Лихорадка грез (ЛП)

Я отступила назад.
– Спасибо, но здесь всего пара кварталов, я дойду.
Я отвернулась. Она схватила меня за плечо, и в мгновение ока мы были уже там. Нет, я точно ограблю аптеку и добуду драмамин [12], потому что когда она меня отпустила, меня скрутило в рвотном позыве, с которым я отчаянно боролась, чтобы не заблевать свои блестящие черные ботинки.
  
Нельзя было идти туда, где грозила настоящая опасность, временно недееспособной. Суперскорость хуже перемещения. Перемещаются плавно. А суперскорость – это как лошадь с повозкой без амортизаторов на дороге с выбоинами.
Я оторвала взгляд от ботинок, посмотрела вверх и моргнула. На секунду, я просто лишилась слов.
– Мисс Лейн, рад видеть, что вы живы, а то я уже начал было волноваться.
Повернувшись к отряду в униформе у себя за спиной, инспектор Джейни проорал:
– Огонь!
  
Глава 11
 
Будто целую жизнь назад жесткий, дородный инспектор, стоявший передо мной, схватил меня и отволок в участок Гарды, чтобы допросить об убийстве его коллеги и шурина инспектора Патрика О’Даффи. И полжизни назад я открыла ему глаза на Невидимых, которые заполонили Дублин, украдкой подложив кусочки их плоти в его сандвичи в тот день, когда я пригласила его на чай в книжный магазин.
А потом я взяла его с собой на прогулку и заставила посмотреть в лицо тому, что случилось в его городе, с двумя намерениями: заручиться его помощью в отслеживании Книги и заставить его держаться к чертям подальше от меня самой. После этого мы разговаривали, только если у него была информация о местонахождении Книги, и то весьма кратко, но это было до того дня, когда он снова схватил меня на улице и шокировал просьбой угостить его особым «чаем» еще раз. Этого я не ожидала. Я ожидала, что он закроет глаза на то, что невозможно объяснить, и постарается поскорее забыть об этом, как сделало бы большинство людей. Он удивил меня.
Я изучающее его оглядела. Когда его люди прервали стрельбу, я спросила:
– Вы все еще едите Невидимых?
Или он просто преследовал тех, которых мог видеть?
Дэни издала удушливый звук.
– Есть Невидимых? Есть их? Вы меня, мать вашу, разыгрываете? Они ж ходячая мерзость, а некоторые из них выделяют слизистую зеленую хрень и у них есть… ну это… заполненные гноем штуковины! Фу. Просто, мать вашу, фу! – она высунула язык и яростно закрутила головой. – Фу! – повторила она снова.
Я пожала плечами.
– Длинная история. Расскажу тебе позже.
– Принцип необходимого знания [13]. Не стоит, – она издала рвотный звук.
– К этому привыкаешь, – сказал ей Джейни и повернулся ко мне. – Я ем их с того дня, когда попросил вас накормить меня ими.
– Вы никогда не возвращались, чтобы попросить еще.
– И быть зависимым от вас? Что если вас нет рядом, когда я в этом нуждаюсь? – фыркнул он. – Я тогда воспользовался моментом, пока находился под воздействием, потому что если бы не сделал этого, то не смог бы видеть их и убить их, чтобы заполучить еще. Порочный круг. Я заставил жену готовить их на завтрак каждый день. Теперь, когда многие из них не прячутся, это перестало быть проблемой. Мои люди едят их. Жена добавляет их в сандвичи наших детей. Огонь!
Мужчины продолжили стрельбу. Яростные вопли заполнили ночное небо.
Шум был оглушительным. Когда, наконец, все стихло, я закричала:
– Что вы делаете? Вы не можете убить их! Вы только разозлите их!
Я чувствовала их гнев – темный, глубокий, древний. Вообще-то я чувствовала даже больше: терпение, порожденное вечностью, непоколебимую уверенность, что они переживут это недоразумение, которое посмело их обидеть. Мы были ничем. Мы уже были пылью в ожидании, когда смерть настигнет нас. Они были возмущены тем, что у нас хватало смелости смотреть на них, не стоя на коленях, поклоняясь им, молясь на них, испрашивая их разрешения на возможность дышать.
Пару месяцев назад я узнала, что телепатическая связь с Охотниками – двухсторонняя, для меня, по крайней мере. Они могут пролезть в мою голову, но я могу ответить им тем же. И им это не нравилось. Даже сейчас я чувствовала, как они оба давят на меня, пытаясь понять, что я такое, что делало меня… другой. Полагаю, я не была так хорошо известна среди Невидимых, как, по идее, должна была быть после моего похищения Гроссмейстером и его Невидимыми принцами.
– Хорошо! – сказал Джейни. – Потому что они разозлили меня. Они в моем городе, и я не стану терпеть этого. Они думают, что я позволю им вот так запросто топтаться по моим улицам? Шпионить за нами? Отслеживать выживших? Сейчас мы покажем им кое-что другое. Они, мать их, больше не заберут ничего моего.
Он вернулся к своему отряду из приблизительно пятидесяти одетых в униформу и шлемы, решительно настроенных мужчин и отдал им тихую команду. Четверо из них прервались, прошли вниз по улице и начали устанавливать пулемет на треногу. Большинство мужчин были вооружены устаревшей полуавтоматикой, некоторые – автоматами. Казалось, только они могут оказать хоть какое-то воздействие на Охотников. Когда Джейни снова выкрикнул «Огонь!» они синхронно подняли свое оружие и выстрелили в двух самых страшных из Невидимых.
Я улыбнулась.
Джейни сознательно провоцировал Охотников.
Злил их, потому что они разозлили его.
Я улыбнулась еще шире. Когда я так неохотно накормила этого человека Невидимым, я никак не могла предвидеть этот момент. Так безупречно. Так правильно. Он был нужен нам здесь, на улицах, он должен наблюдать за выжившими и помогать им оставаться в живых. Этот мужчина никогда не перестанет служить своему городу и своим людям, даже если ему перестали бы выплачивать зарплату много месяцев назад. Он был полицейским-защитником до мозга костей.
Радуясь, что все так неожиданно, но замечательно сложилось, я рассмеялась.
Джейни резко взглянул на меня, и на мгновение его мрачное лицо озарила улыбка. Наверное, в моих глазах отразилось восхищение, потому что он сказал:
– Это то, что мы делаем, мисс Лейн. Мы – Гарда.
– В задницу Гарду, – крикнул один из его людей. – Мы – Защитники! Новая сила для нового мира.
– Да! Да! – пронеслось по рядам мужчин.
Я признательно кивнула. Защитники. Мне это нравилось.
– Здорово увидеть вас, Джейни, – пробормотала я. – Особенно таким.
Какое неожиданное благо! Сейчас Охотники давили на меня более настойчиво. Я послала наверх единственное необходимое сообщение, и мне не потребовалось для этого ни грамма телепатии.
Я подняла копье и угрожающе им тряхнула. В свете моего МакНимба оно светилось белым цветом. Следуя моему примеру, Дэни ткнула мечом в воздух.
Охотники зашипели и взмыли вверх с такой неожиданной злостью, что вихрь, вызванный взмахами их больших черных крыльев, поднял уличный мусор в воздух и сорвал крышки с мусорных баков. Мелкие камешки и осколки жалили мое лицо и руки. Крышки баков с лязганьем ударялись о стены кирпичных зданий.
Мы будем охотиться за тобой до скончания времен, ши-видящая. Мы истребим твой род.
Я была уверена, что моего рода уже не существует, осталась разве что я сама, но не смогла бы ответить, даже если бы захотела. Я стояла на коленях, схватившись за голову. Это было неудобно, учитывая надетый МакНимб и копье.
Они удивили меня.
Эти Охотники были не просто больше тех, которых я видела раньше. В них было что-то еще. Разве не все они были одинаковыми? Когда Темный Король проводил свои эксперименты и создавал темную расу, сделал ли он разновидности своих созданий? Были ли одни, из одной и той же касты, сильнее и смертоноснее, чем другие? От угроз этих ублюдков череп просто раскалывался. Я не была к этому готова. С этого момента я оказалась перед необходимостью расценивать каждого встречавшегося мне эльфа как широкий спектр возможностей, из которых можно было предугадать только самые простые. Это злило меня. Нож должен быть ножом. Как я должна жить в мире, где нож мог быть гранатой? Я не должна была делать предположения. Когда бы то ни было. Нужно ждать неожиданного.