Скверные девчонки. Книга 1

— Как же это было, Мэтти? — не унималась Джулия. — Что ты чувствовала?
Мэтти пыталась подобрать слова. Она понимала, что хотела услышать Джулия, но ей было трудно описать свои ощущения.
— Я же сказала тебе — все было замечательно.
— Он… он хорош в постели? — прошептала она.
— Иногда… Знаешь, что он мне обещал? Дать какую-нибудь роль. Вот это действительно то, чего бы я хотела.
— О, Мэтти! Я так счастлива, что ты снова дома.
— Я тоже.
— Нет. Я была не права, сказав, что ты изменилась. Ты все та же — моя любимая подруга Мэтти.
— Когда я вышла из отеля на улицу, мне казалось, что все люди смотрят на меня и тычут пальцами. Я тогда еще подумала: «Они все знают про меня, по крайней мере догадываются».
Девушки так громко рассмеялись, что стоявшие рядом пассажиры неодобрительно посмотрели на них.
— Оксфорд-стрит. Выходим. Нас ждет чудесный ужин, приготовленный, конечно, Феликсом.
Они поднялись по знакомым ступенькам на последний этаж. Джулия открыла дверь и уступила дорогу Мэтти.
— Входи. Вот ты и дома, — сказала Джулия.
— Дома, — выдохнула та. Как будто она не уезжала отсюда.
Джесси сидела в комнате. На ней было новое платье. Мэтти подбежала к ней и расцеловала в обе щеки. Только потом она заметила, что в углу стояла елка, которую Джулия и Феликс купили на ярмарке и украсили разноцветными игрушками.
— Как ты, Джесси?
— Как всегда, милочка. Ну, иди поцелуй меня еще. Какие у тебя новости, утенок?
— Много новостей, но самая главная — я буду актрисой.
— Только и всего?
Появился Феликс, он словно тень вышел из своей комнаты, подошел к Мэтти и поцеловал ее. «Как она повзрослела», — подумал он.
— Феликс! Принеси стаканы, утенок вернулся. Надо отметить, — сказала Джесси. Он ушел за бутылкой вина и штопором. В те дни, когда Джош улетал в рейсы, Феликс чувствовал себя легко и свободно. Как-то он неосторожно сказал Джулии «твой летчик», на что та ответила: «Он не мой летчик. Почему ты называешь его моим?» «Потому что мне он сто лет не нужен», — хотел съязвить Феликс, но промолчал.
Открывая вино, он слышал громкий и веселый смех Джесси: Мэтти рассказывала какой-то смешной эпизод, который произошел на сцене во время спектакля.
На следующий день, в Рождество, Мэтти собрала купленные для Сэма, Рикки, Мэрилин и Фил подарки и положила в сумку. Не забыла она о Роззи, ее муже и детях, даже отцу кое-что купила.
— Я собираюсь домой, — сказала она Джулии. — Ты поедешь со мной?
— Я работаю, офис закроется только в четыре.
— Мы поедем после того, как ты освободишься.
Джулия давно подумывала о поездке домой. Ее останавливало, может быть, то, что в их доме одно Рождество было как две капли воды похоже на другое. У Бетти и Вернона не было близких родственников или друзей, поэтому они обычно праздновали втроем. Семьей ходили в церковь, потом праздничный обед, потом — подарки. Вечером Смиты пили чай с пирогом. После праздничной церемонии Джулия поднималась к себе и читала какую-нибудь книгу. Джулия всегда мечтала о другом Рождестве. Ей хотелось, чтобы в доме было много народу, звучала музыка, хотелось танцевать, взрывать хлопушки, смеяться и петь.
— Не надо, не жди меня. Поезжай одна, — сказала она.
Джулия купила симпатичную блузку в подарок Бетти и кашемировый шарф Вернону. Все это она отправила посылкой по почте. Несмотря на то, что произошло между ней и матерью, она часто писала Бетти, но возвращаться и не думала. Не сейчас. И даже не на Рождество, поэтому она отказалась ехать с Мэтти.
Мэтти приехала домой. Она была рада видеть мальчиков, которые, казалось, неплохо ладили с отцом. Рикки подрос. Он рассказал ей, как окончил школу, где работает и вообще чем занимается в свободное время. Мэтти также узнала, что накануне отец сильно напился и почти весь вечер пролежал на земле у ворот, пока Рикки и Сэм не затащили его в дом и не уложили в кровать.
— Рикки… — начала Мэтт. Она хотела извиниться за отца, но Рикки прервал ее.
— Глупец, не так ли? В этом он весь. В последнее время он стал чаще выпивать. Мы не могли оставить его на морозе. Он мог замерзнуть и умереть.
 
Мэтти кивнула.
— Вы уже большие, думаю, что мне не нужно беспокоиться за вас, Рикк.
— Конечно, я больше волнуюсь за тебя, Мэтти. Как твои дела?
— Ничего. Сначала было немного трудно, но теперь все вроде пошло на лад. Скоро ты увидишь мое имя на афишах.
— Когда увижу, то жду от тебя подарок гитару.
— Хорошо. Скоро у тебя будет гитара.
После встречи с братом Мэтти отправилась к Роззи.
Дети толпились вокруг Мэтти, а Роззи разглядывала новое пальто сестры. Недавно родившийся малыш лежал в детской коляске. Мэтти склонилась над ним, улыбаясь и строя смешные рожицы.
— Он такой милый. Можно я его возьму?
— Если хочешь. Необыкновенные чувства, да?
— Мне нравятся малыши. Они так вкусно пахнут молочком.
— В чем же дело? Ты можешь заиметь такого малютку. Для этого нужен всего-навсего мужчина.
Мэтти осталась на чай. Мэрилин и Фил были слишком возбуждены в этот вечер, и Роззи едва уложила их в постель.
— Пора спать, — строго сказала она.
Девочки послушно ушли к себе в комнату, сказав всем спокойной ночи. Мэтти показалось, что она не очень-то им нужна, что они вовсе не скучали без нее.
— Я тоже пойду, выпью с отцом, — сказала она.
— Хорошо. Счастливо тебе, Мэтт.
Мэтти нашла отца в одном из баров, которые в эту ночь работали допоздна. Тут было накурено и сильно пахло спиртным. Тед сидел за столиком рядом с пианино. Увидев дочь, он махнул ей рукой, приглашая сесть. Он не был пьян, хотя на столе стояло несколько пустых кружек из-под пива. Мэтти купила еще по кружке и села напротив отца. Тот задал ей несколько вопросов о жизни, хотя слушал без особого интереса. Мэтти больше не боялась его. Наверное, потому, что она ушла из его жизни.
Немного погодя к ним присоединился какой-то мужчина. Он представился другом Теда. Этот друг принес с собой выпивку, они чокнулись и залпом осушили кружки. Мэтти надоело слушать их пьяные бредни, она встала, поцеловала отца в лоб и ушла.
— Посмотри, вот они, сегодняшние дети. Ничего-то они не хотят знать, все делают по-своему, — сказал Тед своему другу.
Мэтти приехала на станцию и успела сесть на последний поезд в Лондон.
В маленькой квартире было тепло и уютно. Феликс заработал приличную сумму денег и устроил настоящий пир. На столе можно было найти все: от экзотических фруктов до шикарного итальянского вина. Он накупил множество разных подарков для своих женщин и, как принято в рождественскую ночь, развесил на спинках кроватей вязаные носки и разложил в них подарки. Наутро все сразу же занялись разглядыванием содержимого носков. Джулия примеряла новые сережки.
— Ты замечательный, Феликс! Как ты узнал, что они мне подойдут?
— У меня есть глаза.
Джулия подарила ему разных цветов шелковые носовые платки. Феликсу было приятно ее внимание. Подарок Мэтти его слегка удивил. Это оказались ярко-бирюзового цвета носки-стельки.
— Ты когда-нибудь видела, чтобы я носил что-нибудь подобное?
— Я просто хотела пошутить.
— О, Мэтти! Твой подарок самый лучший, — сказала Джесси, примеряя перед зеркалом шляпу.
— Да, это лучше, чем то, что она вручила мне, — пробурчал Феликс.
После вручения подарков Феликс удалился на кухню. Джулия заглянула туда и спросила:
— Могу я помочь?
Феликс кивнул в ответ, и они вместе приступили к приготовлению ужина. Мэтти и Джесси вовсю распевали рождественские песни. На улице стемнело, когда счастливые друзья сели за стол. Джесси величественно устроилась во главе стола, она почти ничего не ела, только пила шампанское и виски.
Наконец Феликс принес долгожданный торт. В комнате погасили свет и зажгли свечи. Ужин прошел прекрасно. Единственное, что омрачило Джулию, Мэтти и Феликса, это то, что Джесси очень много пила в этот вечер. На нее нахлынули воспоминания, ей казалось, что они намного реальней, чем все, что окружает ее в этой уютной комнате.