Пещерные девы

– Здесь есть другой выход? – спросила она сержанта Белкера, посветив фонарем в проход за ним. Сержант был крупным мужчиной с большим животом, ростом немного выше Джо Макфэрона, в котором, как знала Кристина, было шесть футов два дюйма. По щекам Белкера, несмотря на холод в пещере, струился пот.
Он мотнул головой:
– Понятия не имею, агент Прюсик. По-моему… главная точка доступа – это путь, по которому мы только что спустились.
  
– Уединенно и уютно, – оценила она и прикрыла глаза, чтобы отдышаться и заодно представить себе сцену, которая могла разворачиваться здесь несколько дней назад.
– Совершенно очевидно, что это был мужчина, достаточно сильный, чтобы спустить сюда тело на веревке, – сказала она. – На теле почти не осталось следов ушибов.
– В наши дни, мэм, для спуска человека существует специальное оборудование, так что сверхчеловеческая сила не нужна, – заметил Белкер.
Кристина кивнула:
– Приятно слышать. А где нашли куртку жертвы?
Белкер указал туда, откуда они пришли:
– По словам спелеологов, она лежала за камнем, почти у самого пола, вон там, на осыпи. Наверное, она была повязана у девушки на талии, а при спуске соскользнула или зацепилась за что-то и отвязалась.
Светя налобным фонарем в пол, Кристина стала осматривать его в поисках волокон, клочков порванной ткани – словом, всего того, что может изучить ее команда. Если им повезет, то они смогут идентифицировать фрагменты ДНК. За последнее десятилетие криминалистическая наука сделала такой огромный шаг вперед, что теперь личность убийцы возможно установить даже по мельчайшим уликам.
– Пожалуйста, э-э-э… – обратилась она к сержанту Белкеру, затем указала на двух его помощников. – Извините, я не расслышала ваших имен.
– Брюс. Помощник шерифа Брюс Уильямс, мэм, – сказал один. – А это – помощник шерифа Джозеф Бишко. – Бишко вежливо наклонил голову.
– Да, спасибо. Так вот, сержант Белкер, помощник Уильямс и помощник Бишко, – сказала Кристина, – обыщите, пожалуйста, пещеру по расширяющемуся кругу от того места, где было найдено тело. Каждый отпечаток, какой найдете, фотографируйте. И вообще, фотографируйте и/или складывайте в пакет все, на что наткнетесь.
Сама Кристина встала на колени у подножия мощного сталагмита, там, где лежала еще недавно мертвая Наоми Винчестер. Массивная известковая колонна призрачно белела в луче светодиодного фонаря Кристины. Она подняла голову и направила луч вверх, вдоль гладкого столба кристаллического карбоната кальция, который уходил в туманную высь пещеры футов на сорок, а может быть, и больше. Его сходство с греческой храмовой колонной было тем более явным, что и он стал чем-то вроде надгробия.
Влажный воздух пещеры сам по себе тоже был важным фактором. Кристине сразу пришло в голову, что убийца, наверное, вырос в этих местах и знал эти пещеры с детства. Не исключено, что темные, замкнутые места особым образом действовали на его психику, будили воображение. Что, если он с раннего детства жил в темноте, холоде и одиночестве?
Кристина крепко обхватила себя руками: она продрогла до костей, и ей вдруг стало не по себе от мысли, что она находится под землей, в пещере.
Она повернулась к Макфэрону и, понизив голос, сказала:
– Я увидела все, что мне нужно. Давай убираться отсюда к чертовой матери, пока я не спятила.
– И опять я согласен с тобой. У меня самого от этого места прямо мурашки по коже.
Макфэрон коротко переговорил с полицейскими, и те помогли шерифу и Кристине протянуть закрепленную веревку через пряжки на их снаряжении. Сержант страховал их внизу, второй полицейский, оставшийся у входа, выбирал слабину, помогая шерифу и Кристине подняться. На этот раз первой шла Кристина.
Она медленно всползала по отвесной стене «дымохода»; к середине пути руки и ноги у нее дрожали; ей было неловко оттого, что она болтается на веревке как сосиска – ей ведь еще никогда не приходилось пользоваться альпинистским снаряжением.
Джо поднимался за ней следом. Десять минут спустя долгожданный солнечный свет ласкал ее лицо. Она наблюдала, как освобождается от оборудования Макфэрон.
– Джо, я помню, что мы уже давно не говорили с тобой по-настоящему, – начала она, поднимая на поверхность проблему их отношений, которая беспокоила ее с тех пор, как она услышала его голос по телефону вчера. – Но давай пока не будем говорить ни о чем, кроме этого преступления, ладно?
Просьба показалась Кристине такой же неловкой, как и сама ситуация. Они были не одни; у входа в пещеру стоял полицейский, который теперь страховал сержанта Белкера.
– Я весь внимание, специальный агент. – Голос Джо был спокоен. Он всегда держался молодцом. Это особенно нравилось в нем Кристине: очень немногое могло вывести этого человека из себя.
Она кивнула, потерла озябшие ладони, сложила их чашечкой и стала согревать пальцы дыханием.
– Вот и хорошо. Так что мы имеем? – риторически начала она. – Наоми Винчестер убил человек, которому она полностью доверяла. Я в этой подземной дыре чуть не спятила от темноты, духоты и тесноты, а вот убийца, похоже, чувствовал себя там как дома. Он и выбрал пещеру потому, что в ней уютно и тихо. Темнота успокаивает его, а не пугает. Он привык к темноте, и это дает ему преимущество.
– Местечко, конечно, укромное, согласен, – заметил Джо. – И вряд ли убийца рассчитывал на то, что на труп так скоро наткнется целая куча народу. Я почти уверен, что нет.
– В этом ты прав, Джо. Он не ожидал, что ее найдут, а значит, ему могло не хватить времени, чтобы замести следы и придумать складную историю. – Кристина покачала головой и задумалась. – Жертва, скорее всего, пришла с ним сюда по своей воле. Судя по ссадинам на ее грудной клетке, он сначала прикончил ее, а потом спустил тело в пещеру. Это подтверждается тем, что там, внизу, нет никаких следов борьбы.
– Угу. Хотя док сказал, что удар по голове необязательно приводит к смерти. Так что могло быть так: убийца стукнул ее по голове, она потеряла сознание, он спустил ее в пещеру, спустился сам и прикончил ее уже внизу.
Кристина кивнула:
– Могло. Но вряд ли твои люди найдут сейчас что-то ценное для экспертизы. Отсутствие следов борьбы внизу, кроме крови на куртке жертвы, ясно говорит о том, что она была мертва, когда убийца положил ее возле сталагмита.
– Знаешь, пещера – чертовски удобное место для убийства, – сказал Макфэрон и добавил: – И то, что куртка была не на ней, а порванная и со следами крови валялась у входа в пещеру, на мой взгляд, и есть признак борьбы.
– Куртка могла упасть с нее, а он мог этого не заметить в темноте, – сказала Кристина. – Судя по тому, что он положил ее тело рядом с этим впечатляющим сталагмитом, он испытывал к ее смерти что-то вроде уважения. Он позаботился о том, чтобы вода не капала на нее сверху и чтобы она лежала, как на алтаре. И вряд ли он случайно выбрал это тайное место, своего рода святилище среди природных колонн.
Макфэрон пожал плечами:
– Он мог положить ее в пещере из уважения, а мог и просто прятать труп.
– Да какая, в сущности, разница? – Кристине вдруг пришло в голову, что убийца тоже мог надеть бахилы. А вдруг он служил или служит в полиции и знает все тонкости полицейской работы?
Кристина с нетерпением ждала результатов анализа тканей, взятых у Эллен Маккинли. Она надеялась, что они дадут ее мыслям толчок, направят их куда надо. Вообще куда-нибудь. Надо позвонить Брайану Эйзену, когда они доберутся до машины, где лежит ее сотовый.
Макфэрон как раз доставал ключи, когда тишину внезапно разорвал треск двигателя. Впереди, набирая скорость, замелькал между дубами и соснами темный автомобиль. Завизжали шины, машину слегка занесло на повороте.
  
Они побежали к дороге, чтобы успеть разглядеть номерной знак, но увидели лишь облако пыли. Поздно. Где-то в полумиле от них мотор взревел снова – машина набирала скорость, гравий с треском летел из-под ее колес.
– Ха, гляди-ка. – Макфэрон показал на свой «Эксплорер» и две полицейские машины. У всех трех были проколоты шины. – Кто бы ни удирал сейчас отсюда, он явно не хочет, чтобы мы его догнали.