Прелюдия бури (СИ)

Тем не менее, масштабы всё равно поражали. Глупо спорить, что это поистине огромный город. Пожалуй, самый большой, который мне доводилось видеть в этом мире. Я даже не берусь судить, сколько в нём умещалось жителей. С равным успехом их может оказаться как сто тысяч, так и все триста. А если приплюсовать к этому ещё и гарнизон…
Но как бы там ни было, а появление на горизонте армии объединённых людских государств стало для города-порта грандиозным сюрпризом. Сначала они даже не распознали угрозу. Дозорные со стен лениво рассматривали наше войско и трепещущие на ветру штандарты. Вероятно, полагали, будто это движутся солдаты союзных Капитулату провинций. Очевидно, что никто не ждал нашего вторжения. Ведь Персты пали настолько стремительно, что весть о том не успела достичь этих земель. И, ей богу! Воспользуйся я заминкой противника и направь отряд кавалерии, то они бы ворвались в Элдрим, не встретив сопротивления. А там мы вполне могли бы занять и удерживать входную галерею до подхода основных сил. Однако я всё же решил действовать согласно изначального плана, а не рисковать в импровизации.
  
С помощью «Орлиного взора» я следил за суетой, поднявшейся, когда до защитников дошло, что враг уже на пороге. Пусть с большим запозданием, но на стенах всё же забегали сотни стражей, а железная надвратная герса с лязгом рухнула вниз. Десятки торговых обозов и телег, не успевшие попасть внутрь, оказались брошены на произвол судьбы. Кто-то остался глупо стоять у закрытых створок, другие, почуяв, чем пахнут перспективы, попытались развернуться и уйти на север. Третьи, самые сообразительные, уже рубили упряжь, чтобы сломя голову бежать на освобождённых лошадях, побросав свои грузы.
Отлавливать всю эту торгашескую братию я отправил всадников Медеса и Патриархии. Пусть солдатня тоже развлечётся. Ну а наша пехота, никуда не торопясь, начала обустраивать осадный лагерь.
— Тарин, Исла, вы со мной на переговоры, — приказал я. — Выступим через час. Гимран, остаёшься за старшего.
— Как прикажете, мой экселенс! — хором рявкнули Безликие.
Дав защитникам немного времени, дабы оценить масштаб свалившегося на их головы бедствия, да сосчитать покачивающиеся над землёй пики, наша троица отправилась к воротам Элдрима. Вместо зелёного стяга и длинной ветви — традиционного дипломатического символа в этом мире, мы взяли с собой чёрный штандарт братства. Уж здешние лидеры не могли не слышать о роли Безликих в четырёхдневной осаде Арнфальда и освобождении Клесдена. И потому должны стать более сговорчивыми. Хотя, если начистоту, я особо ни на что не рассчитывал. Но вдруг повезёт?
Невзирая на то, что мой крохотный отряд совершенно точно не представлял никакой опасности для целого города, на подходе в нас полетели увесистые арбалетные болты. Их без малейших трудностей Исла сбила воздушной волной. А потом, когда стрелы посыпались слишком густо, просто закрыла нас магическим барьером. Мы же с Тарином, который нёс чёрный стяг, двигались дальше, как ни в чём не бывало.
Пустив в нас примерно две сотни снарядов, дозорные на стенах осознали тщетность своих попыток. А может получили команду прекратить огонь. А мы невозмутимо продолжили шествие и остановились, не дойдя до городских фортификаций около сотни метров.
— Я предлагаю вам сдаться сейчас и открыть ворота, — громко прокричал я, подгоняя звук своего голоса лёгкой воздушной волной. — В этом случае, обещаю сохранить жизнь любому, и позволю беспрепятственно убраться из города. Даже если он мой заклятый враг.
— Тебя не слышно! Подойди поближе! — донеслось в ответ насмешливое.
— Даю срок до заката, — не обратил я внимания на эту реплику. — Если до темноты гарнизон не сложит оружие, то все представители текущей власти будут прилюдно казнены на главной городской площади.
— Ты доберись сначала до этой площади, идиот! — захохотали с барбакана.
— Как твоё имя, шутник? — отреагировал я на насмешки, попутно высматривая грубияна через воздушные линзы «Орлиного взора».
— Можешь называть меня папочка! Ибо я с твоей мамашей вытворял такое, что и портовым шлюхам не снилось! Ха-ха-ха!
— Хорошо, мне понятна твоя позиция, — отозвался я. — Я объявлю солдатам, что озолочу любого, кто приведёт ко мне черноглазого смуглого мужчину средних лет с золотым передним зубом и шрамом в виде полумесяца на правой скуле. Пусть они знают, что твоя голова стоит, как годовой оброк с целого купеческого квартала.
Болтун на воротах, чью внешность я только что исчерпывающе описал, внезапно заткнулся. Не знаю, произвела ли на него впечатление моя угроза, но с ходу придумать ответ он не сумел. А потом его и вовсе оттащили куда-то за каменный зубец.
— С какой целью бы вы не заявились на эти земли, а лучше убирайтесь подобру-поздорову прямо сейчас! — пришёл на смену чернявому грубияну другой человек. — Капитулат никому не спустит подобной дерзости!
Этот переговорщик был уже значительно старше. Седой, с глубокой залысиной на макушке и гладко выбритым лицом. Судя по одежде и ссутуленным плечам — отнюдь не воин. Однако пальцы его унизаны кольцами. С расстояния не удаётся понять, боевые ли это перстни или просто побрякушки. Но в целом сей престарелый господин вполне мог оказаться и милитарием.
— К вашему сожалению, этот вариант исключен, — категорично отмёл я его предложение. — Повторюсь: пока что я готов беспрепятственно выпустить из города всех желающих, включая граждан Капитулата. Но когда солнце коснётся горизонта, вам останется только молиться, Драгору, чтобы он принёс вам лёгкую смерть.
— Твои угрозы нас не страшат, ибо они пусты, как стакан заядлого пьяницы! — сдвинул на переносице седые брови старик. — Ты привёл большую армию, но вам не захватить наш славный город! Провиант и остальные припасы мы будем получать по морскому пути, так что измором взять нас не удастся. Наш гарнизон силён и отлично вооружён. Склады и амбары ломятся от зерна. Твоих воинов здесь не ждёт ничего иного, кроме звенящей стали и кипящей смолы за шиворот!
— Хорошо, вы сделали свой выбор, — пожал я плечами. — Спасибо, что сэкономили моё время. Пускай нас рассудят огонь и железо!
Я дёрнул поводья, разворачивая скакуна, но пожилой господин на барбакане захотел ещё кое-что сказать.
— Эй, постой! — крикнул он. — Я знаю, кто ты такой. Мы все знаем. Но даже тебе Элдрим не по зубам, поверь. Тем более, скоро остановка торговли привлечёт внимание соседних провинций. И тогда в тылу твоего войска появится крупная армия. Вы все окажетесь словно между молотом и наковальней! Уходите, пока ещё можете!
На это я даже не стал отвечать, а молча пришпорил коня. А к чему эти сотрясания воздуха? Уже сегодняшняя ночь покажет, кто из нас прав.
* * *
Только лишь когда темнота опустилась на славный Блейвенде, Рен-Хаан смог выгрести из водоворота неотложных дел. Он вернулся в свой кабинет и приказал подать вина. Пока вышколенные слуги исполняли поручение, кардинал собственноручно разжёг небольшую жаровню, куда насыпал горсть высушенного травяного сбора. Дым от воскуривания этой смеси бодрил не хуже ушата ледяной воды на голову. Только эффект производил куда более мягкий и продолжительный. Это очень помогало, когда внутреннее резервы уже были на исходе, мысли стремились свернуть куда-то на посторонние темы, но поставленные задачи требовали полной концентрации.
Отперев ящик стола, Хаан достал чёрную шкатулку, словно бы целиком выточенную из куска вулканического обсидиана. Надавил на неприметный выступ пальцем, и крохотное чёрное полированное остриё легко проткнуло кожу. Испив немного крови, реликвия позволила прикоснуться к тайнам, которые несла.
  
— Брат мой, с периметра доложили, что грязнорожденное отребье пошло на штурм, — зазвучал знакомый голос из-под крышки. — Должен сказать, их собралось под стенами очень много. Больше, чем когда-либо. Но поводов для беспокойства нет. Я сообщу, когда наши славные боевые маги превратят это стадо в кровавое месиво. Если события примут скверный оборот, я сам поднимусь на башни…