Боташка (ЛП)

План был чертовски идеальным. Я едва удержала себя от зловещего смеха, и тут прозвенел звонок. Хукер была не единственным коварной мозгом в этой школе.
Теперь осталось только найти того, кто отвечал бы всем моим требованиям, и мне не придется всю оставшуюся жизнь ходить на свидания вслепую .
Эта мысль заставила меня улыбнуться так, что аж щеки заболели.
— Шпиц.
Я повернулась и увидела Эша Страйкера, звезду футбола и коллегу по новостям, который глядел на меня, нахмурившись.
— С твоим лицом что-то не так?
Участие Эша испортило мое хорошее настроение. Сбросив маниакальный оскал, я невозмутимо поинтересовалась:
— Нет, а с твоим?
Он покачал головой, все еще как-то странно глядя на меня.
— Слушай, хочу передать тебе сообщение. Команде не нравится, что ты фокусируешь свои истории на одном игроке. Помимо твоего бойфренда, есть десять других парней. Ты не умрешь, если иногда будешь цитировать кого-нибудь из них.
— Погоди. — Мне не верилось. — Ты не можешь говорить то, что, как я думаю, ты сказал. Ты вообще читал хоть что-то из того, что я писала?
Поднятая бровь — это все, чего я добилась от номера 43.
— Эш, ты же знаешь, что это я дала тебе прозвище?
В прошлом году, описывая его быстрый дриблинг и звук, который издавала его нога при ударе по мячу, я окрестила его Хлыстом. Это было, когда он учился в десятом классе. Сейчас, как одиннадцатиклассник, Хлыст был игроком, выходящим на поле в стартовом составе школьной команды, не таким хорошим, как Бекс, но, безусловно, талантливым — и наглым.
— Я серьезно, Хлыст. Люди не сами это придумали.
— Моя мама называла меня так еще до того, как ты написала свою статейку.
Я упоминала, что он нахал? Светлые волосы, жилистый, непринужденная улыбка. Большинство девушек падали к его ногам — к счастью для меня, я не была большинством.
— Как скажешь, — сказала я, проходя мимо него и хлопнув по плечу, — хорошо поговорили.
— Ты странная, Шпиц.
—Так говорят? — Остановившись в коридоре, я обернулась. — И кстати, мы с Бексом просто друзья.
Эш хмыкнул и проскользнул мимо меня, сверкнув бело-зеленым свитером, растворяясь в толпе студентов, идущих на первый урок.
Пожав плечами, я подошла к своему шкафчику.
Я прошла около десяти шагов, как вдруг какая-то девчонка дернула меня.
— Ты и Бекс? — засмеялась она, оглядывая меня с ног до головы. — Это самое забавное из всего, что я слышала за день.
— Да? — спросила я, смутившись.
Как только она присоседилась к хихикающей группе своих друзей, другая девочка (Шелия, Шелли... как-то так) подошла ко мне, едва я дошла до своего шкафчика.
— Не обращай на нее внимания. Она просто завидует. — Она закатила глаза. — Лично я всегда это знала. Вы самая милая пара, которую я видела за всю свою жизнь.
— Хорошо…
Шелия/Шелли/или как-то так заговорщически улыбнулась:
— Он хорош?
— Кто?
— Да ладно тебе, — засмеялась она, — твой парень, Бекс.
О, а я подумала, футбол. Наконец настроившись на ее волну, я сказала:
— О да, он феноменален.
— Я просто уверена в этом, — подмигнула она. — С таким лицом и телом, как может быть иначе, верно?
Я не понимала, каким образом лицо Бекса влияло на хорошие результаты в спорте, но мне не хотелось ее смущать, поэтому я просто кивнула:
— Это поможет ему устроиться в хороший колледж.
Ее челюсть упала.
— Они дают стипендии за подобные вещи?
— О да, конечно, — сказала я, — в тысяче колледжей.
— Ладно, — пробормотала она, отвернувшись, — каждый день узнаю что-то новенькое. Пока, Шпиц.
— Пока.
«Это было очень странно», — подумала я, быстро набирая свой код от шкафчика.  Предупреждающий звонок прозвенел в то время, когда Шелия/Шелли говорила, а я не хотела опаздывать.  Открыв замок, я нашла коробку «Губерс» с прикрепленной маленькой запиской. В ней говорилось «Сожалею о прошлом вечере. Надеюсь, ты примешь мое предложение мира. Хукер», и прямо под этим: «P.S. Слышала кое-что, очень нужно поговорить».  Последняя часть была написана почти неразборчиво, выглядело так, будто наспех добавлено в конце.
 
Взяв книги и «Губерс», я поспешила и успела занять свое место за несколько секунд до последнего звонка. В другом конце класса Хукер попыталась   пыталась привлечь мое внимание, но после сердитого взгляда мисс Вега успокоилась. Ее глаза напряженно смотрели на меня через весь класс.
Я не знаю, почему она так серьезно к этому относилась. «Губерс» были моими любимыми, но она должна была знать, что я прощу ее. Чез Нили  не разорвет нашу дружбу. У нее не было причин смотреть так тревожно.
Я улыбнулась ей, показательно прижимая конфеты к груди, но выражение ее лица не изменилось. Все занятие она продолжала стрелять в  меня глазами.
И это было странно, потому что Хукер никогда не из-за чего не волновалась.
Она вскочила со своего места, как только занятие закончилось, и оказалась рядом со мной прежде, чем я успела закрыть учебник.
— Скажи мне, что это неправда, — потребовала она. — Скажи мне, что вся эта гребаная школа сошла с ума из-за слишком большого количества таблеток счастья, потому что иначе у меня случится сердечный приступ.
— О чем ты говоришь? — спросила я.
Хукер посмотрела на меня, как на сумасшедшую.
— Я про...
— Салли, можно тебя на секунду.
Это был не совсем вопрос. Тон мисс Вега говорил о том, что вы должны делать то, о чем она просила, прямо, сейчас, к ее полному удовлетворению, и никаких «но». Моя учительница немецкого была женщиной напористого, ответственного типа, и за это я ее любила. Я была ее лучшей ученицей, за много лет мы стали друзьями.
Хукер поморщилась, но сказала:
— Поговорим позже. Не избегай меня.
И ушла.
Я закатила глаза. Избегать ее? Что сегодня со всеми?
Мисс Вега сидела за партой, опустив голову, размахивая красной ручкой, как мечом, пока эссе не покрылось кровью и синяками. Я искренне надеялась, что это не мое эссе пало на поле боя. Я заметила свой титульный лист, торчавший внизу стопки, и испустила вздох облегчения.
— Да, мисс Вега?
Она нанесла окончательный удар, три раза перечеркнув предложение, и посмотрела на меня, ее глаза казались огромными из-за слишком толстых линз, серебристо-серые волосы отражали свет.
— Как ты, Салли?
— Хорошо, — ответила я. — А вы?
Она откинулась назад, крутя красную ручку между пальцами.
— Я слышала кое-какие слухи.
Из-за ее уникального акцента, смеси испанских, французских и немецких корней — все эти три предмета она, кстати, преподавала, — «слухи» звучали как «слюхи».
— Какие? — спросила я, надеясь, что она не слышала ничего плохого.
— У тебя новый парень.
Я опешила, мне понадобилась секунда, чтобы ответить.
— Серьезно? Кто вам это сказал?
— Слышала, — пожала плечами она, но ее взгляд пронизывал насквозь. — Я слышу много новых слухов,  сплетни, витающие вокруг. Ты обычно не предмет таких разговоров. Сегодня было по-другому.
Я не знала, как себя вести. С одной стороны, люди, как правило, не говорили плохо обо мне за моей спиной. Это было хорошо. С другой же, в последнее время они могли начать. Я была не в восторге от этого.
Встав, мисс Вега обошла вокруг стола и положила руку мне на плечо.
— Ты хорошая девочка, Салли. Никогда не опаздываешь на занятия, всегда делаешь домашнюю работу, задания сдаешь вовремя.
Она повела меня к двери, так как прозвенел первый звонок и класс начал заполняться.
— Просто убедись, что этот парень тебя достоин.
Разговор был странным во многих отношениях, но я ценила ее советы, даже если на самом деле у меня не было парня. Это напомнило мне, что пора начать думать о том, кто смог бы играть моего фальшивого парня.
 
— Спасибо, мисс Вега, — сказала я. — Но…
— И убедись, что Бекс понимает, что именно ты его девушка, и никто другой. — Она поджала губы, тогда как я так и замерла в оцепенении. — У мужчин, кажется, проблемы с этим понятием — спросить бы хоть двух моих бывших мужей. Отвернувшись, мисс Вега начала бормотать о том, как много сегодня странных имен, но я все еще была в шоке. Она правда только что сказала, что Бекс — именно Бекс из множества людей — и я встречаемся? Как нелепо. Неужели кто-то верит в такую явно выдуманную историю?