"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

Цельная пуля выбила из врага ворох щепы, отбросив его на добрый метр, и по всем правилам я должен был влупить в него весь оставшийся магазин, чтобы нанести хоть какой-то существенный урон. Но я уже перевёл прицел дальше, на следующую крупную тварь. Если бы мелкие боялись огня, было бы куда проще, но увы, они продолжали переть прямо под пламя.
Осьминог рванул ко мне, желая оплести своими корнями и раздавить в крепких щупальцах, но на середине дороги замедлился, затем начал на глазах трескаться, а когда до нас оставалось меньше трёх метров, его туловище-пень раскололось на части, и из него вытекла серебристая жижа, тут же набросившаяся на ближайших паразитов.
  
«Не больше десяти за раз», — напомнила Сара.
— Помню, — вслух ответил я, выпустив ещё один заряд в крупного противника. Задумка родилась тогда же, когда я использовал живой металл для лезвий-оружия своих приближённых. А недавние испытания в цеху позволили отбросить последние сомнения.
Единственной ограничивающей силой для использования живого металла было расстояние. Но пара промежуточных ретрансляторов или провод решали эту проблему. А, ну и объём. Больше металла у меня не становилось. Вроде. Так что абсолютный максимум, который я мог спокойно использовать — полтора килограмма. Всё остальное было занято. Но для моих целей и этого вполне достаточно.
Локально мой живой металл был проблемой в разы более серьёзной, чем те же паразиты или зомби, ведь ему можно было придумать тысячи применений. Особенно с оставшейся помощницей и инженерным комплексом. Но в глобальном смысле на него можно было найти управу, да и для человечества в целом он даже не виден.
Но вот при личном использовании… я оскалился от удовольствия.
Пули из живого металла разрывали тварей не хуже свинца и стали, но после этого они сами возвращались в магазин. Не быстро, это да. И души с собой не приносили, в отличие от благословенного оружия. Но сейчас это было вообще не принципиально. Главное, что они позволяли с одного попадания разнести даже довольно крупную тварь, которая на обычные винтовочные пули чхать хотела.
«Чисто!» — прокомментировала Сара, хотя последняя пара спрутов ещё ползла в нашу сторону. Но в них было по заряду, и я тут же переключился на магазины с дробью. Всё же универсальность ружья выигрывала во многих случаях, например, когда нужно отстреливать множество мелких тварей, прущих к тебе волной.
Первый бубен я скинул, даже недосчитав до пяти. Дробь ушла очень быстро, оставив просеку из порванных щупалец и раздроблённых белёсых тел врагов. Вторая. Третья. А ведь я собирался экономить боеприпасы! Четвёртый магазин упал в сухарку, и в этот момент дверь у меня за спиной скрипнула.
— Не пускайте мелочь! Огнём их! — не оборачиваясь крикнул я, и почти в ту же секунду у меня в районе коленей с двух сторон возникли струи пламени, оставляющие на поверхности кипящие лужи не то нефти, не то чего-то подобного. Даже не хочу вдаваться в подробности, из чего здесь делают горючее.
«Из дерьма, свиного и человеческого» — услужливо подсказала Сара.
«Я сказал, не хочу!» — мысленно возмутился я, но стрелять не перестал. Мои пули уже вернулись ко мне, умудрившись захватить по дороге по нескольку мелких тварей. За что спасибо моей помощнице.
«Всегда, пожалуйста. К слову, сектор чист», — прокомментировала Сара.
— Сектор чист! Выходим! Вначале огнемётчики, потом одарённые. Манулов, Быков — ко мне! Гражданские в центре, отряд Медведева замыкает, — крикнул я и не оборачиваясь пошёл вперёд. Не до того было, честное слово. К тому же ассистент постоянно выводила на дополнительные экраны виденья то, что было у меня за спиной, ещё и подсвечивала контуры возможной опасности.
— А нам ты тоже будешь приказывать? — с ухмылкой спросила Жанна, встав рядом. — И ладно мне, хоть по титулу мы равны, а по статусу в ордене я выше. Но её сиятельство такой наглости…
— Потерплю, не хрустальная. Но только пока мы на задании, комиссар. Веди,.— оборвала её рассуждения Ольга.
— Это он меня позвал, а не всех Мануловых, — раздалось сзади, похоже, Васька отпихнул одного из добровольцев. — Мы здесь, ваше бродие.
— Отлично, не отстаём, не отвлекаемся. Быков, бери свою молотилку, на тебе крупные твари, которые проскочат мимо нашей тройки. Руби их в щепу, не успеваешь — просто скидывай за стену. Вася, на тебе воздух. Пусть гражданские прикроются, но ты должен проследить, чтобы их ничего с воздуха не атаковало. Начнётся паника — все здесь останемся. Вопросы есть? Вопросов нет. Тогда двинули. Не отставать!
На самом деле проход по гребню стены был даже слишком широким, здесь бы и десять человек могли спокойно пройти. Метров пять в самой узкой части. Смысл был очевиден — на него намекали в том числе рельсы, идущие по всей длине. Похоже, тут возили артиллерийские орудия, башни и всё, что понадобится для отражения атаки. Но сейчас само передвижение по поверхности представляло большую опасность из-за паразитов, а потому всё законсервировали. Почему нельзя было пустить крытую вагонетку с огнемётами? Может, раньше так и делали, нужно потом поинтересоваться.
— Прикройтесь! Из-под навеса никому не высовываться! — кричали позади. — Стрелки каждые пять метров, между группами.
Мы же двигались спорым шагом, поливая всё впереди огнём и добивая благословлённым оружием то, что умудрилось прорваться через пламенный шторм. Не знаю, по какой причине, может, они просто чувствовали живых, но тварей больше скопились у входа в цех, а на гребне их почти не было. Ну пара сотен, может, с полтысячи… Но для подготовленного отряда это вообще опасности не представляло.
Куда больше меня беспокоили семена и встречавшие союзники. Те, кто ждал нас на угловой башне, где мы, с одной стороны, могли получить помощь и безопасное укрытие, а с другой, по уставу и всем приказам, нас нужно было расстрелять ещё на подходе.
«Повесь над беженцами пару дронов», — попросил я, только потом осознав, насколько для меня в последнее время стало естественным использование живого металла. Я сам из «птичников» или «дроноводов». Моей работой в последние годы было управление фпвшками, для которого требовалась не только идеальная концентрация и хороший вестибулярный аппарат, но и некоторая отрешённость. Я, по сути, был пилотом миниатюрного истребителя, которому совсем не обязательно возвращаться.
Теперь же ситуация в корне изменилась. С роли исполнителя я поднялся на тактический уровень. Вместе с ассистентом контролировал действия десятка дронов, которых мог брать под личное управление в случае нужды. И одновременно вёл отряд через волны тварей. Но это всё ещё низовой уровень, не дотягивающий даже до роты.
«Воздух, сто восемьдесят, триста и быстро приближаются», — предупредила Сара, заодно выделив красной рамкой несколько десятков объектов по левую руку от меня. Как она и сказала, они быстро росли в размере, уже находясь на расстоянии двухсот метров, ста пятидесяти… Семена-воздушные шары с облепившими их спрутами.
— Угроза, воздух! Одиночными, только гарантированное поражение! — крикнул я, сам беря на прицел тварей.
— Мы прикроем по земле, — прокомментировала Жанна, делав шаг вперёд. — Вместе, короткими взмахами…
— Не дайте им приблизиться к гражданским. Огонь! — рявкнул я, одновременно нажимая на спуск. Что я там про ружья говорил? Отличная вещь! Пуля промазала на миллиметр — уже всё, не попал. Пятьдесят мелких дробин, разлетевшихся на десять сантиметров от центра, не давали такого шанса.
Десять выстрелов — десять сбитых шаров и один опустевший магазин. Спруты с лопнувших шаров махали щупальцами в воздухе, будто пытаясь полететь. К счастью, ни их деревянная природа, ни условная физиология такого не предполагали. Впрочем, я и деревьев паразитов никогда не встречал. И бегающих, про них только сказки страшные рассказывали, ну или детские, про добрых энтов и дриад.
  
— Земля чисто, продолжаем движение! — скоординировавшись с Жанной, приказал я. Где-то в колонне суетились стрелки Мануловых и бойцы Медведва. Ему пришлось не только прикрывать отход, но и сражаться с набегающими по наши души тварями, которые карабкались, казалось, по отвесной стене. И если тут задержаться, нас просто окружат и не оставят выхода.