Точка невозврата (СИ)

— Прекратить огонь! — выкрикнул командир отряда. — Эй, мы знаем, что вы там! Вам не уйти!
— Ага, — хмыкнул я. — Вам тоже.
Я произнёс это тихо, больше комментируя ситуацию, чем давая им понять, что ситуация совсем не у них под контролем.
Бойцы рассредоточились под деревом, отрезая нам путь к отступлению. Один принялся устанавливать на ствол взрывное устройство, чтобы обеспечить нам быстрый спуск, как вдруг слева от него затрещали кусты, и на сцену ворвался жаждущий крови медведь.
  
Сапёра он снёс, даже не заметив. Одним ударом разворотил ему грудную клетку, не позволив даже схватиться за оружие. Его тело преодолело несколько метров по воздуху и плюхнулось в грязь, где им тут же занялись голодные обитатели трясины.
Второй боец только и успел, что поднять оружие, когда когти вспороли ему брюхо. Кишки, подчиняясь энергии удара, вылетели, будто ядро из пушки, и подобно гирлянде легли на ветви кустарника. И только после того, как погиб второй воин, зазвучали беспорядочные хлопки выстрелов.
Я видел, как очередь легла точно в бочину медведя, но это лишь ещё больше его разозлило. Следующим пал командир отряда. Косолапый натурально снёс ему голову.
И тут один из преследователей допустил ошибку, которая стоила ему жизни. Нервы не выдержали, и он бросился наутёк.
В понимании зверя это наивысшее проявление слабости. Не задумываясь, он обрушил на труса весь свой гнев. Буквально за пару прыжков косолапый достиг жертвы и вскрыл ему спину, сняв мясо до самого позвоночника. Боец визжал так, что в его крике растворился даже яростный рёв медведя. Но его смерть была не напрасной. Он подарил оставшейся двойке пару драгоценных секунд.
Две очереди одновременно ударили по мохнатой туше, выбивая последние крохи жизни. А мишка и без того явился сюда раненым. Однако сдаваться он не планировал и покачивающейся походкой двинулся на противника. Шаг, второй, третий — и жизнь окончательно покинула зверя. С эдаким вздохом облегчения он ткнулся мордой в землю и затих. Но бойцы продолжали набивать его тело пулями, пока их магазины не опустели. Вот только примкнуть новые оказалось не так-то просто: нервное напряжение не позволило. Руки тряслись, и короба никак не желали вставать в приёмник.
Отличный момент, чтобы вступить в бой, и я его не упустил. Тем более что уже давно спустился. Увлечённые схваткой с медведем, они даже не заметили мой манёвр.
Я обрушился на них, подобно урагану. Адреналина в крови было более чем достаточно, в то время как враг всё ещё находился в шоке. Первого бойца я убил точным ударом ножа в основание черепа. Энергии падения хватило, чтобы сталь пробила кости, намертво засев в позвоночнике. Но использовать его повторно я и не собирался. Второго бойца я встретил мачете. Он наконец-то примкнул магазин и вскинул оружие, когда клинок встретил его шею. Голову я ему не отрубил, но с такой раной о дальнейшем сопротивлении можно было смело забыть. Выпустив автомат, он схватился за шею и посмотрел на меня непонимающим взглядом. А затем медленно повалился в траву, открывая рот, словно выброшенная на берег рыба.
Ада спустилась с дерева, когда я уже вовсю мародёрил трупы. Да, мы выиграли схватку, но основной бой был ещё впереди. И действовать нужно максимально быстро.
Используя отпечатки командира, я разблокировал оружие и дал нам права на его использование. Уцелевшие разгрузки так же перекочевали в наше распоряжение, как и полные магазины. Вышло не так уж много, всего по три на каждого, но мы и не собирались устраивать затяжную перестрелку.
— Что теперь? — вооружившись, спросила Ада.
— А теперь устроим охоту на охотников, — ответил я и звонко свистнул, подзывая питомца.
Жухлый явился на клич минут через пять, когда мы продирались сквозь кустарник, возвращаясь к месту, где был нанесён первый авиаудар. Я предположил, что группа зачистки должна высадиться где-то неподалёку. Там нас засекли впервые, и вполне логично начать поиски с этого места.
Да, если бы мы засели в укреплённой позиции, тогда был бы смысл высадиться в паре километров от точки столкновения и попытаться подойти незаметно. Здесь речь шла о наглом преследовании с численным превосходством. А значит, нет смысла терять и без того драгоценное время.
Я тоже лез в самое пекло не просто так. Моего появления у шаттлов вряд ли кто-то ждёт, ведь психология жертвы работает иначе. Даже отбившись от части преследователей, я должен продолжать бегство.
Понятно, что на всякий случай там оставят небольшой отряд, ведь всегда есть исключения из правил. Но я на этой планете гораздо дольше любого из них, плюс я был лучшим из лучших в неестественном отборе клонов.
Ну и ещё один аргумент, которого нет у противника: Жухлый. Он до сих пор находится в связке с Адой, и она чувствует то же самое, что и он. И если бы не они, мне бы вряд ли удался манёвр с медведем.
— Стой, — тихо скомандовала Ада.
Я тут же замер и вопросительно на неё уставился.
— Впереди трое, — прошептала она. — Метрах в трёхстах. Не движутся.
— На местности или в секретах? — уточнил я.
— Без понятия, — пожала плечами она. — Жухлый чует троих: там, там и там. — Девушка указала пальцем направления.
— Отправь его проверить.
Ада ничего не ответила, однако волчонок сорвался с места и буквально через пару секунд исчез за деревьями.
За его благополучие я не волновался. Он получше нашего знает, как подобраться к жертве незамеченным и точно так же, не издавая ни звука, скрыться. К тому же его разум связан с Адой, и она не позволит ему пострадать.
— Один у дерева, — прошептала она. — И, кажется, он знает, что мы здесь. Слишком напряжён, да и посматривает в нашу сторону.
— Это плохо, — поморщился я. — Значит, все пути утыканы сенсорами, незаметно не подойти.
— С какой стороны посмотреть, — усмехнулась Ада. — Волк уже там.
— Нет, — сухо отрезал я. — Эти трое могут быть приманкой. Что с остальными?
— Второй на дереве, в прямой видимости первого, — ответила она. — Третьего не вижу, но чувствую. Похоже, он где-то в яме.
— Ясно, — кивнул я. — Возвращай зверя, попробуем обойти с другой стороны.
Я с тоской посмотрел в сторону грязевой реки. Но увы, кроме как захватить шаттл, других способов переправиться у нас нет. Ну или я их попросту не вижу.
Волчонок появился с неожиданной стороны: сзади. Как и каким образом он успел нас обойти, я так и не понял. В другое время он бы обязательно объявил о своём появлении каким-нибудь знаком внимания ко мне. Но сейчас он просто замер рядом и вывалил язык, проветривая организм.
Мы снялись с позиции, предварительно отступив метров на пятьсот, чтобы наверняка не вляпаться в засаду. Преследования я не боялся, так как мир уже погрузился в ночь. Дождь даже не думал прекращаться, но хотя бы сменил интенсивность. Теперь он уже не хлестал как из ведра, а висел отвратительной мелкой пылью. Но это не радовало, тем более что суши вокруг не стало. Зато теперь нас можно было услышать. Как ни крути, а ливень прекрасно маскирует посторонние звуки. С другой стороны, к нам теперь тоже незаметно не подойти.
Ночи на Элпис и в лучшее время года почти непроглядные. А сейчас, когда небесные светила скрыты за свинцовыми тучами, я едва мог рассмотреть хоть что-то. И это при условии, что мы с Адой пользовались фонарями. А чтобы не выдать свои позиции, перевели их в режим красного света. Да, на прямой видимости это вряд ли сделает из нас невидимок, но мы в лесу, и здесь даже днём хрен что увидишь метров с пятидесяти. Так я пока особо не волновался. Тем более что в атаку мы не лезли, а лишь изучали позиции противника.
  
С левого фланга тоже дежурили часовые, и они точно так же были готовы к нашему появлению. Но на этот раз мы схитрили и отправили Жухлого на разведку с чуть большего расстояния. Часовой зашевелился, как только мы приблизились к нему на три сотни метров. Теперь мы знали точное расположение датчиков, а это уже плюс. Тыл и правый фланг мы беспокоить не стали, просто проверили расположение охраны, после чего отошли на почтительное расстояние.