Крысиная тропа. Любовь, ложь и правосудие по следу беглого нациста

После произошедших в Германии перемен Отто еще более активно занял сторону «запретной партии». Он проводил все больше времени в «Немецком клубе», сговариваясь с товарищами по нацистской партии; Шарлотта терпеливо ждала его дома, как беременная солдатка, вышивающая свастики на одежде. «Я всегда была немного революционеркой», — записала она. Она называла себя убежденной сторонницей «движения», надеявшейся, что нацисты принесут спокойствие и положат конец хаосу в Австрии и в Европе [108]. 5 марта они победили на федеральных выборах в Германии, и Шарлотта поздравила свою подругу Хельгу Эттингсхаузен открыткой с улыбающимся фюрером. 21 марта Отто отправился в Потсдам на открытие нового здания рейхстага (старое уничтожил пожар), где, по утверждению Шарлотты, впервые встретился с Гитлером [109]. Спустя два дня Гитлер провел закон, по которому завладел абсолютной властью.
Через несколько дней после возвращения мужа из Потсдама у Шарлотты начались схватки. Ранним утром 2 апреля она самостоятельно добралась до клиники «Рудольфинерхаус», где на свет появился Отто-младший. Смущенный папаша явился к роженице с букетом цветов после того, как, согласно ее записи, долго валялся дома в постели, преодолевая свое отвращение к больницам с их запахом дезинфекции. Шарлотту отпустили домой через десять дней. Отто-младшего крестил монсеньор Алльмер.
В мае австрийский канцлер Дольфус запретил несколько политических партий, включая национал-социалистическую [110]. Отто продолжил заниматься политикой подпольно, опираясь на поддержку отца и Шарлотты, но скоро попал в сложное положение. Летом газета «Абенд» сообщила о налете полиции на «секретную базу нацистов», действовавшую как подпольное пресс-бюро в Центральной Европе. Были конфискованы пропагандистские материалы, под арестом оказались 25 человек, в том числе «нацистский адвокат д-р Вехтер» [111]. Полиция завела на него дело за «постоянное сотрудничество» с запрещенными нацистами и за поддержание незаконных контактов с единомышленниками в Германии.
Стычка с законом снова укрепила политическую убежденность Отто и поддержку со стороны Шарлотты. В сентябре пара побывала на венецианском острове Лидо, где собрались партийные деятели из Германии и Австрии, созванные отцом Отто Йозефом. Присутствовал, в частности, немецкий промышленник Рудольф Вейденхаммер, участник заговора с целью установления в Австрии нацистского правления [112].
В октябре Отто защищал в суде Рудольфа Дертиля, члена партии и бывшего военного австрийской армии, обвиненного в попытке покушения на канцлера Дольфуса. Дертиля приговорили к пяти годам тюрьмы [113].
В декабре Шарлотта снова отправилась в Лондон со своими выкройками. Она остановилась в гостинице «Боннингтон» на Саутгемптон-роу. В этот раз поездка вышла неудачной, удалось лишь покрыть расходы и встретиться с некоторыми «полезными людьми». Старые знакомые сочли ее облик «сногсшибательным», но не заметили обручального кольца на пальце. «Меня по-прежнему считали мисс Блекман» [114], — записала она. Она опять была беременна, и путешествие далось ей непросто.
В 1934 году Шарлотта завела новый дневник, «Тетрадь домохозяйки». «Я люблю все, что ты делаешь, — писала она Отто. — Если ты мне верен, то даже если ты посмотришь в чужие глаза, я доверяю тебе так же, как ты мне» [115]. Весной Отто поехал в Берлин на встречу с Теодором Хабихтом, доверенным человеком Гитлера в Вене, изгнанным из Австрии годом раньше [116]. В этот раз у Отто, похоже, произошла вторая в жизни встреча с Гитлером. Я узнал об этом не от Хорста и не из бумаг Шарлотты, а из научной статьи, к которой прилагалась зернистая фотография Отто в мундире, стоящего между фюрером и Альфредом Фрауенфельдом, своим венским товарищем, интересовавшимся одно время Шарлоттой. Отто пригласили в рейхсминистерство иностранных дел для доклада о положении в Австрии, там он познакомился с Герхардом Кёпке, профессиональным чиновником, готовившим некую служебную записку [117]. «Ко мне пришел с пожеланиями всего наилучшего австрийский юрист барон Вехтер, — записал Кёпке. — Это свежий молодой человек с ясными суждениями и четко выраженными, определенными и энергичными намерениями». Отто поведал о положении в Австрии, оказавшемся «хуже и серьезнее», чем сообщалось раньше, так как австрийские нацисты занялись террором. Обеспокоенный бесконтрольностью штурмовых отрядов (СА), Отто докладывал, что австрийские нацисты нуждаются в твердом руководстве, и призывал Гитлера вмешаться. «Нужны перемены», — с этими словами Отто запросил встречи с Гитлером. Кёпке пообещал передать его соображения новому министру иностранных дел Константину фон Нейрату. Донесение Кёпке об этой встрече пылилось в Берлине среди груды папок много лет. В 1945 году оно всплыло как улика для суда над Нейратом в Нюрнберге [118]. Я нашел фотографию того времени: на ней Альфред Фрауенфельд пожимает руку Адольфу Гитлеру, а между ними запечатлен Отто в мундире [119].
 
В июне Отто съездил в Цюрих на встречу с Фридолином Глассом [120] (командиром венского 89-го полка СС, у которого он был юридическим советником) и с сотрудником своего отца Рудольфом Вейденхаммером. Речь на этой тайной встрече шла о свержении Дольфуса. Договорились о разделении обязанностей: Отто поручили политические усилия, Глассу — военные, Вейденхаммер обеспечивал им связь. На место канцлера прочили Антона Ринтелена, посла Австрии в Италии [121].
В тот месяц Шарлотта родила второго ребенка — девочку, Лизлотту Герту Маргарету Марту. У Шарлотты развился тромбоз, в критическом состоянии она попала в конце июля в больницу; ее сестра тем временем родила сына, и она стала заодно и тетей. Тот день, 25 июля 1934 года, оказался важным и по другой причине: пока Шарлотта лежала в больнице, Отто руководил попыткой австрийских нацистов свергнуть правительство Дольфуса. Июльский путч начался с вторжения вооруженного отряда в ведомство канцлера на Баллхаусплац, самого канцлера рассчитывали захватить в его кабинете. События вышли из-под контроля, и Отто Планетта, разжалованный армейский сержант, застрелил Дольфуса [122]. Неясно, намеренно это вышло или случайно, неясно также, какую роль сыграли Берлин и Гитлер. «Попросите Муссолини позаботиться о моей жене и детях», — успел сказать умирающий канцлер [123].
Заговор не удался. Некоторых его участников арестовали, судили, приговорили к казни и повесили [124]. Ринтелена приговорили к пожизненному заключению за измену. Остальные успели сбежать; Отто, так и не добравшийся до кабинета Дольфуса, исчез. Одни считали, что его удерживают в отеле «Империал», другие — что он скрылся [125]. Впоследствии Шарлотта сложит воедино картину того дня, поговорив с бывшим клиентом Отто, фотографом Лотаром Рюбельтом, работавшим во время путча с Лени Рифеншталь на съемках фильма «Белое безумие» [126].