Академия Дивинат, или Светлая для Темного принца (СИ)

Незачем… Сейчас мне незачем мыслить трезво…
— Элли.
Рей ощутимо сжал плечо, когда я обернулась и моментально отыскала взглядом тело Кошмара.
Он дышал. Вороны не добили этого подонка, оставили корчиться от боли. Но это неправильно. Конечно, неправильно… Пока он вдыхает воздух, Элеонора задыхается во тьме.
— Ты не обязана, — прочитав в глазах мое намерение, заявил Рейдан.
Я не смотрела на него — взгляд намертво приклеился к врагу — однако чувствовала его поддержку, желание отговорить и свершить возмездие самостоятельно.
Но это мое возмездие. Мой враг. И он падет от моей руки.
Я желала отомстить не только за Элеонору… Но и за саму себя.
— Я этого хочу, — сказала вслух, осторожно высвобождаясь из его хватки.
Больше меня не посмели остановить, за что я была благодарна каждому: и Рею, и правителям, и Кэтрин, и Калебу. Я знала, хоть и не видела, что они наблюдают за мной. И раз не останавливают, значит, дарят свое согласие.
Ослепленная одной целью, я добралась до него быстрее, чем успела понять, что мои руки вновь покрыло пламя. В глазах пылал огонь решимости, ненависти и гнева одновременно. Опустилась рядом, встречая его потерянный взгляд, схватила за ворот. Приподняла, разрешая пламени коснуться кожи, обжечь и вырвать из его груди первый болезненный стон.
— Ты убил ее, — сказала твердо и холодно, смутно понимая, что страшно сильно нуждалась в этих словах, дабы окончательно принять суровую действительность.
— В тебя метился, — прохрипел он. Сплюнул на пол кровь и снова воззрился на меня. Не противился, пусть и знал, что его ждет. — Промахнулся. Но ничего… Ее смерть принесла даже больше наслаждения, чем могла бы принести твоя.
Ярость за миг застелила глаза, и не медля ни секунды, я пустила огонь выше, к лицу мужчины, и резко отпустила его. Отшатнулась, оглушенная неожиданным вскриком, и сразу же оказалась поставлена на ноги. Рей дернул меня вверх, вжимая в себя. Однако не спешил прятать от чужой боли, просто держал, не давая упасть, смотрел вместе со мной.
И лишь когда крики прекратились и зал погрузился в тишину, когда Кошмар наконец покинул меня, я позволила спрятать меня в объятиях и окутать крыльями.
Я не жалела. Ни минуты.
Ведь взращенное зло нужно вырывать с корнем, как сорняк. Сразу. Не раздумывая. Раз и навсегда.
 Эпилог 
Месяц спустя... 
— Чем планируешь заняться после выпуска?
Вопрос вырвался неожиданно, не успела я сама ответить на него мысленно.
Кэтрин оторвала взгляд от танцующих парочек, глянула на меня удивленно и задумчиво.
— Нам еще четыре года в Дивинат торчать, — на ее губах появилась растерянная улыбка. — С чего вдруг такой вопрос?
Пожав плечами, я не нашла что сказать и уже в который раз обвела взглядом зал, не решаясь окунуться в праздничную атмосферу, забыться во всеобщем веселье, какое проявлялось не во всю мощь после месяца скорби. Она по-прежнему длилась, касаясь каждого чернокнижника, но ректор академии не стал откладывать бал-маскарад в долгий ящик, его и без того отменили пару недель назад в связи с трауром. Оттого сегодня народ пытался расшевелиться, чтобы хоть как-то разнообразить тоскливые будни, наступившие сразу после смерти матери короля.
Мы с Кэт тоже пытались. Правда пытались…
Но еще в начале мероприятия предпочли отделиться от компании веселых адептов. Не поспешили уйти, устроились на софе за колоннами, где можно было наблюдать за остальными, чувствовать слабые волны радости и в то же время оставаться далеко от улыбок и разговоров.
Все студенты, кроме нас двоих, были в масках, что делало их для меня еще более незнакомыми и чужими. Честно говоря, за несколько недель учебы я так ни с кем и не подружилась, большую часть времени проводила с Кэт и Рейданом, хотя и тому было не до нас; он готовился к предстоящему зимнему турниру. Но я знала, что таким образом, будучи постоянно занятым, он всего-навсего сбегал от тоски по бабушке.
И все же, несмотря на то, что адепты чудились неприветливыми, дисциплины были незнакомыми, а сама академия не торопилась зазывать в свои объятия, я не жалела о своем решении. Мне хотелось учиться. Стать полезной не только в амплуа убийцы и шпиона, а в роли стража.
 
Раньше моей единственной целью было благополучие Авелин, но после того как королева по собственному желанию взяла ее под свое крыло, я смогла вздохнуть с облегчением. Сестру устроили в школу при дворе, где она, вопреки моим опасениям, не стала изгоем и девочкой со странностями, а быстро отыскала друзей и удивила учителей трудолюбием и творческим складом ума.
Мне выпал шанс подумать о самой себе, о своем будущем. Выбирала я недолго, дала ответ в то же мгновение, как спросили, хочу ли я продолжить обучение в Академии Дивинат уже как член королевской семьи, Элин Бекфорд, а не под чужой личиной и с выдуманной фамилией.
Трудно было поверить в происходящее. Однако реальность осталась реальностью, сколько бы я ни страшилась, что это сон или колдовское наваждение, способное развеяться от одного неосторожного дуновения ветра.
Я студент. Законная супруга принца — не навязанного, живого и любимого. Моя сестра цела и невредима, и в моей жизни появились люди, которым я могла довериться и которым доверяла. Подруга, муж, свекровь и свекор… Последние делали все возможное, чтобы я чувствовала себя в их семье нужной и любимой. А рядом с Кэт и Реем я всегда ощущала себя как дома; им даже не требовалось облекать чувства в слова. Их присутствие и действия говорили вместо них.
— Мне кажется, меня заберут раньше, чем закончится учеба, — неожиданно заявила Кэтрин.
Я повернула к ней голову, но взгляд не встретила — принцесса смотрела пустыми глазами прямо перед собой, не замечая никого и ничего вокруг. Наверное, эти слова вырвались не по ее воле, всего лишь мысли вслух.
— Ты этого хочешь? — Я осторожно взяла ее за руку, привлекая к себе внимание. — Хочешь уйти с Ашароном?
Она усмехнулась и наконец-то посмотрела в глаза.
— Можно подумать у меня есть выбор. Он четко дал понять моей бабушке, что заберет меня в уплату долга. — В уголках ее глаз блеснули слезы, но мне казалось, что они были вызваны вовсе не осознанием своей судьбы. — Я не виню ее. Долги нужно возвращать…
— Но не таким же способом. Кэт, ты же живой человек, а не вещь. Если ты этого не хочешь…
— Я не знаю, — оборвала, нахмурившись. — Не знаю, хочу или не хочу. Королева отменила свадьбу с принцем Сандарино, так что в Дерил-де-Лое меня больше ничего не держит.
— В самом деле? — я выгнула бровь, поддавшись волне удивления. — Рей говорил, что ей с трудом удалось добиться этого союза…
— Ага, как и союза Калеба с принцессой Лог-де-Роя. Его помолвка тоже разорвана. Мама сказала, что мы свободны и вольны поступать так, как пожелаем. Понятия не имею, что на нее нашло… Но в своем решении она оказалась непреклонной. Может, все дело в бабушке… Она вместе с папой была против, чтобы нам с Калебом навязывали браки с незнакомцами, с теми, кого мы не выбирали.
— Так и есть.
Внезапно раздавшийся поблизости низкий голос мурашками отозвался в теле, и мы с Кэт не сговариваясь вскочили с софы.
— Повелитель…
Принцесса сообразила быстрее меня и склонила голову в поклоне. Выразить свое уважение я не успела: Аш остановил мою попытку, едва заметно выставив ладонь.
— Не привлекайте лишнего внимания. Мне и без того пришлось постараться, чтобы принять человеческий вид.
А ведь он и правда отличался от того божества, какое я видела во дворце. Стал немного ниже, возможно, одинакового с Рейданом роста. Крыльев за спиной не было, а витиеватые узоры на шее скрывал высокий ворот туники. Кожа не блестела, приобрела более теплый оттенок, избавившись от серовато-синего цвета. Длинные волосы собраны в высокий хвост, пол-лица скрывает карнавальная маска, покрытая тонким узором трещинок. И только глаза остались неизменны — все такие же светло-серебристые, как чистый лунный свет.