Шаг навстречу вопреки (СИ)

— Ладно, давай так! — ответил ему дядя и заведующий скрылся в коридор.
— Тебя выпишут! Но без глупостей Марго! Пожалуйста! Подумай о себе и малыше! Хватит страдать! Жизнь продолжается! — начал дядя, садясь рядом на мою кровать.
— Дядя, никто не умер. Всё норм. Я вылечилась! — улыбнулась в ответ.
— Собирайся, Марк ждёт в фойе! — с этими словами дядя вышел.
Ура! Домой! Как говорится, дома и стены лечат!
Я собрала все свои вещи, спустя сорок минут.
Спустя еще час, мы с братом подъезжали к парковке аэропорта. Сердце от предстоящей встречи, которую я уже надумала, готово было выпрыгнуть из груди.
Мы зашли в зал аэропорта, информацию о рейсе и времени Марку сообщила мама Вадима. С её слов, они должны поговорить и все обсудить, много между ними недопонимания и недосказанности. Обо мне речи не было. Но брат сообщил мне, ведь остались мы с ним, оба ни с чем. Поэтому он поделился со мной. Я естественно напросилась с ним.
Оглядели стойки регистрации, далее пункт пропуска.
Поднялись наверх в кафе, магазины. Мы бегали по всему зданию аэропорта, в поисках Вадима. И тут я увидела как брат застыл на месте. Я посмотрела в ту сторону, которую он смотрел. Пройдя регистрацию, перед коридором в зал отлёта стояли Вадим, Катя и их отцы. Вадим держал Катю за талию, опираясь на трость, а она в буквальном смысле висела на нем. В это момент, Марк развернулся ко мне и закрыл их своей спиной.
— Не успели наверное! — голос его дрогнул, — Пойдём в кафе!
Он взял меня за руку. Я дернула руку и пошла к лестнице, ведущей вниз, к ним.
— Я не слепая, Марк! Все нормально! — бросила брату.
В момент нашего спуска, Катя потянулась к Вадиму и поцеловала в щеку. Он изумленно повернулся к ней, и она поцеловала его в губы. В моих глазах потемнело. Внутри повторно все разбилось в дребезги. Тупая боль начала разливаться по всему телу.
Я споткнулась на ступеньке, вскрикнув, начала падать, но брат вовремя подхватил меня. На мой вскрик, обернулись люди. Я встретилась глазами с Вадимом. Возле их компании, как по инерции, возникли пару охранников. Отец Вадима, положил руку на плечо сына. Марк быстро потащил меня к выходу из аэропорта мимо них. Я чувствовала, как брат дрожит от переполнявших его чувств.
— Нет! — я дернулась от брата в сторону! И побежала в их сторону. Но брат нагнал меня.
— Пойдём! Где твоя гордость, Марго! Разговора не будет! Все и так ясно! — прошипел мне брат. От застилавших слез, все что дальше брата расплывалось.
— Трус! Ненавижу! — начала я кричать на весь зал аэропорта. Марк заткнул мне рот и потащил к выходу в который раз. Отец Вадима, махнул рукой в нашу сторону и пару охранников двинулось к нам.
— Дура! Вдруг они тебе навредят! — он вывел меня на улицу и запихал в машину. Щёлкнул замком на брелке и развернувшись пошёл в аэропорт. О нет! Что он задумал! Дура! Надо было удержать его, а не себя жалеть! Какая я дура. Он же сейчас вляпается! Я разревелась. Но продолжала смотреть на двери аэропорта.
Марк
Чтоб сестра не побежала за мной, пришлось закрыть её в машине. Вдруг охрана навредит её здоровью, или здоровью её ребёнка. Я нацелено шёл в аэропорт. Промолчать я уже не мог. Я увидел достаточно. Когда она прикоснулся своими губами к ЕГО губам и руками обвала ЕГО шею. Я понял, что не смогу держать себя в руках. Но рядом была Марго, а ей нельзя волноваться! Это я понимал. Вот и упустил момент. Но сейчас я наверстаю. Из рук он её не выпустил. Так и стоят в обнимку. Прощаются с родителями. Вот и моя очередь попрощаться!
Я зашёл с другой стороны, чтоб охрана меня увидела не сразу. В пару шагов подлетел к бывшему другу и ударил в челюсть. От неожиданности он начал терять равновесие. Катя вместе с ним.
— Ты мне больше не друг! Ты такой же гнилой, как и твой отец! — прорычал я Вадиму, хватая его за одежду.
— Быстро увидите! И проучите как следует! — распорядился Егор Савин.
Мне сразу заломили руки охранники.
— Твари двуличные! Суки! Никогда вам не прощу! И Марго не простит тебя Вадим! — прошипел я им вслед, когда меня начали уводить в комнату охраны аэропорта.
 
Там мне ещё раз объяснили, что я полез не туда, куда следует, пересчитав мои ребра. После долгой "беседы", меня отпустили. Потом открыли дверь и сказали, что я свободен. Я посмотрел на часы. Самолёт уже в небе. Счастливого пути! Их реакцию на все это я не увидел, меня опустили мордой в пол, затем увели.
Теперь грудная клетка болела ужасно, особенно при каждом вдохе. Во рту скопилась кровь, с разбитой губы. Зашёл в туалет, умылся. Посмотрел в зеркало, красавчик! Разбитая бровь, губа. Сбитые костяшки пальцев, потому что, в комнате охраны я отвечал, как мог. Но что, я один против четверых. Отделали как котлету. Как возвращаться в машину к сестре. Она все поймёт и начнёт переживать. Хотя, она уже все поняла.
Подойдя к машине, увидел ужас в глазах сестры. Открыл машину и сел за руль.
— Что они сделали с тобой, Марк?! — она достала салфетки и начала промачивать сочившуюся из брови и губы кровь.
— Ничего систер, прорвёмся! — улыбнулся я ей.
Она вытерла слезу, скатившуюся по её щеке, и улыбнулась в ответ.
— Ты будешь самым лучшим дядей, моему ребёнку! — произнесла она.
— Что ж делать, если отец у него козёл конченый! Пусть хоть с дядькой подфартит! — произнёс я с ухмылкой.
Завёл мотор.
— Поехали домой! — произнесла она, убирая салфетки, — Начнём жить по новому!
Обняла руками свой живот и улыбнулась. На её ресницах блестели слезы, но она улыбалась. Я тоже улыбался, хоть и хотелось разогнаться и врезаться в стену. Но мы переживём. Мы сильные. Вопреки всему, будем жить новой жизнью. Каждый из нас.
  
Глава 39
 
Вадим
В аэропорт я ехал с отцом. Мама осталась дома, по настоянию отца. По дороге заметил, что сзади едет машина с охраной отца. Прям, как конвой! Как будто отец думает, что я собираюсь сбежать.
Прибыли прямо к началу регистрации. У стойки регистрации, к нам подошла Катя с отцом. Взглянув на девушку, я очень удивился. Глаза опухшие и красные, сама она была немного заторможена.
— Привет Катя! — проговорил я, смотря на нее. Она лишь немного повернула голову на мой голос, оставив взгляд пустым.
— После регистрации наденет очки! — быстро проговорил Константин Доротин, глядя на хмурое лицо моего отца.
— Что происходит? — спросил я возмущённо. Катя все время держалась за руку отца, как утопающий за круг.
— После её попытки суицида, она находится на специальных препаратах! Ночью у неё была истерика, поэтому пришлось дать ей таблетки, — ответил Доротин.
Регистрацию прошли быстро и стояли у коридора, ведущего к залу отлёта. Я подошёл к Кате поближе.
— Ты узнаешь меня? Кать, это я! — посмотрел ей в глаза, вернее в чёрные очки, скрывающие пол лица.
Она шагнула вперёд и неуверенно вцепилась теперь уже в мою руку.
— Можно тебя попросить, присмотреть и поддержать её во время полёта, — попросил Константин Доротин, — через час её отпустит, все будет нормально.
Я приобнял её за талию, чтоб удобнее было контролировать её походку, во время перехода по коридору. В это самое время, она поцеловала меня в щеку. Я удивлённо повернулся в её сторону. В тот же момент, Катя томно произнеся имя Марка, обвила мою шею своими руками и прикоснулась губами к моим губам. Не знаю почему, но в этот момент я посмотрел за спину Кати и увидел Марго. Она шла по лестнице и смотрела на нас с Катей. Черт! Оступилась, вскрикнув. В тот же момент её успел подхватить Марк. Откуда они здесь! И зачем? В глазах Марго я увидел боль и отчаяние. А в глазах Марка презрение и ярость.
Проследив за моим взглядом, отец положил мне руку на плечо и немного сжал. Так же около нас, в эту минуту появилось двое охранников из машины сопровождения, которая приехала с нами в аэропорт.
— Не вздумай, сынок! — предупреждающе проговорил отец.