Совершенно несекретно (СИ)
— Есть чем застирать можно? И где? Молоко это, блин, неудачно… — с тоской и с надеждой вперился я в Малышкину. Девка она битая жизнью и к пятому курсу вполне могла получить некоторые хозяйственные навыки.
И я был не разочарован.
— Раздевайся! Сейчас найду нашатырь… Так, глицерин у меня был где-то, — оживилась Малышкина.
— И вода горячая в общаге есть? — догадываюсь я, так как на моржа девушка не похожа. Хотя воду вырубить в советской действительности могут в один момент.
Оля Малышкина, надев после душа какой-то развратно короткий халатик, уже не так сильно отпугивала лишними кэгэ в области талии. Ноги — ровные, коленки — круглые и гладкие! Да ещё и умница. А если сейчас спасёт мой костюм, то и вовсе — красотка, какую поискать!
— Горячей нельзя! Сварится белок! — авторитетно заявила Малышкина. — Снимай, снимай… И чем быстрее тем лучше. А то потом и химчистка не поможет.
В коридоре раздеваться некомфортно, уже чувствую на себе взгляды любопытных.
— Можно у меня, — предложила Оля, без задней мысли, разглядывая следы катастрофы.
Но и комнату бросать открытой не хочу. Хоть Олег — тот ещё салага и разгильдяй, но я-то взрослый!
Всё оказалось не так страшно. Пятна были на штанах в основном и полах пиджака. Ну и рубашка немного пострадала. Но она белая, и её отстирать легче.
Шустрая Оля метнулась к себе, или куда там, и вскоре вернулась с колдовским раствором — смесью глицерина, воды и нашатыря. Волшебная вещь! Также девушка принесла с собой простыню, совершенно чистую и белоснежную — ещё один плюсик к карме Малышкиной — и утюг.
— Чёрт, у Олега тут гладить негде… — Малышкина с досадой оглядела стол, заваленный бумагами и книгами. — Бардак развели, заучки! Я гладить не буду. Давай сам как-нибудь.
— Ну погладь, пожалуйста… В долгу не останусь, — заискивающе прошу я свою спасительницу.
Оля, хихикнув, погладила меня по стриженой макушке.
— Ладно, жди здесь! — в глазах студентки промелькнули хитрые искорки. — А ты ничего такой, мускулистый…
И я опять был облапан уже за бицепс и прессуху. «Черт с ней, пусть мацает, лишь бы помогла!» — заглушил я свою совесть.
Поверженный парень уполз куда-то зализывать раны, а я, сидя в одних боксёрках в гостях у, в общем-то, пока незнакомого человека, нервно перебираю карты и атласы, пытаясь найти нужную информацию. Но помог мне один учебник, который я по первости отложил в сторонку: «Сооружение магистральных трубопроводов. Бородавкин П. П., Березин В. Л. 1987».
Ну-ка, ну-ка… Раздел первый: основные сведения о магистральных трубопроводах. Раздел второй: выбор трасс…
Лихорадочно листаю учебник, и из него выскальзывает аккуратно сложенная в несколько раз карта. Не обрывок, а полноценная такая схема на плотной, глянцевой бумаге, которая явно как приложение к учебнику шла. Разворачиваю осторожно.
Нужный отрезок трубопровода я нашёл быстро. Тут даже компрессорные станции обозначены! Конечно, эту книгу я мог бы найти и в Ленинке… Если знать что искать. Да и след оставлять не хотелось бы. Мог возникнуть логичный вопрос — мол, а зачем мне понадобился именно этот учебник? Допускаю, что за мной вполне могут приглядывать, ведь КГБ ещё не продал Родину, партию и советский народ.
Совмещаю карту трубопроводов с атласом железных дорог и в голове всплывает название станции: Аша! Вспомнил с большим трудом. Уверен, в том своём теле, с теми своими мозгами, я смог бы вспомнить эту информацию только, скажем, под гипнозом. Нет, перенос сознания положительно-таки влияет на когнитивные способности! Жаль, рассказать об этом некому.
Но карту сунуть некуда. Не в трусы же⁈ Еле успел её положить под задницу, как дверь открылась и вошёл мой будущий кореш, очевидно, со своим приятелем. Они чего-то бурно обсуждали и меня сразу не заметили. Сижу, жду вопроса от хозяина комнаты: — «Что за голый гость у него тут карты греет?»
— Ты что! Второй раз билет не купить, я за эти в пять раз больше номинала отдал! Это ж «Пинк Флойд»! Понимать надо! — втолковывал Олег своему юному собеседнику, по виду перваку.
— Э-э-э… — кашлянул я и не нашёл ничего умнее, как загрузить вошедших вопросом: — А что, «Пинк Флойд» уже концерты даёт?
— Ага. Прикинь, купили два билета на пятое в «Олимпийский»! — возбужденно ответил мне молодой, думая, что я какой-то знакомый Олега и могу тут в трусах сидеть, ещё и с картой под задницей, которую собрался умыкнуть.
— А ты… э-э… кто? — натурально изумился Олег.
— Да, короче, такие дела… — почесал я затылок. — К девушке пришёл, что напротив… А один мудила мне костюм испортил… Сейчас Оля Малышкина, твоя соседка, его спасает. Мочит, гладит там… Я у тебя перекантуюсь. Ты же не против?
— Ну, знаю Олю — нормальная баба. А кто стул сломал и молоко разлил? — насупился Олег.
— Слышь, тут к тебе парень с горбатым носом приходил, долг требовал. Подумал, что я с тобой живу. Пнул вот по стулу и полез в драку… Пришлось отоварить! — с кислой мордой говорю я, понимая, что моя версия не клеится.
Олег это тоже почувствовал — смотрит подозрительно, словно решает: поверить или сразу мне башку проломить остатками табуретки.
— Стоп… А ты вообще… чё сюда приперся-то? Ты с Олей шуры-муры, а у меня в хате штаны сушишь? Ты кто вообще?
Версия действительно тухлая. Ведь гость полез на меня в комнате Бунина, а значит, порядок действий был такой: я зашёл в чужую хату, потом пришёл кредитор… потом отоваривание оного, а теперь я сижу и жду починки внешнего вида. Вопрос резонный — а чего я у них в комнате забыл? Ведь напомню, в этой истории мы пока не знакомы.
Изначально я хотел сказать — мол, посоветовали тебя, как спеца. Помоги… Даже трояк готов был дать! Но сейчас помощь Бунина не нужна, и информация, которую я нашел, для него реально лишняя.
Но от допроса меня благородно выручил пострадавший единорог!
Дверь распахнулась без стука — и в комнате сразу стало тесно. Три морды — одна уже побитая, две пока целые — ввалились без спроса на двенадцать квадратов, половину из которых занимали две кровати и стол. Стул я не считаю — он уже в дрова, и место если и занимает, то на полу.
— Вот он, гандон рукастый! — мрачно процедил носорог, потирая лоб. — И эта шелупонь тут!
— Чё надо? Следи за языком, — Олег понял, кто тут «шелупонь», но, надо отдать ему должное, не сильно испугался пришедших.
Ну а чего ему бояться-то? Даже если я не впишусь в их разборки… Их двое, а вошедших трое — вполне можно отмахаться. На самом деле мне эта троица одному на зубок!
— Так, Олега, ты нам должен, поэтому не борзей. А за то, что твой родственник Серёге врезал… — примирительно поднял руки один из небитых, очевидно, оценив расклад не «три на два», а «три на три». Причем я был во всей своей голой красе!
Умный, чё! Хотя я бы и сам себя зассал, если бы в зеркале видел, всё-таки фигура у меня спортивная.
— Кто родственник⁈ Да я его в первый раз вижу! А долг со стипы отдам!
— Щас надо! — рявкнул единорог Сергей. — А ты тогда кто такой, клоун?
Ладно, в принципе одному втащить или троим — небольшая разница! Будет на меня ещё рот открывать…
— Это Анатолий Штыба, олимпийский чемпион по боксу, заслуженный мастер спорта, и депутат Съезда, — раздался вовремя голос из коридора Малышкиной, очевидно, закончившей спасательные работы.
Откуда она всё узнала? Да я же из пиджака ничего не вытаскивал — ни ксивы, ни деньги. Умелая хозяйка совершенно правильно не стала гладить, не проверив карманы, и сейчас если не всё, то многое обо мне знает.
В комнате повисла пауза.
— Толь, идём у меня переоденешься! — крикнула из-за спин незваных гостей Оля, сообразив, что здесь это сделать мне будет трудновато.
— Олег, тебе занять трояк? Ты что предпочтешь — чтобы эта гопота свалила, или просто им в рыло дать? — предложил я на выбор.
— Да не… не надо трёху, потерпим до стипы! — второй небитый визитёр оказался таким же неглупым и скрылся из виду самым первым. Ну а что я ожидал увидеть здесь — в одном из лучших вузов страны?