Тирамису (СИ)
- А-а, - мямлю я, - кто же будет сдавать проект заказчику?
- Ты, - как ни в чём не бывало произносит Марина Петровна.
- Я? - выпучиваю глаза.
- Конечно, - говорит она. - Ты. Останешься в этом проекте за главную, сама проведёшь с заказчиком все последующие переговоры, обговоришь с ним все детали и, собственно, сдашь свой первый крупный проект. Проведёшь его как надо - получишь хорошую премию. Завалишь его - уволю. Всё поняла?
Я понимаю только то, что она не шутит.
- Поэтому, - продолжает она, - ты сегодня же созваниваешься с заказчиком и договариваешься о встрече. Он в курсе возникших обстоятельств и ждёт твоего звонка. Вперёд.
- Что, сейчас? - вконец офигеваю я.
Марина Петровна вздыхает.
- Да, милая, сейчас. А ты как думала? Пора осваивать новые горизонты.
Последняя попытка перенести всё на завтра. Я реально устала. Не выспалась. Ничего уже не соображаю. Просто боюсь облажаться. К тому же мне же надо всё это осмыслить, в конце-то концов! Киваю на часы:
- Я думала, что рабочий день давно закончился.
Марина Петровна растягивает губы в холодной улыбке и цедит:
- Ещё раз подобное услышу – вылетишь с работы, как миленькая. Всё поняла?
- Да, - потупив взгляд, отвечаю я.
Дольше её терпение испытывать не стоит точно.
- Иди звони, - холодно бросает моя начальница, давая понять, что дискуссия окончена. - Номер его телефона у тебя на столе.
Она надевает своё элегантное бежевое пальто, завязывает пояс и говорит:
- Завтра я ещё буду в офисе. Получишь фотографии - сразу ко мне в кабинет. Обсудим детали, возможные проблемы и тому подобное. Ничего не бойся, ты справишься. Я в тебя верю. Всё, звони заказчику, договаривайся о встрече. Вторник-среда - крайний срок. Утверждение должно быть до четверга, потому что иначе не успеем с рекламой и оформлением залов. Всё, я побежала. Доброй ночи. Не бойся его - он вполне коммуникабельный мужчина. Зовут Артуром.
- Доброй ночи, - одними губами растерянно шепчу я.
Во рту пересохло. Хочется пить. Вздыхаю и направляюсь к кулеру.
- Оксан! – вдруг окликает меня Марина Петровна и я оборачиваюсь.
- Да?
Она уже стоит у выхода в оупен-спейс.
- Между прочим, - улыбнувшись, заговорщицки произносит она, - он очень хорош собой.
Глава 1. "Ох... какой клёвый мужик..."
Ночью пролился дождь и я чуть не поскальзываюсь, когда перебегаю дорогу к торгово-деловому центру "Новинский", что располагается неподалёку от метро "Баррикадная". Перебегаю, между прочим, в неположенном месте и возмущённый рёв клаксонов за своей спиной мысленно воспринимаю с философским признанием собственной неправоты. А едва не поскальзываюсь в том числе потому, что придерживаю телефон ухом и оттого смотрю на окружающий мир немного сбоку. Руки заняты двумя громоздкими сумками для эскизов, на плече висит дамская сумочка, между ухом и плечом телефон и я опаздываю. Но не ответить Пупсу сразу - значит потом выслушивать гундёж на тему того, что мне опять не до него. К тому же он у меня очень ревнивый.
- Да, Пупсик, - отвечаю я на бегу, цокая каблуками по маленькому скверу и оглядывая громадину делового центра впереди. - Что ты хотел, лапуль? Ты уже проснулся?
- Угу, - сонно произносит мой парень и тут же зевает. - Слушай, я что-то завтрак не нашёл... Ты готовила?
- Да, - перескакивая лужу, отвечаю я. - В холодильнике, на верхней полке оладушки. Я не знала, во сколько ты проснёшься, решила на столе не оставлять. Разогрей их, пожалуйста. Варенье в правом шкафу на второй полке, открытая сгущёнка на нижней полке в холодильнике.
- А я чё-то посмотрел там, здесь, не нашёл, в холодильник глянул - йогуртов вообще нет... Ща вернусь, гляну ещё.
В трубке слышу неторопливое шлёпанье босых ног по плиточному полу и звук открываемой двери холодильника. Одновременно с тем - вокруг меня шумит большой город. Порыв ветра треплет распущенные волосы - я решила не убирать их в хвост.
- Это вот эти вот, которые тарелкой накрытые? - спрашивает Мишка и сразу добавляет: - А, да, они. Нашёл, Оксь. Всё, ща поем.
- Давай, Пупсик, приятного аппетита, - говорю я. - Всё, я отключаюсь. Тороплюсь ужасно, опаздываю.
- На эту, на важную встречу свою, да?
- Пупсик, не могу говорить уже, - отвечаю я, перебегая узкую, заставленную машинами, дорогу. - Всё, целую тебя.
Слышу "Окей, целую", отключаюсь, смотрю на время, ужасаюсь, и, борясь со свешивающимися с плеч эскизными сумками, закидываю телефон в боковой кармашек одной из них. Надеюсь, этот Артур не будет вызванивать меня сейчас. Голос у него удивительно приятный, но я не думаю, что буду рада сейчас его звонку: до того, чтобы вовремя успеть на назначенную встречу у меня осталось всего семь минут, и звонок этого VIP клиента (как его обозначила для меня Марина Петровна и как я дополнительно отметила его в телефонном списке) наверняка означал бы только недовольство моей нерасторопностью.
И кого волнует, что у меня машина в ремонте? И что на выходе из "Баррикадной" была толкучка и сам по себе эскалатор там - длиннющий? Правильно, никого. Надо было раньше выходить.
Пролетаю сквозь вертящиеся двери и оказываюсь в ослепительном блеске роскошного торгово-делового центра. Блики, лейблы, прогуливающиеся респектабельные люди, стильная одежда на манекенах и дорогие украшения под сверкающими стёклами. Играет приятная тихая музыка. Мне нужно успеть в зал, где стоит белый рояль хотя бы ровно в половине одиннадцатого, а лучше без минуты. И уже оттуда я наберу Артура, если его ещё не будет на месте. И надеюсь, что это так - не хочется извиняться за опоздание перед такими важными переговорами. Угораздило же меня проспать! А всё потому что проворочалась полночи из-за волнения перед этой встречей! Хорошо хоть завтрак Пупсу успела приготовить, а то он ведь сам даже яичницу себе не пожарит - кофе хлебнёт и уйдёт на работу голодный.
И с утра ещё носилась по квартире, от гладильной доски к плите, от плиты к фену, от фена к косметике и от косметики к обуви. Всё, успокоилась! Выдохнула и бодро, но не торопливо - в зал.
Стараясь держать спину ровно, с грацией и достоинством направляюсь к столикам одного из кафе. Здесь играет фортепианная музыка - за белым роялем пианист виртуозно исполняет какую-то классическую композицию. Людей довольно много, хотя "Новинский" открылся всего полчаса назад, но никакой суеты и толкотни нет. Кафе здесь преимущественно классические, не фастфуд. Я усаживаюсь за столик и чувствуя запах кофе, думаю о том, что надо заказать себе чашку американо.
Достаю из бокового кармана сумки для эскизов телефон и облегчённо выдыхаю - на часах двадцать восемь минут одиннадцатого, пропущенных вызовов нет. Сообщений тоже. Значит, я не опоздала и могу, отдышавшись, провести переговоры спокойно и без оправданий.
Мелодия прекрасна... Исполнение великолепно... Я будто окунаюсь в эту музыку... Реально заслушиваюсь... Интересно, что это за композитор?
Неудивительно, что когда пианист завершает композицию нежным, затихающим перебором, пространство зала с белым полом и мраморными колоннами наполняется аплодисментами. На лицах людей, пришедших сюда послушать фортепианную музыку, выпить кофе и съесть круассан с шоколадом - благодарные улыбки. Всё вокруг наполнено умиротворением больших денег при наличии хорошего вкуса. Я уже рада, что приехала сюда. Беспокоит только то, что время уже - половина одиннадцатого, а мы с заказчиком до сих так и не встретились. И пора бы мне ему уже звонить.Стараюсь не поддаваться вновь возникшему мандражу.
"Во что вы будете одеты?" - спросил этот Артур перед завершением вчерашнего разговора и после того, как я ответила, сказал: - "Я вас там сам найду. Вы, главное, будьте вовремя".
Я описала ему свой лучший деловой наряд. Его я, разумеется, и надела. Бежевый брючный костюм с приталенным жакетом, нежно-голубая блузка с длинным рукавом, бежевые полуботинки на высоком каблуке в тон костюму, аккуратные золотые серьги-пусеты. Завершал этот любимый мною образ свежий и лёгкий аромат от "Диор". Когда я выгляжу так - чувствую себя увереннее обычного. Мне вообще нравятся жакеты, брюки и блузки. Вот со свитерами и юбками я дружу куда меньше. Впрочем, самая любимая моя одежда - джинсы. В них я могу ходить дома вообще голой и босиком.