Эволюция маггла (СИ)

***
Очнулся я не в новом теле, а рядом с ним. Что и неудивительно, ведь всего треть срока беременности прошла. Однако связь удерживала меня крепко, поэтому я не мог «отлететь» дальше метра. Оболочки души ребенка уже формировались, только вместо атмана, четвертой оболочки, была моя эмблема, а я раздумывал о том, что увидел в астральном теле Гонта. Я такое видел впервые. Нет, Тьма страшная штука, конечно, но сама по себе злом не является. Потемнеть можно от убийства маньяков и демонов, например, это зло? Вряд ли. Нет, дело было в гнили, пропитывающей мужчину сверху донизу, говоря о том, что он часто лгал, в том числе и самому себе. Но и это полбеды, если астральное тело всех людей обычно похоже на их физическое, то его мало того, что было похоже на змеиное, так еще и все в обрывах, будто его пожевали и выплюнули. Мой шрам от эмблемы выглядел как порез хирурга, чем же он себя так кромсал и зачем так много? Непонятно. Кстати, о шраме — именно из него выходила тонкая светящаяся линия связи с моим новым телом. И именно через эту связь я почувствовал, что эмблема уже на пределе, ее вымывает мощным потоком маны Ариэль! Взглянув повнимательнее — активировать истинное зрение мне не было нужды, потому что в моем состоянии оно является обычным, я увидел, что вливающаяся энергия пытается изменить мой сосуд! Чертова вейла, почему ты так хорошо выполняешь мою просьбу? Ты перестаралась! Если так пойдет и дальше, быть мне девкой! Не бывать этому, мне мой перчик дорог как память! Так что я сразу начал впитывать эфир в том состоянии, в котором пребывал, и скажу я вам, что это пипец как сложно, гораздо сложнее, чем в теле! Зато астральная энергия текла рекой, и я смог стабилизировать эмблему с помощью нее. С того момента началась моя великая борьба за Владимира-младшего!
  
========== Часть 6 ==========
Ковен французских вейл, 14 февраля 1960 года.
И снова я в ковене, откуда бежала, туда и вернулась. Хотя условия тут совершенно другие, ведь французские вейлы имеют те же права, что и обычные волшебники. Более того, их красотой и способностями многие восхищаются. Нет, как и везде, тут есть и приверженцы чистой крови, а также просто ненавидящие магических существ, однако их гораздо меньше и они не такие рьяные, как в Англии. Впервые я почувствовала к себе какое-то отличное от презрения, жалости или похоти отношение. Конечно, Владимир был первым, но он занимает особое место в моем сердце и под ним. А вот чтобы так относились ко мне все, это было в новинку, несмотря на эмпатию, я буквально не могла в это поверить! И это меня напугало. Кроме того, денег было хоть и немало: на пару-тройку лет хватит, я не хотела оставлять своего ребенка в настолько раннем возрасте одного или с няней и идти на работу. Еще одной причиной стало обучение магии, которое я пропустила из-за чертовых англичан! Как же я теперь их ненавижу! Раньше, когда я не видела разницы, когда привыкла к той жизни, я просто не понимала, насколько ужасно с нами обращаются! Хотя, скорее, просто старалась не понимать этого, обманывала сама себя. Боюсь, если я снова вернусь туда, то или убью себя, или прикончу побольше авроров, которые за мной придут. Нет, я хотела уделить ему или ей столько любви и внимания, сколько в принципе смогу. Именно поэтому я сняла комнату в общежитии в ковене, которая обошлась раза в три-четыре дешевле, чем аналогичная стоила бы в Цветочном Переулке — аналоге Косой Аллеи в Париже.
Половину своего свободного времени, кроме бытовых дел, я проводила за разучиванием учебников, оставленных Владом, к которым прикупила полный курс Шармбатона для сравнения, и тренировками с волшебной палочкой, которую пришлось заменить на более подходящую. Впрочем, палочку Влада я ни за что не выброшу, оставлю ее нашему ребенку и как символ памяти о нем. Только через несколько дней я осознала, что у меня не осталось даже его фотографии, из-за чего купленные и подаренные им вещи стали высшей ценностью для меня, особенно браслет, который он просил сохранить. Вторую половину свободного времени я уделяла французскому и медитациям, которым меня обучил любимый. Я и сама ощутила, как становлюсь сильнее после них, меня переполняла энергия, которую я как раз и тратила на практику, а еще какую-то часть поглощало мое дитя. Что меня радовало, ведь он или она станет сильнее! Правда, в последнее время меня гнетет ощущение, будто что-то вмешивается в его развитие, чужая энергия проникала в него! Я активировала истинное зрение и ничего не почувствовала, также мне не помогли во французской магической больнице, имени Луи де Фернье, сказав, что ребенок растет здоровым и сильным. Даже слишком сильным, судя по тому, что из-за магических помех не смогли выяснить пол. Однако меня это не успокоило, и я стала еще чаще медитировать и целенаправленно заполнять свое тело энергией. Более того, пусть Влад и говорил, что нужно поглощать энергию из разных источников, но из огня я получала ее больше и легче, что и неудивительно, все вейлы могут без всяких палочек управлять огнем, особенно в нашей второй ипостаси. Поэтому, трансформируясь, я разводила костер рядом с общежитием — и поглощала столько энергии, сколько смогу. Я никому не позволю навредить моему ребенку!
***
Я старался изо всех сил, выжимая свои резервы до конца. В конце концов я впал в транс из-за постоянной медитации — и вошел в состояние без времени и пространства, где для меня существовали только я и моя цель. Вот только, однажды меня просто всосало в мое тело, и я больше ничего не мог делать, только догадываться, что оболочки моего сосуда сливаются с моими. Благодаря эмблеме и моим вливаниям, никакого отторжения не было и процесс шел, видимо, успешно, а дальше я потерял сознание.
Очнулся я от всепоглощающей боли, будто меня протаскивают через трубу меньшего диаметра, чем я сам. И тут меня обуял ужас, я рождаюсь? Какого черта? Можно это пропустить? Ну пожалуйста, я хочу снова потерять сознание! В конечном итоге меня вытащили из чрева… размытое пятно, ни черта не вижу! И это пятно что-то сказало на французском, жаль, что у меня уши забиты. Да что ж такое-то? Ни черта не вижу, не слышу и двигаться не могу, вспоминается мальчишник в университете, когда я перебрал. Только тогда все тело не болело, легкие не отхаркивали околоплодную жидкость, а меня не били по заднице. Зачем бьешь, ирод? И так все болит! Хочешь, чтобы я поорал? Ну так слушай, мать твою…
***
— Какой у вас активный мальчик, — сказал врач своей пациентке вейле, передавая ребенка медсестре, которая тут же унесла его. Пациентка была на удивление тиха и спокойна. Обычно, во время родов, представители их волшебного вида довольно агрессивны и часто перевоплощаются в свою вторую форму, из-за чего работа акушера становится намного сложнее. Как-то один из его коллег сравнил принятие родов у вейлы с отбиранием яйца у дракона, и он с этим согласен. Впрочем, все прошло хорошо, и ему же лучше. — Не беспокойтесь, я проверил его, и диагностические чары показали, что он здоров и никаких отклонений не имеет.
— Я хочу увидеть его, можно? И спасибо вам за все, доктор Боннар, — поинтересовалась взволнованно Ариэль.
— Не за что — это моя работа. А пока отдохните, ребенка помоют и принесут к вам, — ответил с усталой улыбкой новоиспеченной матери мужчина. Не только роженицу выматывают роды, но и персонал. Пусть магия решает множество проблем, но в сам момент рождения ее использовать нельзя. Младенцы еще слишком слабы и чувствительны, поэтому и доставать их надо по старинке, вручную. Иначе чужая магия может навредить матери или ребенку. В крайних случаях ее используют, но обычно стараются обойтись анестезирующими чарами. Также доктор не стал высказывать свои подозрения насчет ребенка, ведь он вытащил на свет десятки маленьких вейл за свою карьеру и всегда можно легко было определить по лицу, мальчик это или девочка. Вейлы очень похожи друг на друга и имеют светлые волосы и голубые глаза. И вот сегодня он впервые в замешательстве наблюдал четкие вейловские черты у мальчика. Впрочем, он быстро выбросил эти глупости из головы, мало ли, может его отцом был голубоглазый блондин?