Колдовское зелье
— Ты не хуже меня знаешь, что этого не будет. Помнишь, как они разругались по этому поводу на прошлый День благодарения? Мама сказала, что, если бы не мы, она давно бросила бы папу. Честно говоря, мне вовсе не хочется, чтобы они приезжали. Снова начнутся споры и ссоры! Больше всего на свете я бы хотела всегда жить здесь с дядей Берти...
Голоса девочек постепенно затихли в отдалении, и Патти вышла на тропинку. Ее сердце больно сжималось от жалости и сочувствия к сестрам. Взрослые частенько забывают, что дети все слышат, многое понимают и тоже способны страдать. Горестно вздыхая, Патти направилась обратно к тому месту, где оставила «пежо».
На оставшемся до поместья участке пути имелся только один поворот. Именно там внимательно всматривавшаяся в бегущую перед ней дорогу Патти и заметила блеск стекла. Когда-то давно именно на этом месте из-за разбитой бутылки произошла авария. Острый осколок распорол шину, после чего автомобиль, в котором ехала молодая пара, занесло на повороте. Все кончилось тем, что машина сошла с дороги и покатилась вниз, к озеру, где сразу же взорвалась.
Разумеется, Патти была далека от мысли, что сестры, желая избавиться от новой воспитательницы, имели в виду именно такой исход. Дети, особенно в раннем возрасте, редко задумываются о смерти. Это происходит только в том случае, если умирает кто-то из их близких.
Патти вышла из автомобиля и аккуратно собрала в газету зловеще блестевшие на солнце осколки стекла. Сверток она положила рядом с собой на сиденье, чтобы выбросить позже. Все это время ее одолевал вопрос, как ей справиться с возникшей проблемой. Ее недавнее желание вернуться обратно в Цинциннати пропало напрочь. Она поняла, что девочкам может потребоваться ее помощь, даже если сами они и не пожелают признать это.
Продолжая пребывать в глубокой задумчивости, Патти тронула машину. Ей пришло на ум, что, обращаясь к ней за помощью, тетушка Джемма, возможно, преследовала далеко идущие цели. Очевидно, старушка понимала, что девочкам требуется нечто большее, чем обычный присмотр. И дать им это могла именно Патти, потому что у нее было похожее детство.
Все эти мысли продолжали вертеться в ее голове, когда она миновала ворота и въехала на территорию поместья Ферн-Бей. Вскоре Патти приблизилась к добротному трехэтажному дому, который всегда пробуждал в ее душе ностальгические чувства. Это здание как будто было создано для того, чтобы в нем жила большая дружная семья. Именно оно всегда ассоциировалось у Патти с понятием «родной дом».
Миновав парадный подъезд, она подъехала к задней части дома, чтобы там припарковать «пежо», и заметила, что дверь черного входа как обычно распахнута. Когда Патти, захлопнув дверцу автомобиля, приблизилась к входу, до нее донесся знакомый лай, и через секунду навстречу ей выбежал сеттер. Звали его Тим, и он был любимцем Берта. Пес мгновенно узнал Патти. С радостным визгом он бросился приветствовать ее, норовя лизнуть в лицо и отчаянно виляя хвостом, а она со счастливой улыбкой присела на корточки и принялась трепать собаку за уши.
— Патти! Я так и думала, что это ты! — раздался рядом хорошо знакомый голос.
Патти подняла голову и увидела как всегда одетую в платье одного из множества серых оттенков тетушку Джемму. Ее муж умер очень рано, своих детей у нее не было, поэтому, когда Берт пригласил ее пожить у них с Кевином, она с радостью согласилась. С тех пор старушка редко покидала Ферн-Бей, хотя в Шотландии у нее имелся собственный дом.
— Ты как раз вовремя, — продолжила тетушка. — Я только что велела миссис Шорт приготовить чай. Девочки наверху, в детской. Прежде чем спуститься к столу, они должны умыться и переодеться. Терпеть не могу современную манеру одеваться! На всех с утра до вечера джинсы... Это так не эстетично. Не поймешь, то ли мальчик перед тобой, то ли девочка. В мое время ничего подобного не было. — Она неодобрительно покачала головой. — Куда катится мир?!
Патти сразу вспомнила, как в детстве мать уговаривала ее никак не выказывать тетушке Джемме своего недовольства подаренным той дурацким бархатным платьем, которое впору было надеть совсем маленькой девочке. А Патти в тринадцать лет уже считала себя взрослой.
— Кстати, раз уж мы заговорили об этом, — добавила старушка, — я считаю, что девочкам пора купить кое-что из одежды. Они выросли из своих вещей. Наша гувернантка собиралась заняться этим, да так ничего и не успела сделать, потому что попросила расчет.
— Почему она уволилась? — поинтересовалась Патти. Ей хотелось услышать версию тетушки по поводу того, как здесь разворачивались события, а также узнать, что известно старушке о планах сестер выжить из Ферн-Бей новую воспитательницу.
— Да так, обычное дело, — махнула рукой тетушка Джемма, кивком приглашая Патти в дом. — Если кроме детей и стариков здесь находились бы еще несколько молодых парней, Элли задержалась бы подольше. Я уверена в этом. А так жизнь в этом доме показалась ей слишком скучной. Целый день ей нужно было присматривать за сестрами, а по вечерам она вынуждена была в одиночестве сидеть в своей комнате или гулять по саду. Должна заметить, что нынешняя молодежь не понимает своего счастья. — Она сурово свела брови у переносицы. — В мое время девушку обязательно старались выдать замуж, хотела она того или нет. У нас не было той свободы, которую сейчас имеете вы. Честно говоря, я рада, Пат, что ты не спешишь обзаводиться семьей. — Старушка искоса взглянула на свою гостью. Однако следующая ее фраза оказалась несколько нелогичной и сильно подпортила эффект предыдущих слов. — Тебе сейчас сколько лет? Что-то около тридцати? Но принимая во внимание сложившиеся обстоятельства...
Она остановилась на полуслове, потому что в гостиную вошла с подносом миссис Шорт. Увидев Патти, экономка расплылась в улыбке, а та вскочила с дивана и нежно поцеловала пожилую женщину в щеку. Затем миссис Шорт расставила на столике чайные приборы и задержалась на несколько минут, расспрашивая Патти обо всем на свете. После этого тетушка Джемма попросила экономку подняться наверх и узнать, почему задерживаются девочки.
— Неужели ты собиралась провести отпуск в одиночестве? — повернулась она к Патти, когда миссис Шорт ушла. — Разве среди твоих знакомых в Цинциннати нет приятного молодого человека?
Патти прекрасно поняла намек тетушки, хотя та и постаралась максимально завуалировать вопрос. Однако ей не очень хотелось обсуждать эту тему, поэтому она нахмурилась, словно пытаясь сообразить, о чем идет речь, а потом невинно поинтересовалась:
— Какого молодого человека вы имеете в виду? В Цинциннати полным-полно приятных молодых людей...
— Ты прекрасно понимаешь, о чем я веду речь. — Старушка недовольно поджала губы. — У тебя имеется молодой человек, с которым бы ты могла отправиться отпуск?
Патти секунду помедлила, словно взвешивая возможные варианты ответа, после чего осторожно произнесла:
— У меня нет какого-нибудь конкретного молодого человека, тетя. Но зато есть несколько приятелей, с которыми я время от времени провожу свободное время.
— Как это понимать? — повела бровью тетушка Джемма. — Какой смысл ты вкладываешь в слова «провожу свободное время»? У кого-либо из твоих знакомых имеются серьезные намерения или...
Патти не удержавшись весело рассмеялась.
— Парни, о которых я говорю, просто мои друзья. Мне приятно находиться в их обществе, только и всего!
Вероятно, тетушке Джемме было что ответить на подобное заявление, но ей так и не удалось высказать свое мнение, потому что двери гостиной распахнулись и на пороге показались Тина и Вики. Девочек было не узнать, они полностью преобразились, причем приятная метаморфоза коснулась не только их одежды, но и отношения к гостье. Они приветствовали Патти самым милым образом, и, если бы она не подслушала у озера их разговор, ей ни за что не удалось бы заподозрить что-то неладное. Лукаво усмехнувшись, Патти решила слегка наказать маленьких негодниц. Она выждала, пока девочек усадят за стол и поставят перед каждой по стакану молока и блюдцу с печеньем, а потом будто невзначай столкнула на пол принесенный с собой из автомобиля газетный сверток, из которого немедленно высыпались осколки подобранного на дороге стекла.