Прелюдия бури (СИ)

— Это хорошие новости, Насшафа. Но теперь, извини, нам пора действовать. Ты проложила безопасный путь в Элдрим, как я просил?
— Ну а как, по-твоему, я с-сюда пришла, Риз? — панибратски ущипнула меня за бок абиссалийка.
Удовлетворившись таким ответом, я вернулся к Безликим, дождался подхода оставшихся отрядов, а затем повёл братьев вслед за Насшафой. Альбиноска взяла курс на побережье и не останавливалась, пока мы не достигли крутого каменистого обрыва. Тут пришлось сбросить «Мантии», поскольку, во-первых, мы находились достаточно далеко от крепостных стен, а во-вторых, по узкой и довольно опасной тропке идти можно было только поодиночке.
  
Вскоре спуск привёл нас к неприметной расщелине, расположенной на высоте полудюжины метров над морем. Внутри же она перерастала в полноценный тоннель, где совершенно спокойно можно было идти, не задевая плечами и головой своды прохода.
Некоторые Безликие испытали шок, когда нас под землёй встретило несколько кьерров в сопровождении крупных асшатари. Но Гимран с Ислой быстро навели порядок в нашем отряде, а заодно и предостерегли братьев от необдуманных действий.
Я поймал на себе взгляд одного из сородичей Насшафы, который рассматривал меня пристально, если не сказать, что с вызовом. Но на его беду это заметила и абиссалийка. Во мгновение ока она оказалась возле соплеменника и что-то яростно зашипела на родном наречии. Тот набычился, опустил глаза, а затем и вовсе изобразил нечто вроде поклона. Занятно…
— Я погляжу, не все довольны новым жилищем? — тронул я Насшафу за плечо.
— Они слепы и держ-жатся за глупые традиции, которые только меш-шают наш-шему народу, — отмахнулась сопровождающая. — Но твоя с-сила, Риз, их пугает и вынуждает терпеть. Однако не переж-живай насчёт этого. Я дос-ступно объяснила каждому члену с-семьи, кому они обязаны жизнью. А тех, кто не ж-желает принять твою волю, я обещ-щала выбросить в океан.
— Достойный аргумент, — хмыкнул я, хотя, признаться, несколько встревожился.
Как бы в дальнейшем не возникло проблем с кьеррами, которым я помог скрытно переселиться в подземелья Элдрима.
— Мож-жно задать вопрос-с, Риз? — глянула на меня Насшафа, пока мы брели по тёмному тоннелю, прорытому костяными косами абиссалийских тварей.
— Конечно.
— Почему именно это мес-сто?
— Ты помнишь, как я уничтожал ульи в пустошах? — спросил я.
— Этого мне не з-забыть до конца своих-х дней, — помрачнела альбиноска.
— Вот именно поэтому. Вряд ли кто-нибудь решится сотворить подобное с густонаселённым и стратегически важным городом. Ты знаешь, что Элдрим — единственная глубоководная гавань на тысячи и тысячи вёрст окрест, куда способны заходить корабли с большой осадкой? Это делает его практически священным местом торговли на континенте. Ну и, конечно же, я рассчитываю, что вы мне поможете с войной в этой части света.
— Боюс-сь, с этим могут возникнуть труднос-сти, — покачала головой Насшафа. — Нам приш-шлось пересечь половину континента. И эта дорога унес-сла слишком много детей Великой Тени. Их ос-сталось меньше полутора с-сотен.
— Поверь, сегодня у вас появится столько свежей плоти, что ты быстро восстановишь численность своего улья, — ухмыльнулся я под маской. — Ты уже разобралась с дневниками Шаграсса?
— Думаю, ч-что да, — кивнула абиссалийка. — Реликвия с-слушается меня. Правда, я не могу с-сравнииться в скорости с отцом. Он делал всё гораздо быс-стрее.
— Ничего, это вопрос практики, — успокаивающе изрёк я.
На этом наша беседа прервалась. Дальше шли в полном молчании. А вскоре полукилометровый подземный ход упёрся в каменную кладку из массивных тесно подогнанных блоков. За этой стеной, я так понимаю, начинались катакомбы и канализационные стоки Элдрима.
— Уэ-а, какая вонь! — хрипло возмутился кто-то из братьев позади меня.
— Боги… меня сейчас стошнит… — вторил ему другой.
— Рты на замок! С поверхности могут вас услышать! — тотчас же поспешил Гимран пресечь разговоры.
Да, Насшафа не обманула. Спёртый канализационный смрад действительно пробирал до рвотных позывов. Но я в своей жизни вдыхал ароматы и похуже. Да взять хотя бы трупное поле у стен Перстов. Ну или когда давился тухлым мясом шаксатора, пытаясь выжить на мёртвых землях Абиссалии. К тому же, дальше стало значительно легче. Видимо, обоняние уже привыкло к тяжёлой, словно мокрое покрывало, вони.
— Приш-шли. Городские ворота, приблиз-зительно, в двух сотнях ш-шагов к востоку, — заявила Насшафа, останавливаясь вблизи толстых железных скоб, вбитых прямо в камень и образующих подобие лестницы.
— Спасибо тебе. Встретимся ещё раз, когда город будет уже нашим, — обнял я абиссалийку. — Заодно передам один ходячий подарочек. Уверен, он тебе понравится.
— Береги с-себя, Риз. И вы вс-се тоже постарайтес-сь не умирать.
— Кха… мы сделаем всё, что от нас зависит, — ответила за всех Исла, явно смущённая таким проявлением заботы от нелюди.
Распрощавшись с Насшафой, я первым полез наверх. Там немного поковырялся с тяжеленным люком, вытесанным из одного огромного куска камня, и выбрался на свежий воздух. Ночь всё ещё безраздельно властвовала над миром. Где-то вдалеке, слышался монотонный шум. Он исходил от портовой части города, где жизнь кипела в любое время суток.
Поговаривают, дескать, была всего одна ночь, когда Элдрим спал. Случалось в день Первого Огня, который алавийцы праздновали с незапамятных времён. Да как бы ни с каменного века. Отмечали они его раз в пять лет, славя первого альвэ, покорившего магический дар и обучившего этому других. Основное торжество проходило в Блейвенде — столице Капитулата, и размах имело поистине колоссальный.
Темноликие со всего света стекались туда, чтобы принять участие в знаменательном событии. В пору всеобщего празднования столичные гостиницы и постоялые дворы даже не взимали плату с истинных граждан. А вот людям вообще запрещалось выходить на улицы, пока шли гуляния. Собственно, этот древний обычай алавийцев распространился и на подконтрольные им колонии, слегка видоизменившись. Здесь табу действовало только в тёмное время суток.
Всё это, кстати, я узнал от Элииры, пока шли наши занятия. Не уверен, поможет ли мне чем-то эта информация, но лучше постепенно разгадывать психологию врага, чтобы избежать возможных сюрпризов. Ну да ладно, не о том у меня сейчас должна голова болеть…
Шесть десятков теней практически беззвучно перемещались вдоль улиц, продвигаясь к вратам. Здесь, у самых крепостных стен, царило затишье. Только сверху с некоторым интервалом звучала перекличка дозорных. Остальные же горожане в этой части Элдрима предпочитали покой. Лишь однажды мы напоролись на какого-то пьянчугу, который справлял малую нужду посреди дороги. Его я усыпил «Морфеем» и, легко придержав, опустил прямо в сделанную им лужу.
И вот мы добрались до барбакана. Сразу стало ясно, что защитники подошли к вопросу охраны серьёзно. Все проходы, ведущие во внутренние помещения оборонительной надстройки, были наглухо заперты. Факелы озаряли пространство, а у каждого проёма стояло по двое стражников в полном вооружении. В бойницах то и дело мелькали тени стрелков. А где-то поблизости наверняка дежурили и милитарии.
Да уж, крепкий орешек, ничего не сказать…
— Рассредоточиться, — шепотом приказал я. — Действуем по моему сигналу. Помните братья, наша задача умереть, но открыть врата и удержать их до подхода основных сил.
— Мы помним, Великий Наставник. Ведите нас. А мы последуем за вами, как преданные тени, готовые раствориться в вашем сиянии!
Финальную часть фразы Безликие произнесли хоть и негромко, но почти хором. А это уже привлекло внимание дозорных.
  
— Эй, кто там бродит⁈ — рявкнул один из стражей, напряжённо вглядываясь во тьму. — В этом районе действует комендантский час! Всем разойтись по своим до…
Договорить он уже не успел, потому что я пустил впереди себя «Колесницу». Плетение переломало всех солдат, стоявших на земле, и впечатало в стены так, что на сером камне остались тёмные влажные шлепки. В тот же миг в бойницы, находящиеся в пределах нашей досягаемости, братья запустили «Смеси». Не все, конечно, сумели попасть точно в узкие просветы. Но те заклинания, которые разорвались внутри, уничтожили всех, кто находился в караульном помещении, и потушили факелы.