Орчиха в свадебной фате (СИ)

— Не-е-ет, Барбра! За свои слова и поступки приходится отвечать! Ищи осколок, Барбра! Ищи, Барбра… 
Барбра! Баррр-бр-ра!
Кто-то, явно не дух, дед или джинн, усиленно колошматил меня за плечо. 
Я попыталась отмахнуться, села, открыла глаза. С трудом удержалась от вопля: на меня смотрела зеленая клыкастая морда, размалеванная узорами и украшенная пирсингом в носу и тоннелями в ушах. На выбритой у висков голове красовался пучок дредов, собранных в конский хвост. Морда была однозначно мужская, и выразительные изумрудно-зеленые глаза с длинными, темными, пушистыми ресницами смотрелись на ней… неуместно.
Спокойно, Варя, спокойно! Кажется, это твой соплеменник в новом мире. Выходит, у самцов… тьфу! — мужчин-орков клыки покрупнее женских будут? Или я просто еще слишком молодая орчиха, и клыки не успели вырасти? Брр! Не хочу становиться такой же, как этот… Кстати, кто он и зачем меня разбудил?
— Т-ты к-кто? — спросила я у страшилища, гадая, то ли встреча с Духом была реальностью, а сейчас мне снится сон, то ли наоборот, Дух мне приснился, а сейчас я проснулась…
— Начальник охраны лекарского обоза, — проговорила морда. — Ты, орисса, вроде с нами идти собиралась. 
— А!.. Да, — припомнила я. — Хорошо, что разбудил. Как к тебе обращаться?
— Я — орис Ор-Тунтури. Можешь звать меня Тун. Давай, собирай свои пожитки и выходи на улицу. Жду тебя у дверей казармы. 
— Да, иду! — я начала оглядываться, пытаясь припомнить, куда положила ташку, выданную мне каптером, и оружие — клинок и булаву.
Отчего-то расставаться с оружием не хотелось. Да и как я буду выдавать себя за наемницу, если сражаться мне нечем будет?
Тун, как и обещал, вышел.
Через пару минут, причесав растрепанную шевелюру подаренным карлицей костяным гребнем и проверив содержимое ташки (в ней, помимо мешочков с деньгами, теперь лежали мои боевые кожаные доспехи), я тоже покинула казарму. 
* * *
С Туном и другими охранниками знакомились уже в пути. Мне выделили ездовое животное — б-ракона. Да-да! Не Дракона, а именно что Б-ракона. Видимо, от слова «бракованный».
Я постаралась скрыть удивление, когда услышала название, а потом увидела самих чешуйчатых тварей, похожих на динозавров размером с лошадь, но значительно более мощных, и мысленно согласилась: брак и есть! Похоже, потопа в этом мире не было, и древние твари так и не вымерли, только измельчали. 
Показывать свою неосведомленность в реалиях нового мира мне не хотелось: кто его знает, как отнесутся ко мне здесь, если я попытаюсь заявить, что я вроде как из другого мира, но по воле какого-то мага оказалась в теле орчихи? Самостоятельно взобралась в седло, взяла в руки поводья, пнула животину в бока пятками. Похоже, тело наемницы само помнило, как все это делается. Ну, и на том спасибо. Без этих навыков мне пришлось бы туго.
— Давай, пристраивайся рядом, — скомандовал Тун, — поговорим.
Мой б-ракон, словно поняв команду, сам пошел плечом к плечу с черной зубастой махиной, на которой ехал командир охраны.
— О чем? — спросила я орка. 
— Мне рассказали, орисса Барбра, что ты честно и доблестно сражалась, победила более десятка хунгров и даже спасла трибуна Алаира Виатора. 
Я скромно потупилась. Нет, будь эти заслуги и правда моими — я приняла бы похвалы с гордо задранным носом. А так… я просто не знала, что отвечать. 
— Так получилось… — буркнула себе под нос едва слышно. 
Слух у ориса Туна оказался хорошим.
— Ну-ну, не скромничай. Наемнице это не к лицу. У меня к тебе, орисса Барбра, предложение.
— Какое? — нет, я не обрадовалась: насторожилась. И не напрасно!
— Как видишь, отряд у меня не слишком многочисленный, а разрозненных банд хунгров в лесах и селениях может встретиться немало. Мы разбили их армию, но всех уничтожить не удалось. Часть врагов вырвалась из окружения…
Ор-Тунтури взглянул на меня, приподнял одну бровь, словно на что-то намекая. К своему стыду, намека я не поняла. Видимо, это как-то отразилась на моем лице, потому что мужчина вздохнул и заявил без обиняков:
 
— Мне нужны бойцы, Барбра. Сильные, смелые, опытные. Те, кто сумеет встретить хунгров с оружием в руках, если на обоз вдруг нападут. Ты готова встать под мое начало на время пути? Вознаграждение — как на поле боя: десять аргов за каждого уничтоженного хунгра. Плюс — полное довольствие и еще десять аргов в конце пути, даже если доберемся без происшествий.
Готова ли я?! Нет!!! Я — мирная нежная девушка, которая даже в детстве ни с кем не дралась, и даже ни разу не ударила по голове флейтой одного слишком остроумного и доставучего сокурсника, который вечно цеплялся ко мне! Всегда была уверена, что лучшее оружие — это слово. Но, видимо, не здесь…
Ор-Тунтури смотрел на меня выжидательно, а поскольку я слишком долго думала, начал проявлять признаки нетерпения и, кажется, недоумения. 
— Каждый наемник почел бы за честь получить предложение от нашего командира, — подсказал мне незаметно догнавший нас помощник Туна, орис ор-Сквири. 
— Да-да. Я тоже считаю честью ваше предложение! — поспешила кивнуть я Туну. — И, разумеется, согласна!
Как я решилась на такое? Да понадеялась на авось — как истинно русская душа! Мы ехали по пустынной дороге, кругом царила благодать и сельская пастораль, словно и не отгремела недавно поблизости великая битва. Наверняка никакая банда нам по пути не встретится, я спокойно доберусь до Эрпорта, получу еще десяток серебряных монеток и расстанусь с Ор-Тунтури мирно и тихо.
— Ты — настоящая орисса! — Обрадовался орк. — Я в тебе не сомневался! Род Ор-Тьюндер может по праву гордиться своей дочерью!
Я снова потупилась. В груди поселилось нехорошее предчувствие.
  
Глава 6. Ночное сражение
 
Получив мое согласие, мужчины заговорили о своем. Я по-прежнему ехала между ними, и, делая вид, что задумалась, старательно прислушивалась к их беседе в надежде узнать что-то новое и полезное. Сведений о новом мире мне по-прежнему катастрофически не хватало.
— Мы собрали фамильное оружие всех погибших наемников-орков, — докладывал Ор-Сквири своему командиру. — Удалось опознать почти все боевые топоры, кистени и дубинки. Их отправят в Эрпорт следующим обозом вместе с оставшимися в шатре целителей ранеными.
— Хорошо. Много еще пациентов осталось у целителей? Может, сумеем вывезти всех следующим обозом? — в голосе Ор-Тунтури звучала искренняя озабоченность. 
— Десятка два… в том числе трибун, которого спасла наша Барбра. — Заместитель командира с гордостью и одобрением кивнул в мою сторону. 
А я намотала себе на ус: оружие у орков — фамильное достояние. Его не бросают на поле боя. Ищут и подбирают, даже если владелец погиб. Хорошо, что я свою дубинку прихватить догадалась… 
А еще я услышала, что спасенный мной мужчина жив, но остался там, в лагере неподалеку от места сражения. От этого почему-то на душе стало тоскливо, будто я оставила там, за спиной, что-то важное. Не заметила, не поняла… 
От этих странных ощущений отвлек Ор-Сквири.
— Орисса Барбра, давай проедемся вдоль обоза, познакомлю тебя с остальными охранниками, определим тебя в одну из смен: это днем мы все вместе обоз стережем, а ночью то одна половина отряда в дозоре стоит, то другая. 
Я молча последовала за орком, про себя ругаясь и закатывая глаза: выходит, это мне теперь еще и в карауле стоять по ночам наравне вот с этими зеленоватыми горами мышц? Нет, я теперь, конечно, тоже похожа на бодибилдершу, переевшую анаболиков — вон какой рельеф проступает под зеленоватой шкурой! Но… не берегут они тут своих женщин. Совсем не берегут. Эх… ладно, Барбра. Назвалась груздем — полезай в кузовок.
Обоз шел медленно. Настолько медленно, что мне, привычной к скоростным поездам, самолетам и прочим видам транспорта, казалось, что мы еле ползем — этакой длинной гусеницей, неравномерно утыканной иглами копий и тяжелыми шипастыми оголовками боевых дубин.