Одаренный: ученик (СИ)

— Выслушаю, может быть, не с удовольствием. Но выслушаю. Мнение народа всегда важно.
Евграф специально подчеркнул слово «народ», давая понять, что я для него ниже уровнем. Ничего, переживем. 
— Ну если и в самом деле хотите слушать, то пожалуйста. Я думаю, что ваш племянник, несмотря на свой возраст, просто разбалованный ребенок. Отхватил от противника — и тут же побежал жаловаться мамочке. Вы тоже не далекого ума человек, раз тут же пошли его защищать, в место того, чтобы всыпать как следует — чтобы не жаловался и не ябедничал.
— А вам палец в рот не клади! — усмехнулся Евграф.
Казалось, мои слова его не тронули, внешне он был невозмутим. Но вот скрыть в глазах ярость ему не удалось. Ага, значит проняло. Теперь надо деликатней, чтобы не рвануло. 
— Насчет пальцев в рот — это вы не по адресу. Предложите лучше своему племяннику — думаю, он будет не против пососать конечности родного дядюшки. 
— Хватит! — рявкнул Евграф, вдруг весь покраснев.
Так, перегнул. Интересно, что фраза точно попала в болевую точку. Даже не хочу думать, что там такое у них происходит в роду, что от этот Евграф так завелся.
Пора сваливать.
— На сим считаю наш разговор законченным и...
— Нет! — Евграф схватил меня за шиворот и притянул к себе. — Мы еще не закончили.
Его хватка была стальной. Я чувствовал в его пальцах невероятную силу, которую невозможно получить, просто занимаясь гантелями или тренировкам. 
«Значит, Дар, — понял я. — А значит я смогу его загасить. Ну что же, давай, попробуй рискнуть, усатый!».
Нужно было только выгадать момент и включить свои умения.
Но Евграф не предпринимал никаких активных действий, продолжая сверлить меня взглядом. Потом, после паузы, могильным голосом произнес:
— Я пришел сюда в качестве секунданта.
— Секунданта? — мне сложно было сержать удивление.
— Именно так. И от имени своего доверенного лица — Николая Крысеева, — я вызываю вас на дуэль.
— И каков же повод дуэли? — сквозь зубы ответил я. — За то, что я вступился за слабого, которого ваш племянник донимал со своими дружками? За то, что в честной схватке со мной — один на один, — отхватил по морде? За то, что второй раз отхватил от меня, когда явился на разборку с толпой своих «шестерок», а еще притащил в качестве подмоги девушку? Разве в этих пунктах есть хоть капля того, ради чего можно назначить дуэль? Или вам не известен дуэльный кодекс?
— Дуэльный кодекс я знаю наизусть, — ледяным тоном ответил Евграф. — Но повод для дуэли совсем другой, и он соответствует кодексу в полной мере.
— И какой же повод? — усмехнулся я.
— Вы назвали Николая Крысой, намекая на то, что его фамилия созвучна с названием мерзкого животного, питающегося падалью и живущего на помойке. А это задевает честь не только Николая, но и всего нашего рода, — здесь он сделал паузу, и я понял, что сейчас будет самое хреновое. 
Не ошибся. 
— А это оскорбление третьей степени, максимальной, и повод, чтобы биться. И потому мы ждем вас сегодня в четверть восьмого возле Золотого Дуба, чтобы совершить отмщение за нанесенное оскорбление.
* * *
Представители Крысеевых ушли, оставив меня одного. 
Я ругался. Из меня лезли самые отборные и затейливые ругательства, какие только мне были известны. Только это меня едва ли сейчас могло успокоить. Ввязываться в дуэль в мои планы не входило. Конечно, я не сомневался, что одолею Крысу. Но кто сказал, что дуэль будет честным? Зная Крысу и имея небольшой опыт общения с другими его представителями, я уже примерно сложил об их роде общее представление. И оно было не лучшим.
В коридоре меня встретила Катя. Видя мой хмурый вид, спросила, что случилось.
Я вкратце рассказал ей о встрече.
— Да чтоб тебя! — девушке тоже было сложно сдержать эмоции и не начать ругаться. — Ты что, совсем головой поехал?! Так стукнулся, что окончательно мозги подрастерял?! Как тебя угораздило опять вляпаться в какую-то историю?!
— Да хватит орать на меня! — не выдержал я.
— Попал ты, Пушкин! — немного успокоившись, произнесла девушка. — Ты понимаешь это?
 
Ярость обожгла.
— Понимаю. еще я понимаю, что уделаю Крысу.
— Да ты оптимист! И как же ты дуэль с Крысеевым себе на пользу обратишь?
— Пока еще не знаю. Но скоро придумаю.
— Ох! — вздохнула Катя. — Ты не понял, с кем связался?
— С Крысеевым.
— Вот именно! С тем самым, про которого ходят слухи — что у него в подвале родового гнезда есть существо, которое он по ночам выпускает на волю, чтобы устранить своих конкурентов. 
— Сказки! — усмехнулся я.
— Сказки сказками, а графа Простурякова, давнего врага Крысеевых, в прошлом году с перегрызенным горлом нашли. И поверь мне, одним горлом там не обошлось, я фотки из дела видела — его как тряпичную куклу на лоскуты изорвали.
— Вот только не надо меня пугать!
— А я и не пытаюсь. 
— Что он, по твоему, монстра этого на дуэль приведет?
— Ну-у... — протянула девушка. — Вряд ли конечно.
— Ну вот видишь. А ты уже паникуешь раньше времени.
— Александр, ты еще не до конца осознал, что тебе сказали.
— О чем ты?
— Третья степень оскорбления тебе ни о чем не говорит?
«Да что вы все какими-то уровнями и степенями меряете?!» — хотел спросить я. Но сдержался. 
— Третья степень оскорбления, — тут же начала отвечать на свой вопрос Катя. — Это значит, что дуэль должна закончится смертью одного из дуэлянтов. 
  
Глава 11. Дуэль
 
— Значит умрет Крыса! — в жаре выпалил я.
— А тебя посадят в тюрьму, — кисло ответила Катя. — За его убийство.
Я все прекрасно знал и без эмоциональных комментариев Кати. Еще в тот момент, когда Крысеев заикнулся про третью степень оскорбления, я понял, к чему вообще ведет разговор. Но что же мне оставалось делать? Отказаться от дуэли и прослыть трусом? Нет, трусом я никогда не был в прошлой жизни и в этой тоже не собираюсь начинать. 
И умирать тоже не собираюсь.
А насчет тюрьмы... Тут есть одни вариант — я просто не буду убивать своего противника. Кодекс это разрешает. Просто отделаю его как следует. Вот и все.
— Я пойду с тобой! — немедленно воскликнула Катя.
— Что?! Нет! Сам справлюсь! Два раза надавал по щам Крысе, справлюсь и в третий.
— Тебе нужен секундант, — возразила девушка. 
— Я возьму Бульмяка.
— Знаешь что, — подбоченилась руки Катя. — Я звону всем нашим, прямо сейчас. Или мы идем все вместе — или никто вообще не идет!
Да что она вообще себе позволяет! Видимо прошлый Пушкин был совсем бесхребетным, раз позволял разговаривать в таком тоне с собой. 
Я открыл было рот, чтобы поставить Катю на место, но она опередила меня.
— Саша, Крысеевы очень коварны. Поверь мне, до дуэли дело может вообще не дойди — тебя просто огреют исподтишка по голове дубинкой и закопают под этим самым Дубом. И никто потом ничего доказать не сможет — свидетелей то нет.
Как бы я не злился, но Катя была права. Идти одному на дуэль — так себе идея. Секундант нужен. А с учетом того, что я шел к Крысеевым — чем больше поддержка, тем лучше. Хотя, насчет поддержки моя компашка так себе. Больше как свидетели пойдут. Ну и труп опознают, если дело случится.
— Ладно, — нехотя согласился я. — Но чтобы без сюрпризов!
Широко улыбаясь, Катя кивнула головой. И принялась обзванивать всех.
* * *
В назначенное время мы были у Золотого Дуба. Вся компашка — здоровяк Бульмяк, очкарик Иосиф, крепышка Тамара, похожий на тень Федор. Так себе сопровождение. Но за неимением кого-то другого приходилось соглашаться и на этих. Ребята явно не горели желанием присутствовать на дуэли, но молчали, в открытую не демонстрируя свой настрой. Было видно по их глазам, что они напуганы.
Из обрывочных речей Иосифа и Тамары я понял, что обычно дуэли заканчивались примирением сторон. Но только не с Крысой.