Хочу тебя себе

А ещё глаза… Я не могу оторваться от его глаз. В них такая тьма, что дыхание спирает. Стылая, тяжёлая, засасывающая и лишающая воли.
И чем дольше он смотрит, тем сильнее ощущение, что вокруг ничего не осталось. Ни клуба с его огнями, ни коридора, ни тех двоих за его спиной.
Только я и он.
У меня подкашиваются колени. Сердце бьётся как сумасшедшее, так громко, что, кажется, я слышу его стук в ушах. Наверное, и он его тоже слышит.
  
Надо уйти. Надо развернуться и бежать. Но тело меня не слушается. Руки бессильно висят вдоль тела, пальцы до боли вцепились в телефон, словно это единственное, за что я могу зацепиться в этом зыбком, странном моменте.
Он делает шаг, и вакуум лопается. Всё внутри взрывается паникой, сердце проваливается куда-то вниз, в самую пропасть, а по спине прокатывается волна ледяных мурашек.
Тени за его спиной двигаются вместе с ним. Их лица я даже не могу толком разглядеть. В этом слабом свете они будто размыты, как и их фигуры. Но его я вижу слишком чётко. В фокусе. Даже как куртка натягивается на плечах, как пальцы в карманах чуть шевелятся. У него тяжёлая, угрожающая походка, но не размашистая. Напротив – он двигается спокойно, медленно, как хищник, который знает, что жертве всё равно не сбежать.
– Ты опять куда-то торопишься? – низкий голос режет воздух, глубокий и чуть хриплый. Не громкий, но в этой пустоте он звучит оглушающе.
От этого одного вопроса по телу прокатывается дрожь. Внутри всё съёживается, и я чувствую, как язык прилипает к нёбу. Слова застревают в пересохшем. Слишком близко подходит момент, когда нужно что-то ответить, а я не могу. Просто не могу.
Он останавливается в паре шагов. Слишком близко. Я не хочу дышать – не хочу, чтобы он слышал, как сбивчиво и неровно я это делаю.
– Так и будешь молчать? – Второй вопрос звучит как будто мягче, но мне от этого не легче. Он наклоняет голову, словно изучая меня, как что-то диковинное, и я чувствую, как жар поднимается к лицу. Появляется, стойкое ощущение, что он вот-вот выпустит острые клыки, а потом вонзит мне их в шею.
Слова всё ещё не находятся. Это как ступор – я не могу ни сбежать, ни что-то ему ответить. Только стою и смотрю. Смотрю на него, в эти непроницаемые глаза, от которых внутри всё сжимается от ужаса.
– Ладно. Значит, ты слушаешь. Это уже неплохо, – он произносит это спокойно и оценивающе прищуривается.
Голова начинает кружиться. От его голоса или от того, что я до сих пор не могу нормально вдохнуть, не знаю.
На мгновение его взгляд падает на мой телефон. Я невольно сжимаю его ещё крепче, как будто это хоть какая-то защита.
– Боишься? – спрашивает он. Голос становится тише, что пугает ещё больше.
Почему меня парализует его присутствие? Что это за странная реакция?
Я качаю головой в ответ на вопрос. Сама не знаю зачем лгу. Это неправда ведь, я боюсь. Ещё как боюсь.
Боюсь его, боюсь этих теней за его спиной, боюсь этого коридора, который будто затягивает меня всё дальше в тёмную петлю.
Парень чуть прищуривается, уголок его губ дёргается, словно он заметил эту ложь, но не собирается на неё указывать.
– Правильно. Бояться всегда разумно. Особенно… таких ситуаций.
– Я… перепутала дверь. Случайно здесь оказалась, – свой неуверенный голос словно со стороны слышу. – Мне нужно идти.
– Но ты ведь и остаться можешь, – продолжает он, взгляд вонзается в меня, как тысячи острых игл. – Посмотреть, что будет дальше.
Меня прошибает. Я не могу понять, это вопрос или утверждение. Хочу отвернуться, но взгляд намертво держит.
И в этот момент я начинаю понимать, что его глаза – не просто холодные. В них есть что-то… будто не совсем человеческое. Будто в этой тьме скрыто что-то слишком древнее, слишком сильное. Какой-то зверь, который пока просто смотрит.
Смотрит и ждёт. Выжидает.
Я снова пытаюсь вдохнуть, но у меня выходит только резкий, неглубокий вздох. Надо что-то сказать, сделать хоть что-то. Но мысли путаются. Слов нет.
И тут он выпрямляется. Делает шаг назад. Я почти чувствую, как пространство возвращается, а вместе с ним и моя способность двигаться.
Парень кивает своим теням, и они отходят вместе с ним, словно растворяясь в коридоре. Но перед тем, как он уходит, я снова ловлю его взгляд.
На этот раз он не холодный. На мгновение мне кажется, что в нём вспыхивает что-то острое, почти хищное. Как предупреждение.
И я остаюсь одна.
 
Глава 6
 
Я бегу по коридору, не разбирая пути. Ничего не вижу перед собой. Сердце бьется так громко, что гул от каждого удара кажется оглушительным. Углы, дверные проёмы, слабый свет – всё сливается в сплошной поток.
Скорее бы найти выход и вырваться из этого пугающего лабиринта.
Наконец впереди вижу дверь с надписью “Служебный выход”. Хватаюсь за ручку, рвано выдыхаю и толкаю ее. Тяжёлая створка поддаётся, и лицо обдаёт потоком свежего воздуха.
Я выбегаю на улицу и глубоко вдыхаю. На полные лёгкие, до боли в груди.
Здесь темно, гораздо темнее, чем у парадного входа. Лишь одинокий фонарь где-то сверху отбрасывает слабый свет на потрескавшийся асфальт.
Вокруг ни души.
Руки трясутся, я опираюсь ладонями о стену и пытаюсь отдышаться.
Вдох-выдох.
Просто дышать.
Медленно. Глубоко.
Но не выходит. Меня трясёт, как от холода, хотя вечер совсем не такой уж холодный.
Телефон в кармане снова начинает вибрировать. Опять звонит мама. Я сразу отвечаю, надеясь, что голос прозвучит хотя бы относительно нормально.
– Мам, привет, – выдавливаю я, прикрывая глаза, чтобы сосредоточиться. – Всё хорошо, я просто в клубе, тут шумно. Пока вышла, чтобы перезвонить, а тут ты снова набираешь.
– А то ты написала, что сейчас перезвонишь и пропала, – говорит мама. – Доча, прости, что беспокою. Сама тебя отправила в клуб с девчонками, а у самой сердце не на месте.
Мама чувствует меня даже на расстоянии.
Но, конечно, я не собираюсь усиливать её переживания. Маме и так нервов хватает. Беречь её надо. Поэтому ничего не рассказываю. Да и что я скажу? Что испугалась парня, у которого демонические глаза?
– Да, тут связь плохая. Я пока вышла на улицу, мам, – говорю, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Всё хорошо. Мы с девчонками.
– С Сашей связаться? Чтобы он тебя забрал? Он в городе, до общежития подкинет.
– Нет, мам, правда, всё нормально. Я немного потанцую и скоро вернусь в общагу с девочками. Мы на такси.
Мама что-то говорит про то, чтобы я не задерживалась, но мне нужно быстрее закончить разговор, пока голос не начал снова дрожать. Обещаю ей написать, как только доберусь до общежития, и заканчиваю звонок.
Убираю телефон в карман и осматриваюсь. Я за клубом, тут нефасадная часть. Кусты, какой-то склад строительных материалов, даже освещение тусклое.
Пустота вокруг заставляет нервничать. Надо уйти отсюда. Вернуться к девчонкам, забрать плащ и просто уехать.
Иду вдоль здания клуба и внимательно смотрю по сторонам, пытаясь найти центральный вход. Здесь гораздо темнее и тише, чем у главного. Только дальний шум напоминает, что я ещё рядом с клубом.
Внезапно замечаю тёмную фигуру у каких-то дверей. Рядом стоят ящики в несколько этажей сложенные.
Парень стоит, прислонившись к стене, и курит. Сигарета в его пальцах тлеет, и этот слабый свет подсвечивает его лицо, когда он затягивается.
Я притормаживаю. Дальше за поворотом уже центральный вход – слышно музыку и свет видно, мерцание вывески. Но, если честно, хочется вернуться обратно и обойти с другой стороны. Мало ли, кто это.
Но всё же решаю идти дальше, готовая рвануть бегом в любой момент.
  
Он поднимает глаза, замечая меня, и я на мгновение замираю. Резкие черты, слегка вытянутый нос, широко посаженные глаза. Взгляд какой-то ленивый, но внимательный. Рыжие волосы растрёпаны и торчат в модном беспорядке.
– Скоро он тебя позовёт, – вдруг говорит парень, выпуская струю дыма в небо.