Академия Дивинат, или Светлая для Темного принца (СИ)
Я не сразу сообразил, что Элин предпочла разговору молчание и с минуту спокойно ела, мучая всех ожиданием. Так увлекся мысленным уничтожением Кристофера, что пропустил момент, когда она своей наглостью вызвала всеобщий интерес.
— Будь ты хоть самим наследным принцем Дерил-де-Лоя, я выбрала бы еду, а не беседу с тобой, — произнесла жестким тоном, как-то странно повлиявшим на меня. Ее голос заставил кровь вскипеть, и в голову ударила мысль, что дерзкая Элли мне нравится гораздо больше, чем ее покорная сторона. — К тому же в академии все равны. Разве нет?
Она подняла глаза на Гэлиона, вопросительно выгнув бровь.
Кэтрин, похоже, успела привыкнуть к ее наглому поведению, как и я, а вот остальных сразило удивление. Правда, Уилл, изумившись, улыбался в отличие от остальных.
— Ты что, в хлеву росла? — злобно выплюнула Прадес. — Хоть какое-то воспитание у тебя должно же быть. Или твои родители такие же хамы, и удивляться тут нечему?
Я ощутил, а затем и увидел, как злость и горькое чувство сжали моей Светлой горло.
Крепко стиснутые челюсти, обжигающий гневом взгляд, глубокое дыхание, словно она пыталась совладать сама с собой и с желанием воткнуть вилку в глаз Софи…
Кажется, родители — болезненная тема.
Почувствовав острую необходимость помочь ей прийти в себя, я уже вознамерился накрыть ее ладонь своей, но сестра опередила меня: сжала плечо, тут же привлекая к себе внимание Элин.
— Я наелась, — оповестила беззаботным голосом, так, как умеет только она. — Думаю, ты тоже. Вернемся в комнату?
— Хочу прогуляться, — ответила твердо, встав из-за стола.
Даже подниматься не пришлось. Она ловко перекинула ногу через скамью и, выбравшись, заспешила к выходу из столовой.
— Ну и чудачка, — буркнула Софи и приступила к ужину.
— Следи за языком, Прадес, — рявкнула Кэт. — Иначе мне придется отрезать его и прибить тебе на лоб. Еще раз заденешь мою подругу, и я без всяких сомнений претворю угрозу в жизнь. Ясно?
Такая реакция сестры оказалась неожиданной даже для меня. Конечно, я видел ее в гневе, и не раз. Но потрясла меня вовсе не ее злость, а то, что эта яркая тяжелая эмоция была вызвана из-за Светлой. Кэтрин никогда не заступалась за подруг, да и настоящих друзей, не считая Уилла, у нее не было. Интересно, знает ли она, что Элин выдает себя за другого человека?
Не став ждать от Софии ответа, сестра с достоинством и изяществом королевы покинула нашу компанию и быстро нагнала девушку. В то время как парни озадаченно обсуждали буйный нрав принцессы, я провожал их взглядом до самых дверей, борясь с готовностью броситься следом.
Было бы правильнее держаться от Светлой подальше, что я и делал последние три дня, до тех пор, пока не наступит пора ритуала.
Но покарай меня Тьма!..
Эти три дня были едва ли не самыми тяжелыми в моей жизни. Мне было катастрофически мало просто наблюдать за ней со стороны, ловить взгляды, которые она бросала на меня украдкой, слышать биение сердца на тренировке и убивать возможность вдохнуть аромат шоколада и персиков, пропитавший все ее существо.
Притяжение было таким сильным, что держать себя в руках с каждым днем давалось труднее. Все изменилось, когда я оживил ее и подпитал магией. Вероятно, тьма, бегущая по венам Элли, усиливает влечение, и если это действительно так, то она мучается от противоречивых чувств так же, как и я. Она смятена, но из-за своего взрывного характера ни за что этого не покажет и уж тем более в этом не признается.
И я тоже. Просто оттого, что сдаваться я не привык.
Однако то, кто первым падет перед силой темной энергии, — лишь вопрос времени. И ответ, к моей радости, найдется уже после завтрашнего ужина.
23. Порыв. Элин
Я никогда не была на территории Дерил-де-Лоя. Слышала, чернокнижники не жалуют чужаков, даже некромантов и других Темных. Чистокровность для них превыше всего, и только с приходом к власти полукровок многие принципы пошатнулись.
Удивительно, что некромант по своей сути и чернокнижница-полукровка вместе взошли на трон и заслужили уважение со стороны многих поданных. После первой встречи с королем и королевой я перестала сомневаться в их могуществе, но до сих пор не могу найти ответ на вопрос, почему самое принципиальное королевство во всем Эрисфейле с самыми упрямыми, гордыми жителями отказалось от множества правил, которые они сохраняли на протяжении долгих веков.
Грязная кровь и изъяны на теле — вот что презирали чернокнижники. Этими недостатками обладала Диана Бекфорд, но каким-то образом смогла обратить их в силу. Люди уважали ее и боялись. Если бы это было не так, думаю, корона давно слетела бы с ее головы.
Я тоже боялась ее. Не хотела этого признавать, но встреча с ней открыла глаза на правду, избегать которую было бы глупо и бессмысленно. Почему-то даже король не вызывал такого ужасающего волнения, как его жена…
Что насчет уважения…
Его нет. Я всю жизнь видела королеву как жестокую, алчную и лживую женщину, отобравшую трон у собственной матери. Я видела ее глазами Лорда. Впитывала все, что он рассказывал о ней и королевстве, о наших врагах и о том, что чернокнижники-отщепенцы рано или поздно должны вернуть то, что принадлежит им по праву: земли Дерил-де-Лоя и престол, неоскверненный задом полукровки.
Сложно было принять, что у таких правителей выросла поистине очаровательная и добрая дочь. Принцесса, как белое пятно на черном холсте, одними своими улыбками опровергала слова Лорда. Я уже не понимала, чему и кому следует верить. Возможно, эльф был не прав… Возможно, все не так, как он рассказывал мне и остальным ученикам.
Я желала узнать правду самостоятельно. Сегодняшний ужин — отличная возможность выведать что-нибудь полезное.
Однако, откровенно говоря, меня пугает, что я не могу однозначно ответить на то, почему хочу добраться до истины и почему слова Лорда вдруг стали расплывчатыми и неискренними. То ли надеялась, что он ошибся, и в таком случае появится шанс просить помощи у более влиятельных людей — монархов; то ли в глубине души я не желала видеть Рейдана и его семью эпицентром зла.
Потому что…
… в какой-то момент он начал мне симпатизировать, и отрицать свои чувства оказалось для меня довольно сложным делом. Сложнее, чем без лишних эмоций лишить кого-то жизни. Сложнее, чем продолжать утаивать от него планы Лорда. Наверное, даже сложнее, чем лишить его крыльев…
Но в последнем убедиться не получится, ведь теперь мне незачем отбирать главный источник его силы.
Лорд ни за что не получит крылья принца. Я твердо решила, что гнилой эльф умрет от моей руки, расплатится жизнью за то, что убил меня. Рейдан передаст мне магию, и тогда… тогда все изменится. Я наконец-то смогу защитить Авелин и подарить ей свободу, которую она заслуживает.
Всего-то осталось пройти проверку на прочность от родственников Темного… Не представляю, что меня ждет на ужине, но плохое предчувствие, осевшее в сердце, сильно давит на нервы.
Оно возросло многократно вместе с беспокойством, стоило нам с принцем телепортироваться в Дерил-де-Лой. Мы очутились на территории замка, и хоть я не знала, что находится там, за пределами высокой каменной стены, мне хватило взглянуть на хмурое небо, затянутое грозовыми облаками, не пропускающими ни единый лучик солнца, чтобы уловить разницу между королевством чернокнижников и Лунными копями Цхельма, где я выросла. Изгнанники жили на землях, где все время господствовала ночь, но там было гораздо светлее за счет холодящего кожу лунного света. Дерил-де-Лой же был воистину страной тьмы.
— Готова?
Осторожный вопрос, но произнесенный твердым тоном, отвлек от изучения фасада дворца, жутковатых башен, молчаливых горгулий и узких окон, в некоторых из которых горел янтарный свет.
Я поймала взгляд фиолетовых глаз и снова тихо выдохнула. От принца сложно было отвести взор в обычное время, а сейчас и подавно. Я могла бы вечность исследовать его тело, облаченное в официальный наряд: ноги обтягивала тонкая ткань черных брюк, поверх рубашки была накинута жилетка с простым серебристым узором и разрезами на спине — для крыльев, видимо; до колен тянулись сапоги. Рукава, как назло, были закатаны, оттого открывался вид на жилистые, крепкие руки, которые держали меня достаточное количество раз, чтобы начать грезить о Его касаниях.