Беглянка (СИ)
— Ну что. Сейчас приведем себя в порядок и отметим ваш первый рабочий день. — бодрым голосом произнес Паша подбрасывая свой планшет. — Зря что ли левачок выполнили. Скиньте мне ваши номера, пришлю деньги. Еж заводи.
Добряк метнулся от кучи к машине нагруженный камнями.
— Нужно. — буркнул он на немой вопрос Шарпа.
В баре было людно. Сегодня вернулось много людей, что работали вахтами на внешних объектах и сейчас они отрывали душу. Оди непривычная к работе официантом, жутко нервничала и носилась от столика к столику. Ванесса, что крутилась рядом с ней периодически подсказывала что и как, а иногда и спокойно била гостей по рукам.
— Запомни. — наставляла она девушку. — У тебя голова должна крутиться на триста шестьдесят градусов. И для работы, всегда знаешь, где убрать надо, куда что принести. — хлесткий удар мокрой тряпки по наглой руку. — И для безопасности. Народ у нас в массе своей добрый и даже с натяжкой культурной, пока не нажрётся. С Робин у вас габариты одинаковые, что спереди, что сзади. А мужик он на то и мужик, что как выпьет, так на прекрасное и тянет. — еще один удар по руке, что тянулся к Оди с другой стороны. — Вот наша лисичка из-за этого по залу и не носиться.
Оди бросила злой взгляд на подругу, что ухмылялась стоя за баром.
— Я припомню это тебе. — одними губами произнесла Оди.
— Боюсь, боюсь, боюсь. — так же одними губами ответила Робин и жестом указала куда им с Ванессой надо еще дойти и убраться.
Состроив Робин гримасу на лице и показав язык она пошла за Ванессой, что и сама видела, где они нужны. И так весь вечер. Под конец Оди и сама осмелела отвешивать наглым ручонкам удары. Постепенно народ утихомиривался. Особо пьяные покачиваясь покинула бар. Остались лишь самые стойкие или те кто просто коротал вечер в компании. Перетаскав всю посуду из зала Оди рухнула на стул возле стойки.
— Я никогда еще так не уставала — с закрытыми глазами пробормотала она.
— С непривычки. — подбодрила ее Робин. — Я тоже думала, что с ума сойду, когда мы только открылись. Это сейчас у нас баров много, а раньше один был. Мой. — гордо выпятила грудь Робин. — Представляешь какой тут хаос творился.
— Даже не хочу слышать. — Оди подалась вперед и развалилась на стойке. — А Ванесса была права. За весь день не одной сальной шутки в свой адрес. Даже непривычно как-то.
— Да. Мне вот тоже интересно, почему? Меня по первости как только не склонял. Пришлось папе популярно объяснить, что так разговаривать в присутствии молодой девушки нельзя.
— Серьезно. Не понимаешь? Ладно Оди не догадывается. Но ты-то? — Ванесса тоже подошла к ним. — Руки распускали только вахтовики, которые не слышали последние сплетни.
— Какие сплетни? — ушки Робин сразу стали торчком.
— А кто через полгорода на спине и руках у Паоло катался? Я? — Ванесса уставилась на девушек. — Вот вам и разлетелось. Так что теперь для всех не только ты запретная территория, но и Оди. А учитывая, что Милана эти слухи приукрашивает, я даже боюсь предположить, что в итоге получиться.
— Я прибью эту…эту… — Робин никак не могла подобрать слово, чтобы охарактеризовать подругу. — И Паоло, гад. Мог бы и по боковым улочкам нас отнести. То же мне. Покрасоваться решил. Шутник.
— Да ладно тебе. Погудят и утихнут. Не первый слух и не последний. — стала успокаивать Робин Оди. — А нам только на руку. — уже тихо на ухо произнесла она.
— Ну да. Тут соглашусь, но как с Паоло об этом поговорить. Боюсь.
Ушки Робин поникли, как и хвост, что снова прижался к ноге девушки. Оди с умилением смотрела на свою подругу, и улыбка не сходила с ее губ.
— Ну и чего лыбымся?
— Уж и полюбоваться нельзя на смущенную лисичку. Тебе не говорили, что когда ты такая, так и хочется тебя за щечки ухватить.
— А! И ты туда же! — вскрикнула Робин.
Так за разговором они не заметили, как открылась дверь и в бар зашли Паоло и товарищи. Добряк сразу спрыгнул с руки и помчался к бару. Ловко маневрируя среди людей, столов и стульев, он незамеченным оказался под баром. Забравшись на него он так же обходя все препятствия двинулся к Робин, но не смог обойти лежавшие руки Оди. Не долго думая он просто полез через тоненькую ручку девушки.
Оди конечно почувствовала его и посмотрела себе на рука. Они встретилась взглядом с Добряком, что изогнулся над ее рукой.
— О! Привет красавица. Позволь представиться. — начал он, но крик девушки заставил его замолчать.
Оди дернулась всем телом. Добряк отлетел с руки в одну сторону, стоявшие на баре бутылки и посуда в другую, Оди полетела в третью. Лететь ей пришлось не долго. Ее подхватил подошедший к этому моменту Паоло. Оди с глазами полного ужаса озиралась по сторонам. Сфокусировав свой взгляд на парне запрыгнула к нему на руки.
— Что это? Что? — сквозь тряску испуга промолвила она не сводя взгляд с Паоло.
— Между прочем это не культурно. — Добряк свернулся в свою любимую позу змеи. — А если уж вам так интересно уважаемая, кто я. То вот. Я тот, кто вселял ужас живым. Я, тот кого прозвали ночным кошмаром. Я ужас, что летал на крыльях ночи. Я черн…
Договорить он не успел. Большая и мокрая тряпка с силой опустилась ему на голову похоронив всего членистоного робота под собой.
— Ах ты вредитель. — шипела Робин и еще раз прошлась по нему тряпкой. — Ах ты гербарий недоделанный. — еще один удар тряпкой, но он был уже мимо.
Добряк убегал по барной стойке, уворачиваясь от ударов. Робин с поразительной скоростью преследовала его и с каждым новым удар попадала все ближе к блестящему тельцу. Добряк уперся в стену. Над ним нависла разъярённая лисичка.
— Сестренка Робин. — тоненьким голоском взмолился Добряк. — Я смиренно прошу у вас прощения. Мои базы данных не имеют протокола на данный случай, и я просто не знаю, как реагировать. — в знак своего раскаяния Добряк склонил голову и заискивающе посматривал в глаза лисички.
Народ тоже затих в ожидание концовки. И она не заставила себя ждать. Тряпка снова опустилась на Добряка.
— Свяжу тебя в узел, вредитель мелкий и на крючок повешу. Протокола нет у него. Знаем, как же. Трепло ты членистоногое.
— Между прочим — Добряк вылез из-под тряпки — гербарий — это засушенные растения, а про меня можно сказать энтомологическая коллекция в одном лице, поскольку во все вселенной нету существа, что по каким-либо признаком был похож на меня.
Народ не выдержал и заржал во всю силу. Рассмеялась и сама Робин наблюдая на надувшегося от гордости из-за своей неповторимости Добряка.
— А ты там долго на ручках сидеть собралась? — не поворачивая головы спросила Робин. — Оди. Убираться кто будет. Тебя это тоже касается, членистоногий. Подорвался и вперед.
— Я не создан для уборки. Мое призвание вселять ужас и страх, кататься на крыльях… — Добряк заметил тряпку в руках у лисички. — Между прочим я самое чистоплотное существо. — он гордо двинулся к месту своего косяка. — Моя натура не переносит не то что пыли, да даже если что-то лежит не на своем месте, меня это уже раздражает. Оди? Милая девушка, я понимаю на руках моего шефа, что несет за меня полную ответственность, удобно, но нам надо устранить тот беспорядок, что мы по случайности устроили. И так как у меня лапки я не все могу сделать сам. Поэтому я смиренно прошу у вас помощи в некоторых вещах, что не подвластны мне. Шеф. Я надеюсь вы не откажите в помощи двум созданиям, что стоят перед вами…и у вас на руках.
— А я с чего должен? — Паша искренни удивился такому повороту событий.
— Ну начнем с того, что вы несете за меня полную ответственность. И любой мой косяк, это ваш косяк. А во-вторых у Робин тряпка. — зловещим шёпотом заговорил Добряк. — У нее большая и мокрая тряпка.
Паоло усадил Оди обратно на стул, так как девушка еще не до конца успокоилась и поглядывала на Добряка с опаской. Подхватил трепливую гусеницу со стойки и пошел собирать разбросанную посуду и разбившиеся бутылки, прихватив второй рукой Ежа, который чувствую подвох, вцепился в Шарпа, и дальше по цепочке. В итоге вся бригада быстро привела все в порядок и расселась за своим столиком вблизи от бара.