"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Рубим и отходим, не стоим! — показывая пример, сказал я. — У него осталось всего два крупных щупальца. Долго эта тварь не протянет!
— Старый! Хватит командовать моими людьми! — взревел Медведев, выбираясь из-под обломков.
— Уводи их, немедля! Со своим гонором разберёмся позже.
— Да как ты… Уходим! — в ярости крикнул Михаил, но спорить сейчас не стал. Тем более что я обернулся к нему спиной и начал рубить подползающие корни.
  
На самом деле удивительно, но мы даже побеждали. Лишили тварь мобильности, оставалось лишь не попадаться на её уловки и продолжать деятельность лесоруба. Методично, не увлекаясь, не стремясь закончить быстрее. Отошёл, дождался, пока тварь переползёт ближе, срубил всё, до чего дотянулся, отошёл ещё раз.
Вначале я ещё пытался навредить деревяшке, стреляя в неё и разрубая ветви на лету, но вскоре отказался от этой идеи в пользу более эффективной. Длинное двухметровое лезвие, толщиной с бритву, на ещё более длинном древке из пары труб. Звучало жутко непрактично и выглядело очень хрупко, но благодаря живому металлу и благословлённому оружию выполняло свои функции идеально.
— И это работает?.. — ошарашенно проговорила Жанна, когда простым маханием новым оружием я умудрился нашинковать щупальца врага на кругляши. Словно молодое деревце на брёвнышки порезал. Только не бензопилой, а секатором. Никаких следов рубки идеально чёткий срез.
Конечно. Не поддерживай меня девушки и пришедший в себя Михаил, такого эффекта добиться было бы нереально. Ну и против любого другого врага такое оружие тоже оказалось бы совершенно неэффективно. А вот против гигантского древесного спрута — идеально.
— Может, и против большей версии тоже сработает? — с надеждой спросила Ольга, когда я закончил обрубать отростки, и осталось лишь туловище.
— Я не могу создать лезвие больше чем три метра, а таким придётся махать несколько месяцев, чтобы разрезать того монстра, что рвётся на нашу сторону. Это если он меня трогать вообще не будет, — с сожалением ответил я. — Даже если я сделаю из живого металла паутину, на два километра её не хватит. К тому же тварь быстро регенерирует. Как бы ни быстрее, чем я режу. Увы, не вариант.
— С этим справился, уже хорошо, — недовольно проговорил Медведев. — Что с туловищем делать будем?
— Если нет других вариантов — рубить на дольки, — пожав плечами, ответил я и направился к пытающейся отползти твари. Других предложений не нашлось, так что мы трудились на протяжении нескольких часов. Пока из монстра не перестала выходить жижа и я перестал чувствовать энергию души.
И почти сразу на меня навалилась сонливость, да такая, что хоть спички в глаза вставляй, чтобы веки не закрывались. С огромным трудом продержался до подхода грузовых платформ. За тем, как расчищают и ремонтируют грузовой лифт, следил вполглаза, не принимая активного участия. А когда мы поднялись на стену — вовсе понял, что засыпаю. Благо и врагов на ней не осталось.
— Хорошо хоть тварь из пушек стрелять не умеет, иначе мы все были бы давно мертвы, — прокомментировал Васька, когда платформы переводили на рельсы, идущие по верху стены.
— Всё. Я спать. Если произойдёт что-то важное, разбудите, — пробормотал я, садясь рядом с буром, и не успел услышать ответ, как отрубился.
  
Глава 18
 
Я проснулся от выстрела орудия. Нет, не от грохота, а оттого, что ударной волной от выстрела меня, в доспехе, покачнуло, и одновременно с этим по броне пошёл гул.
— Ох, нифига себе… — ошарашенно пробормотал я, открыв глаза. Даже не сразу понял, что именно вижу. Одно дело смотреть на фотографию или проекцию, и совсем другое — на артиллерийское орудие, помещающееся только на двух железнодорожных вагонах. Пушка уходила далеко за стену, а с другой стороны, была система гашения отдачи. Это, не говоря уже о монструозном дульном тормозе.
— Доброе утро, соня, — усмехнулась Жанна, уже выбравшаяся из брони. — Тебя не смогли достать из доспеха, так что пришлось оставить спать прямо так, на платформе.
— Плохо, надо будет продумать этот момент, — ответил я, понимая, что теперь нужно срочно выбираться, потому что в нужно в туалет. Благо, желание было больше стеснения, а край стены — вот он. И внизу никого нет. Вот только, справляя нужду, я посмотрел вперёд и внутри всё сжалось.
Древесный спрут занимал полгоризонта, его щупальца вздымались на километры, а вокруг бушевало пламя и колосился свежий зелёный лесок, уходящий по обе стороны от города. Будто в насмешку над бомбами и зажигательными снарядами он не только выстоял, но и раскинулся во все стороны, охватывая город. На каждый десяток квадратных километров леса возвышался один исполин, и сейчас их накопилось семь.
— Твою дивизию. Это как вообще?.. — пробормотал я, поправляя одежду, и в этот момент раздался противный гудок, и в ушах возникла вата. Я даже не сразу понял, что это, а потом громыхнуло так, что меня чуть не сдуло со стены. Пробило даже через вовремя появившиеся затычки, в голове загудело, а перед глазами стало темно от давления.
«Пожалуйста», — прокомментировала Сара, когда я чуть отошёл. Даже не стал спрашивать, за что её благодарить, очевидно, что за затычки. Вместо этого направился к отходящей от шума Жанне.
— Они уже бьют нашими снарядами? Мне нужно вести корректировку.
— Что? — морщась переспросила инквизитор.
— Корректировку, говорю, надо делать! — проорал я.
— А, нет, не надо. Там промазать нереально, — отмахнулась девушка.
«Тут я согласна, промазать будет проблематично», — прокомментировала Сара, отобразив схематичный силуэт твари, а затем отметив точки попаданий. — «Пока операция „Короед“ проходит весьма успешно: девять буров уже начали свою автономную работу. Смотреть там особенно не на что, снаряды мгновенно оказываются сжаты в полной темноте древесиной или окутаны древесным соком».
«Хорошо, что мы это предусмотрели», — усмехнувшись подумал я и, не став забираться в доспех, активировал на нём закрытие. — «Возьмёшь костюм на автопилот?»
«Понравилось, как я кидаюсь завскладом?» — довольно поинтересовалась Сара. Поощрять баловство духа (или всё же ИИ?) я не стал, просто приказал двигаться за мной, а сам в сопровождении Жанны забрался на платформу пушки.
Конструкция монструозного орудия представляла собой миниатюрную крепость или, вернее сказать, бронепоезд. Со своим паровым локомотивом, двумя вагонами инженерной службы, включая краны для подъёма снарядов и пороха и вагонами охраны. До нас всё это добро было совершенно безлюдно, потому что ценный персонал эвакуировали, боясь заражения.
Не скажу, что нам оно не грозило, но мы подстраховались. Мы с великими одарёнными обладали почти полным иммунитетом к подобным паразитам, они просто не могли прорости, а вот обычных солдат пришлось защищать специальными костюмами, прочными шлемами и респираторами. Правда, носить всё это нужно было только вне бронепоезда и вблизи от фронта.
Но чтобы войти в помещения пришлось вначале пройти проверку и санобработку в шлюзе, где меня заставили раздеться догола и полили щипающей, воняющей химией водой. Цельные металлические двери и толстые стёкла надёжно защищали обитателей крепости от внешних угроз. Если те не были размером с дом.
— Доброе утро, дамы и господа, как у нас дела? — поинтересовался я, добравшись до зала совещаний.
— Пока оно не сильно доброе, Старый, — мрачно заявил Медведев. — Но хорошо, что оно вообще наступило. Ночь выдалась жаркой, и я понятия не имею, как ты умудрился её проспать. Больше восьми часов!
  
— Я тигр, а тигры спят от двенадцати до шестнадцати часов в сутки.
— Дай им волю, спали бы и больше, — отмахнулась Ольга. — Тварь почти вылезла, уже начала подниматься, когда настало утро, и граница чуть ужалась. Завтра она точно выберется. Нужно за сегодня успеть сделать всё, что мы можем.
— Будто мы можем сделать больше, — поморщился Михаил. — И так ствол едва успевает остыть. Стрельба такими объёмами пороха — это не шутка. Братья техноманты уже предупреждали, что напыление в стволе сметает из-за неправильной формы снарядов.