Настоящий автюк

Тем временем Каменев, услышав, что меня назвали Гордеем Хладовым, нарочито удивленно приподнял брови.
– Мне казалось, что у молодого человека другая фамилия.
– Хотите сказать, что я вам вру? – с той же интонацией спросила Ульяна Романовна, заставив мужчину натянуто улыбнуться.
– Что вы, это всего лишь проявление любопытства и ничего более.
– Он Хладов! – припечатала Ульяна Романовна и добавила: – Раз я утолила ваше любопытство, то, может, и вы утолите мое? Насколько помню, мы должны были встретиться с вами завтра.
  
– В самом деле? Возможно, мой помощник что-то напутал, заставив меня поспешить к вам, – воскликнул Каменев. – Надеюсь, после этого признания вы меня не выгоните?
– Если его благородие не будет против, – начала графиня и посмотрела на барона, – то я бы предложила и вам место за нашим столом. Тайны в моих словах нет, и они относятся ко всем командирам отрядов егерей.
– Я не против, – ответил Лисин, с интересом посматривая на устроенный Каменевым спектакль.
– Тогда прошу к столу, – пригласила всех графиня. – И предлагаю обращаться без титулов, по-простому. Мы все же не на приеме.
Когда все заняли свои места, графиня произнесла:
– Еще раз благодарю вас, господа, что откликнулись на мое предложение и прибыли на разговор.
– Лига охотников, которую вы взяли под свое покровительство, – сказал барон Лисин, бросив взгляд на Бекишева, – весьма сильный отряд, который стал серьезным игроком в городе и ежемесячно набирает силы.
– Действительно, – произнес Каменев, – ваш отряд словно бы усиливается день ото дня. Еще недавно там было лишь четыре человека, а теперь почти две тысячи. Удивительно.
– Это заслуга Ивана Михайловича и его заместителей, – заметила графиня, посмотрев на Бекишева и, выдержав небольшую паузу, добавила: – Предлагаю перейти к делу, для которого я вас и пригласила – оно будет касаться безопасности отрядов, мирного сосуществования и возможного подписания союзного договора о взаимопомощи против общих врагов и рейдерских захватов.
– В свете последних месяцев эти проблемы кажутся мне весьма актуальными, – заметил Лисин. – Вот только хотелось бы узнать о них более подробно.
– Действительно, – согласился Каменев. – Не совсем понятны некоторые определения. Что, к примеру, значит взаимопомощь против общих врагов? Кто будет на них указывать? И по каким критериям мы будем понимать, что они общие? А если проблемы будут касаться одного или двух отрядов, а остальных нет? Как быть в этом случае?
– Вы все слишком усложняете, – заметила Ульяна Романовна. – Пока мы лишь обсуждаем намерения и заявляем о необходимости работать без опасений за свои жизни.
– А мне показалось, что род Хладовых планирует сделать своих врагов общими. Ведь если кто-то на вас нападет, то союзники обязаны будут оказать помощь. Зачем нам эти проблемы?
– Я не предлагаю вам сражаться с моими врагами, – холодным тоном произнесла Ульяна Романовна. – С ними, если они объявятся, я решу проблему сама. Мое предложение касается безопасной работы отрядов города. Чтобы один из них внезапно не атаковал соседа и не заставил остальных вновь забыть о работе и сосредоточиться на собственной безопасности. Слишком часто в последнее время происходили подобные вещи.
– Не знаю. – Каменев откинулся на спинку стула. – Слишком голословно это звучит. К примеру, за последние пятьдесят лет еще никто и подумать не мог о том, чтобы попытаться отобрать отряды у нашего рода.
– Насколько мне известно, два достаточно крупных отряда тоже долгое время не подвергались каким-либо нападениям, а затем в один прекрасный день у них неожиданно сменились хозяева. Господа Рогов и Плевцов не дадут соврать.
На лице Каменева мелькнула тень недовольства, и он произнес:
– Их командиры забыли о своем долге и проводили в увеселительных заведениях куда больше времени, чем в разломах.
Графиня парировала:
– Знавала я одного молодого человека, который владел ресторанным бизнесом. Обстоятельно вникал во все дела своего детища и постоянно работал. Только знаете что? Это ему не помогло. Стоило сторонним силам заинтересоваться проектом – и все. Конец.
– Это потому, что у него в штате были повара, а у нас – опытные и готовые ко всему егеря из боярских родов, которые знают, с какой стороны браться за шашку, и отлично владеют магией.
– На каждую рыбу найдется рыба покрупнее, – заметила графиня и добавила: – Но я ни к чему вас не призываю и на союзном договоре не настаиваю. Силой тоже никого тянуть не собираюсь. Каждый должен понимать, нужно ему это или нет.
– Ну, конечно же, никто никого не тянет. – Каменев прищурился. – Только вот командиры небольших отрядов думают иначе.
– Моя цель – прекратить столкновения, сохранить мир и отсрочить рейдерские захваты, которые мешают работе, – произнесла Ульяна Романовна. – А что касается других командиров, то я говорила им то же, что и вам. Ни больше, ни меньше.
Каменев рассмеялся:
– Ну конечно! Как я сразу не догадался! Ведь род Хладовых уже взял под контроль лигу охотников, теперь нужно придумать, как бы запретить другим повторить этот маневр. А то вдруг потеряется такая лакомая кормушка. Ведь так, Бекишев?
От Ульяны Романовны разошлось облако холода, а Иван Михайлович твердо встретил чужой взгляд и покачал головой.
– Совсем не так.
– Как же не так? – нарочито удивился Каменев. – Неужели ты забыл, как создавал отряд и мешал центру подготовки подгрести его под себя? С какими проблемами сталкивался? Теперь что? Засунешь гордость в одно место и позволишь себя обокрасть?
– Это не только мой отряд, – сухо ответил Бекишев. – И не я один его создавал. Даже идея изначально принадлежала не мне. Так что, ваше благородие, вы во многом ошибаетесь.
– И кто же создатель? – переспросил Каменев, посмотрев на меня. – Неужели знаменитый в определенных кругах Бешеный Пес?
На этих словах с интересом следящий за перепалкой Лисин обратил свое внимание на меня, но все так же продолжал молчать, а командир «Пожирателей разломов» добавил:
– Может, ты все еще развлекаешь людей на арене, сражаясь с монстрами?
– Я спасал друзей и помогал одному человеку, – ответил я спокойно. – Но, возможно, кто-то видел в этом и развлечение.
– А почему Бешеный Пес? Зачем ты взял себе прозвище недалекого и агрессивного холопа? – продолжил цепляться ко мне Каменев.
– Так назвали меня другие. – Я пожал плечами.
– И тебе не обидно? – уточнил мужчина.
– Нет, – сухо ответил я.
– Ну, так неинтересно, – произнес Каменев. – Может, ты пояснишь почему? А то ведь столько догадок в голове возникает. Лично я считаю, что это из-за твоего внезапного изменения фамилии. Был Ладов – стал Хладов. Нашел, чем купить графиню, и перестал быть ублюдком.
Лисин тут же напрягся, а Ульяна Романовна холодным тоном произнесла:
– Илья Матвеевич, мне кажется, что вы допустили излишне резкие заявления.
– Вам не кажется, – уголками губ улыбнулся Каменев. – Но дело не в том, что я сознательно пытаюсь оскорбить вашего мальчишку. Просто говорю так, как есть.
Ульяна Романовна окинула мужчину насмешливым взглядом.
– Вам нужно лучше собирать информацию. К правде ваши слова не имеют никакого отношения. Впрочем, считайте так, как вам угодно.
– А я так и считаю. – Каменев перестал улыбаться. – Что мальчишка преподнес своей дальней престарелой родственнице слишком удачный приз, из-за чего она потеряла связь с реальностью. Полагает, что вправе вести себя как хозяйка положения, приглашать на встречи уважаемых людей и разговаривать от имени большого количества егерей.
  
– Господа и дамы, – неожиданно для всех подал голос барон, – предлагаю вернуться к теме разговора и воздержаться от взаимных оскорблений. Сначала – дело.
– А мне казалось, что мы уже все обсудили, – ответил Каменев. – Графиня решила, что может позволить себе сделать нам сомнительное предложение. Ублюдок помог ей подмять под себя лигу охотников, а удача помогла успешно противостоять нескольким нападениям, уничтожить ослабленных клинков и разобраться с оставшимся без союзников Залесским. Теперь она решила, что следующая ступень – город. Я ничего не пропустил?