Средневековый мир «Игры престолов»

 
Женщины, честь, секс и брак
 
Оберин: Мы не обижаем маленьких девочек в Дорне.
 
Серсея: Маленьких девочек обижают по всему миру (5.4).
 
Женщины Вестероса и Эссоса, как и их средневековые сестры, подчиняются законам патриархата. Ценность женщин из высшего сословия заключается главным образом в их функции объединять разные семьи, и их роль, как правило, состоит в том, чтобы выйти замуж за кого-то из своих родственников с целью формирования более прочных альянсов и исполнения обещаний. Такое отсутствие свободы выбора было типичным для брачных обычаев средневековой аристократии. Благородные девушки оказывались помолвлены в очень юном возрасте и часто вы давались замуж по достижении половой зрелости («в цвету», выражаясь по-вестеросски). Так, Кейтилин вышла замуж за Неда после смерти Брандона (старшего брата Неда); любовь в их браке зарождалась очень постепенно. Дейенерис отдается на милость Дрого в обмен на обещания военной поддержки плана Визериса по захвату Железного трона; неожиданно Дрого, по крайней мере в книгах, проявляет нежность к Дейенерис в первую брачную ночь. Санса, пешка в брачной партии, была обещана Джоффри, но вышла замуж за Тириона (брак с которым так и не был консумирован) и наконец была отдана Мизинцем в лапы Рамси. В Средневековье изнасилование, совершенное над Сансой в первую брачную ночь, должно быть, было уделом многих невест, которые, будучи юными девами, плохо представляли себе, что их ждет в спальне. В средневековой Европе сексуальное насилие было явлением повсеместным, как и в Вестеросе, и только мужское сопровождение и охрана могли гарантировать безопасность женщины вне дома. Как отмечает сам Мартин, изнасилования и сексуальное насилие были частью каждой войны на протяжении истории, от древних шумеров до наших дней. Опустить эти элементы из повествования, сосредоточенного на войне и власти, было бы фундаментально ложным и нечестным и подорвало бы одну из тематик моих книг: истинные ужасы человеческой истории совершаются не орками и Темными Лордами, а нами самими [3].
Марджери Кемпе, жившая в первой половине пятнадцатого века, о которой мы узнаем больше в четвертой главе, оставила нам, вероятно, первую женскую автобиографию на английском языке. Она рассказывает о сексуальном домогательстве, совершенном в ее отношении Стюардом Лестерским. В своих многочисленных путешествиях по Европе Марджери постоянно опасалась изнасилования. По религиозным причинам она не хотела сексуальных отношений с мужем после рождения первого ребенка. Тем не менее общепринятые взгляды на брачные отношения в те времена оправдывали регулярное сексуальное насилие со стороны мужа, в результате у них появилось еще тринадцать детей. В конце концов Марджери, заручившись поддержкой Иисуса, сумела договориться с мужем о выкупе из нежелательных супружеских отношений, выплатив долги мужа, и отправилась в паломничество в Иерусалим [4].
Вдовы, по крайней мере в Англии, считались более неподвластными воле своих отцов и братьев, особенно если у них оставались сыновья от умершего мужа, и им было легче избежать нежелательных вторых браков. В итальянских городах позднего Средневековья, где женщины, как правило, вступали в брак с мужчинами намного старше себя, вдовство порой наступало довольно рано. В таких случаях братья вдовы возвращали свою сестру и ее приданое обратно в семью, чтобы подыскать для нее другую выгодную партию. И очень часто семья первого мужа оставляла детей вдовы у себя; таким образом, скорбящая женщина теряла и мужа, и детей. Поэтому неудивительно, что Серсея, вдова и королева-мать, не может противостоять воле своего отца, когда он приказывает ей выйти замуж за Лораса Тирелла, чтобы укрепить связь между Ланнистерами и самым могущественным домом в Просторе. В период Средневековья, особенно когда Церковь стала подчеркивать важность согласия женщин при заключении брачного союза, начало появляться понимание того, что взаимное уважение и привязанность делают браки более крепкими и счастливыми для обоих участников. Мужья, которые отправлялись в Крестовые походы на десять лет, должны были быть уверены, что их жены смогут справляться с хозяйством. Негласное влияние и мудрость жен и матерей могут изменить судьбы народов.
 
Алиенора Аквитанская, одна из самых грозных королев Англии за всю историю страны, присоединилась к своим сыновьям, когда они восстали против своего отца, Генриха II. Маргарите Анжуйской, супруге Генриха VI, далеко не сразу удалось произвести на свет наследника. Ей пришлось пережить физическое и умственное угасание ее мужа, а также растущую силу и амбиции дома Йорка – факторы, вызвавшие Войны роз. Часто сравниваемая с Серсеей, Маргарита не могла самостоятельно править королевством: герцог Йоркский был назначен протектором во время болезни короля. Его критическое отношение к тому, как партия короля, поддерживаемая королевой, управляла делами королевства, как дома, так и в войнах с Францией, делало открытый конфликт неизбежным. Йоркистские победы, завершившиеся коронацией Эдуарда IV в 1461 году, для Маргариты ознаменовали начало многолетней дипломатической кампании в надежде вернуть трон своему мужу или сыну. Ей потребовалось десять лет для того, чтобы добиться поддержки кандидатуры графа Уорика («Королевского распорядителя») со стороны Франции, чтобы восстановить власть Ланкастеров; очевидно, она надеялась, что ее сына изберут королем. Реставрация продлилась недолго: йоркистские и ланкастерские армии встретились в битве при Тьюксбери 4 мая 1471 года. Эдуард, сын Маргариты, был убит, а Генрих VI умер в тюрьме: надежды Маргарет рухнули. Следующие пять лет она провела под опекой Элис де ла Поль, вдовствующей герцогини Саффолка и внучки поэта Джефри Чосера. Элис была другом и сторонником Маргариты в юности; возможно, это сделало условия ее новой жизни терпимыми. После выплаты значительного выкупа и отказа от всей своей собственности в Англии Маргарита вернулась в свою родную Францию в 1475 году, где она умерла семь лет спустя. Ее история особенно драматична, но она перекликается с судьбами очень многих средневековых королев.
Представления о женской и мужской чести в Вестеросе принципиально различны. Слово «шлюха» используется повсеместно как бранное, и это оскорбительно и для женщин, и для мужчин. Нед чуть не придушил Петира Бейлиша, когда тот за явил, совершенно правдиво, что жена Неда находится в его борделе. Петир забрал туда Кэт, чтобы сохранить ее прибытие в Королевскую Гавань в тайне, но Нед истолковывает это как ужасное оскорбление для нее и его чести. Сексуальная чистота играет ключевую роль в определении женской чести, в то время как сексуальная свобода является прерогативой мужчин и диких женщин. Оша говорит, что она была с мужчинами, которые съели бы Теона заживо и использовали бы его кости в качестве зубочисток; Игритт настаивает на том, что она имеет право выбрать даже «ворону» Джона Сноу в качестве своего любовника. Мужская половая распущенность не считается постыдной, однако Серсея обижается на поведение Роберта, а Кейтилин не может смириться с явной изменой Неда, в результате которой в их семье появился Джон Сноу. Только Тайвину Ланнистеру кажется, что содержание любовницы – это недостойное поведение для Тириона, который представлял своего отца в роли десницы короля. Лицемерие Тайвина, которое проявилось в том, что он взял Шаю в любовницы, станет одной из причин его гибели.
Как и в средневековых европейских городах, бордели являются неотъемлемой частью жизни Вестероса. Епископ Винчестерский владел землей в Саутварке, на которой стояли знаменитые бордели средневекового Лондона, и получал значительную прибыль от арендной платы. Местных проституток иногда называли «винчестерскими утками». В борделе, стоящем у врат Винтерфелла, мы впервые встречаем Тириона, наслаждающегося пивом и плотскими утехами; материальное богатство Мизинца поддерживается его борделями в Королевской Гавани: как хвастается он Варису, там реализуют любые сексуальные фантазии. Дома терпимости Мизинца имеют довольно скромные фасады, однако внутри они блистают роскошью – с мягкими, расшитыми подушками, прозрачными занавесками, тяжелыми шторами и арками, предоставляющими возможность уединиться в приятной средиземноморской обстановке. Бейлиш учит своих сотрудников искусству угождать клиентам, но только в устной форме. Когда Рос и его подруга приглашают его присоединиться к ним, он отказывается, поскольку сердце его, по его словам, совсем не к этому лежит. Бордели Кротового городка, что возле Стены, сполна удовлетворяют братьев Ночного Дозора, ведь они поклялись не брать себе жен и вести холостяцкую жизнь.