Новый путь истории (СИ)

Через полгода после приезда на Мальту и запуска первых производств, я поехал в первый свой отпуск в Россию.
В это время я, в приятной компании, сидел на плоской крыше своего дома, под пёстрым маркизом, попивал холодное, только из холодильника, вино.
— Смотрите — сказал Анджело Ломбарди, сидящий лицом к порту — незнакомые корабли. Никогда не видел такой архитектуры. И, если я совсем не ослеп, это твои соотечественники, мой мальчик, — Анджело кивнул мне — синий Андреевский крест на белом поле.
  
Наговаривает на себя старый Анджело. Несмотря на возраст он весьма крепок, может и молодого мужика утихомирить, если нужда настанет. Правда, устаёт быстро, это да. Что до зрения, то зоркость старого рыцаря не уступает многим молодым и здоровым. Встаю и беру в руки бинокль, что давно уже серийно делают в Загорске в Подмосковье, и смотрю на входящую троицу кораблей с одинаковыми корпусами, только у одного надстройки другие, не военные.
— Да, мессиры, эти корабли мне прекрасно знакомы. — сообщаю я собеседникам — Впереди идёт яхта русского императора «Афина», следом за нею крейсера «Витязь» и «Джигит». Полагаю скоро мы узнаем, кто прибыл, и причины визита.
Корабли вошли в порт Валетты и встали у причала военной гавани. Мы, стоя на крыше, видели, как с «Афины» на причал стрелой подали кургузый внедорожник, в него сели матрос и офицер. На выезде из порта в машину сел один из стражников.
— Да, скоро узнаем. — задумчиво сказал Великий магистр Эммануэль де Роган-Полдю — Правда я опасаюсь, что ваш государь истребует вас к своей особе. Я, во всяком случае, держал бы вас при себе неотлучно, настолько высоко ценю ваши советы и идеи.
— Соглашусь с князем и магистром. — кивнул старый Анджело.
— Если в России не случилось какого-то кризиса, а таковые всегда вероятны, то государь император хочет видеть меня для консультации. Да, военные корабли между Петербургом, Севастополем и Мальтой теперь ходят регулярно, но живое общение есть живое общение, тем более, что многого из того что мы знаем, нельзя доверить бумаге.
— Истинно так. — согласился Великий магистр — Впрочем, машина уже у ворот, сейчас всё и узнаем.
Действительно, не прошло и двух минут, как из люка показался сначала мой мажордом, а вслед за ним старый знакомый, третий помощник капитана «Афины», только уже не лейтенант, а старший лейтенант Злобин Артём Ефимович. Я представил офицера своим собеседникам, и поинтересовался:
— С чем прибыли, Артём Ефимович? Судя по отсутствию в вашем отряде транспортных судов, вы торопились?
— Ваше наблюдение отчасти верно, Юрий Сергеевич. Особой торопливости мы не проявляли, дабы не перенапрягать машины, но и скорость держали такую, какую транспортники выдержать не могут. Хотя должен вам сказать, скоро и для транспортника средняя скорость хода будет до двадцати узлов.
— О! Я вижу, что вы ознакомились с практической моделью газовой турбины?
— Совершенно верно, Юрий Сергеевич, ознакомился. Но прошу прощения за столь долгие прелиминарии. — старлей подтянулся и заговорил официальным тоном — Имею повеление передать вам почту от Их величеств и приглашение посетить Санкт-Петербург. От себя замечу, что приглашения исходят от Их величеств, а пожелания увидеть вас воочию высказало не менее сотни человек, от высоких вельмож до профессоров Университета.
— Благодарю вас, Артём Ефимович, присаживайтесь, а я пока ознакомлюсь с посланием Его величества.
Старлей сел, и с ним вполголоса заговорили Великий магистр де Роган-Полдю и мой товарищ по экономике, а на самом деле наставник и учитель Анджело Ломбарди. Письмо, которое следует прочитать первым, по условленной с Павлом Петровичем системе знаков, было помечено карандашной «птичкой», за него я и взялся.
'Юрий Сергеевич! Если дела тебя не слишком задерживают, то не сочти за труд, и посети меня в Петербурге. Надо многое обсудить, поскольку наш с тобой план, похоже, начал давать сбои, а в будущем грозит обернуться чем-то грозным…
На устройство дел даю тебе неделю, отряд кораблей подождёт сколько надо, но было бы желательно, чтобы ты не медлил, и отправился тотчас же.
Твой искренний друг, Павел.
p.s. Разрешаю бегом.
p.p.s. Шнурки можно не гладить.
П.'
Ну что же, в столице всё прекрасно, раз Павел Петрович даже шутит, посмеивается над моими казарменными шуточками. Встаю:
— Мессир Великий магистр, вы были правы, государь император требует меня к себе, впрочем, лишь для консультаций.
Де Роган-Полдю насупился, и расстроенным голосом проговорил:
— Мессир граф, я уже привык к вам, понял, что финансы ордена в надёжных руках, а тут ваш отзыв на другой конец Ойкумены. Успокойте меня, скажите, что обязательно вернётесь.
— Я вернусь непременно, мой Великий магистр, поскольку предвижу, что Европа на пороге больших потрясений, и мой долг — находиться в центре событий.
— Хорошо сказано, мой мальчик, и мы будем тебя ждать с нетерпением. — потянулся ко мне и потрепал за рукав старый Анджело.
* * *
Голому собраться — только подпоясаться.
Но сие присловье не про меня. Вещей у меня гора чуть поменьше, чем Монблан, так ещё новые друзья всё несут и несут подарки, и ведь не откажешь — подарки не мне, а моим мальчикам и дочери, которую я ещё ни разу не видел. Одних шпаг принесли шесть штук, и это не какие-то игрушки, а вполне боевое оружие, разве что маленькое. Два полных комплектов латных миланских доспехов, тоже маленькие, на мальчиков лет восьми-десяти. И игрушки для девочек: резные деревянные козочки, погремушки, куколки, ящерки.
Всё погрузили в трюм «Афины», туда же погрузили и дипломатические подарки императору и важнейшим сановникам Российской империи, я их буду вручать лично, поскольку являюсь третьим по значимости лицом ордена Госпитальеров. Я же буду вести переговоры с русским правительством о взаимовыгодном сотрудничестве. Для меня это нетрудно, поскольку поручение являет собой возможность ещё более укрепить связь России с Мальтой, и я выполню его со всем тщанием.
Ясным октябрьским утром я с сопровождающими меня пятью рыцарями ордена взошел на борт «Афины». Ещё по десять рыцарей отправились в поход на «Витязе» и «Джигите». Их задача изучить устройство кораблей, их двигателей, вооружения, аппаратуры управления и всего многосложного хозяйства лёгкого крейсера. На совещании Суверенного Совета мы приняли решение о перевооружении мальтийского флота на лёгкие крейсера русского проекта. Первые крейсера будут построены в России, последующие, когда мальтийские судостроители получат достаточный опыт, на верфях самой Мальты. Кроме того, решили заменить крепостные батареи открытого типа, прикрывающие Валлетту, на башенные установки, тоже русского производства. Здесь у нас даже получится некоторый взаимозачёт: русские моряки учатся и практикуются на мальтийском флоте, а русские кораблестроители будут учить мальтийских коллег.
Стремительные силуэты кораблей стелются над волнами. Я стою на крыле мостика, чтобы никому не мешать и любуюсь волнами. Мальта осталась далеко позади, мы держим путь, на Геркулесовы столбы. Слегка штормит, но я по счастью, качке не подвержен, и вижу лишь красоту волн, без неприятностей из той красоты проистекающих. Неслышно, из-за волн и работы двигателя, подходит капитан корабля, и деликатно кашляет. Я поворачиваюсь, и Александр Иванович предлагает:
— Юрий Сергеевич, не желаете ли чаю, кофе или шоколаду? Мой кок варит преотличный шоколад. Не поверите, но, петербуржские рестораторы присылают своих шоколадников учиться у Козьмы Ивановича.
  
— Не устою перед такой рекомендацией, — улыбаюсь я — но почему вы не предлагали мне шоколаду в прошлое наше путешествие? Мне просто любопытно.
— Тогда я и не мог вам предложить, поскольку Козьма Иванович тогда был несколько занят. Он был в отпуске для устройства личных дел, а проще говоря, женился. На самой свадьбе я с офицерами и всей командой побывали, да-с. Нельзя не проявить уважение нашему кудеснику.