Шаг навстречу вопреки (СИ)

Звонок брата сбил меня с ожидания. Я поняла, что Марк, как и я готов забыть все, лишь бы с Вадимом ничего плохого не случилось!
И я побежала в комнату звонить. Он взял трубку. Его голос, такой печальный и обречённый. Сердце сдавило, воздуха не хватает. И Вадима мне не хватает.
— Я не верю! Я тебе хочу верить. Где ты? — спросила я.
— Так верь мне! Я сам хочу себе верить. И во всём разобраться, но вы, никто не слушаете! — начал он, — Я люблю тебя Марго!
— И я тебя люблю. Вернись! Это опасно! — говорила ему, а голос разрывали рыдания, которые я пыталась подавить.
— Я прошу тебя, вернись! — продолжала я, плача в трубку.
— Жди меня и я вернусь, только очень жди! — ответил он.
Потом его " Я перезвоню" и шум машин. Марк говорил, что там редко ездят машины. Я передала Марку наш разговор. И получила приказ, ждать новостей. Ждать! Это самое ужасное, в такой ситуации. Чай с ромашкой не помогал. Хотелось выть и рыдать, что я впрочем и делала, уходя в свою комнату. Но спустя время, вытирала слезы и возвращалась в гостиную.
Отец прибыл домой не в лучшем состоянии. Он метался по гостиной как раненый зверь.
— Зачем? Зачем он поехал! — кричал он.
— Я же обещал Егору, его беречь! — расхаживая по дому, не прекращал вещать отец.
— Он хотел как лучше, спасти твою фирму и твои машины, — вставила мама.
— К черту деньги, фирмы. Машины, это железо. А Вадим человек. И не чужой нам.
Потом звонок дяди Вити. И я все услышала.
ДТП. Марк везёт пострадавшего Вадима в центр специализированной медицинской помощи, которым владеет Виктор Борисов. Он без сознания.
О боже! Нет! Я не могу, я не хочу его терять. Вадим! Мой Вадим!
К горлу поступила тошнота, перед глазами начало плыть, вокруг все закружилось и потемнело.
Очнулась я от резкого запаха. Открыв глаза увидела маму с флаконом нашатыря и ватой в руке.
— Ну наконец то, а то я испугалась! — мама меня обняла.
— Как Вадим? Что говорят? — спросила у матери.
— Его оперируют. Но угрозы жизни уже нет!
— Уже? Совсем плохо!? Мама! Я люблю его! — я попыталась встать, но низ живота пронзила боль.
— Я должна быть с ним! Рядом! — опять эта боль, да что происходит.
Я встала и пошла одеваться в комнату, чтоб ехать в больницу. Я должна быть с ним. И я буду.
На белье заметила кровь. Месячные? У меня как раз опоздание с ними! Как все не вовремя! А когда были последние? Задержка 3 недели!!
— Мама! Мне нужен твой совет! — закричала я, выбегая из комнаты.
— Что! Я уже собралась, сейчас поедем! — она посмотрела на меня, — Что ещё произошло?
— У меня задержка 3 недели! А сейчас кровь! И низ живота тянет от боли! — по мере моих слов, выражение лица матери менялось.
— Тебе надо в больницу! Я вызову Марка! — быстро сказала она и кинулась к телефону.
До моих ушей долетело " Я сказала быстро. Твоя сестра возможно беременна и ей грозит угроза выкидыша!"
Беременна! Я! Вадим! Наш ребёнок! Он как и папа в опасности.
Опять начало тошнить. И кружится голова. Мама уложила опять меня на диван.
Марк прилетел на своём чёрном внедорожнике. Усадили меня в салон и повезли в центр медицины. Женская часть медицинской помощи, находилась в другом здании, территории центра, поэтому увидеть Вадима я не смогла. Доехали быстро. Похоже брату придётся продать своего стального коня, чтоб оплатить общую сумму штрафов за сегодня.
Мы с мамой зашли в кабинет, после оформления документации. Мне сделали узи и осмотр.
— Поздравляю. Беременность 4–5 недель! Но есть угроза выкидыша. Поэтому я настаиваю на госпитализации, для сохранения плода, — произнесла врач, после всех процедур и манипуляций.
Я беременна. У нас с Вадимом будет малыш. По щекам потекли слезы. Только я сама и не знала, слезы радости или слезы отчаяния. Как все не вовремя. Эта измена. ДТП. Беременность.
А ведь мы даже не поговорили толком! Вадим, я люблю тебя!
Я погруженная в мысли, сидела и смотрела в стену перед собой.
— Я съезжу домой и подготовлю вещи. И сразу приеду. Палату тебе уже приготовили. Сейчас тебя отведут, — мама пыталась донести до меня информацию.
 
— Марго! Все будет хорошо! — взял за руку брат, улыбнулся, — Он сильный, и ты сильная! И малыш сильный! Не волнуйся.
Они уехали. А я шла по коридору, за медсестрой, к своей палате. А где то в соседнем здании, после операции и наркоза, в отделении реанимации лежал мой Вадим, мой любимый человек и отец нашего ребёнка.
  
Глава 32
 
Вадим
Очнулся в реанимации. Вокруг много аппаратуры, которая шумит. Тело все болит, не могу пошевелиться. Сразу как открыл глаза, обстановка начала плыть и появилась головная боль. Пришлось прикрыть глаза и полежать так. Во второй раз мне удалось оглядеться.
В палату зашли медицинские работники, судя по разговору, врач и медсестра.
— Он очнулся! Организм молодой, быстро пойдёт на поправку, — вещала медсестра.
— Хорошо бы! Кстати, по распоряжению его отца, его переводят в другое медицинское учреждение, — продолжил доктор.
— Ну как, самочувствие Вадим? — обратился доктор ко мне.
Я узнал его, это брат дяди Игоря и дядя Марка и Марго. От их имени, сразу заболело в груди и голова зашумела. Вспомнил, что Марго звонила и просила вернуться! Ещё сказала, что любит меня! А потом, две машины! Две чёрные Хонды!
— Вадим! Ты меня узнаешь? — спросил Виктор Борисов.
— Да, здравствуйте Виктор Викторович, — ответил я, шёпотом, голос куда то пропал, да и сухость во рту ужасная, — Можно воды?
— Сейчас дам, только не пей, смочи рот, — проговорила медсестра, поднося мне воды.
— Помнишь, что произошло? — спросил врач.
— Смутно, голова болит! Авария. Подрезали меня! — медленно произносил я, напрягая свои извилины.
— Молодец, деятельность мозга не пострадала, — улыбнулся мне, реаниматолог.
— Что со мной? — спросил у него, осматривая себя, с кучей аппаратов.
— Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение мозга, ушиб шейного отдела позвоночника, перелом голени, — сказал доктор, — Всё позади, угрозы жизни нет.
— Это хорошо! — попытался улыбнуться ему в ответ.
— Перейдём к делу! Твой отец хочет перевести тебя в другую больницу! — он смотрел мне в глаза, — Причём сегодня. Я считаю, что ты не транспортабельный, но он собрал целый консилиум и настроен решительно.
— Почему? — я не понимал, чем тут плохо.
— У него некоторые конфликты с моим братом Игорем, поэтому он мне не доверяет, — хмыкнул Виктор Борисов, — Хотя зря!
— Пусть приедет, если можно, я с ним поговорю! — произнёс я.
— Ладно, отдыхай! Сейчас придут, возьмут анализы для контроля, — произнёс врач, выходя их моей палаты.
Вещей и естественно телефона при мне не было. Что с машинами? Я подвёл Борисова старшего, принеся дополнительные убытки.
А как же Марк? Ведь именно его подписи на разрешающих документах! Я подсунул ему, уверенный в своём решении. Подставил их обоих. Теперь Марк мне точно заедет в челюсть.
Помню звонок Марго, её слезы, пробивающиеся рыданиями и всхлипами сквозь слова.
Она простила! И сказала, что верит мне. Значит у нас есть шанс, во всем разобраться.
После процедур с анализами, осмотра, меня опять склонило в сон.
Очнулся я, в окне палаты уже было темно. Я понял, что нахожусь в другой палате. Но так же с кучей аппаратуры. Один. Голова болела уже не так! А тело, все ещё меня не слушалось. Рядом увидел кнопку вызова персонала. Нажал. Через пару минут, в палату ворвалась медсестра.
— Очнулся! Хорошо! Сейчас доктора позову, — выбегая бросила она мне. Я лежал осматривая обстановку. Мне и в той палате нравилось.
— Здравствуйте Вадим! Я ваш лечащий врач Антон Петрович Ермолаев, — произнёс мужчина, вошедший в мою палату.
— А где Виктор Борисов? — непонимающе произнёс я.
— Он остался в своём центре! Ваш отец перевёл вас в нашу больницу! Под мой надзор, так сказать! — врач улыбнулся, — Теперь мы вас лечим.