Ох, и шалопутная же ты! – Покачал волк головой и потащил тяжелый стол обратно к окну.
В дом ворвались дети.
– Чем тут так пахнет? – Закрутила носом Люси.
– Всю еду гости съели, а наша мама с ума сошла, – проворчал Морван.
– Ничего и не сошла! – Отозвалась весело я. – Зато у нас теперь есть кухарка, звать Эгина, теперь у нее жрать просите, а я вам больше не стряпуха!
– И оладушков не будет? – состроила жалобные глазки Люси.
– Какие гости? – Выпучил глаза Крис. – Мы же тут никого не знаем!
– Ошиба-а-аешься, – ехидно протянул Морван. – Мы не знаем, а маму теперь весь город знать будет!
– И амулеты покупать, – промурлыкала я. – Без пиара нет навара!
Морван закатил глаза и тяжело вздохнул.
Честный и простодушный волк понятия не имел об информационной войне, рекламе и продвижении товаров и услуг. Зато в этом варилась я. И если нельзя получить лицензию мирным путем, мы получим ее иными методами. Не гуманными и немирными.
Опять же, шоу-бизнес тут поставлен отвратительно, я еще в Курепсе обратила внимание, бродячие труппы актеров, несколько передвижных цирков… а люди хотят видеть зрелища! Некогда было заняться, а ведь золотое дно! Вся праздношатающаяся на набережной толпа готова была идти куда угодно, лишь бы было не скучно. Причастность к чему-то важному тоже много значит.
  
Марш протеста горожан с криками «Позор!», «Долой бездельников!», «За честный труд!» успех имел ошеломительный. Долго ли взять кусок дешевого полотна и намалевать лозунг? А людям понравилось! Биржа вскипела… и убежала. Клерки выпрыгивали в окна вагончиков. Кому-то из особо бессовестных набили физиономии. Прибывшая конная стража не знала, что делать и кого считать преступниками.