Тяжелое сердцебиение (ЛП)

  
Глава 26
 
Да будет свет!
 
Прайс
С ощущением жжения в глазах и нехваткой кислорода я наслаждаюсь губами Люка, его нежными пальцами в моих волосах и тишиной вокруг нас. И мне совершенно всё равно, будь это небольшой коридор, в котором мы находимся, или безлюдный пляж, который я себе представляю. Пока есть Люк, который отнимает моё дыхание, я счастлива в любом месте. И именно это он и делает, с каждым поцелуем и каждым любящим жестом. Но когда я начинаю медленно утягивать нас в гостиную, Люк останавливает меня и прижимается своим лбом к моему. Рука, которая ранее оказывала поддержку моей спине, теперь успокаивает и крепко держит.
— Я всё ещё не могу понять, — признается он.
— Чего?
— Ну, я никогда не верил, что ты можешь меня спутать! Я имею в виду…
— … не было ли это очевидным? — договариваю я и закрываю глаза в смущении. — Да, ты прав! Оглядываясь назад, я не понимаю, как могла придерживаться абсурдной теории, что ты — Серджу.
— Думаю, в клубе «СКАЙ» я даже поцеловал тебя.
— Я не смогла опознать тебя!
— А мой голос?
— Маска!
— Когда я тебя обнял во время танца, а затем повторил спустя несколько часов, разве ты не заметила, что это один и тот же человек?
— Люк, для меня ты и Скай совершенно не соответствовали друг другу. Даже когда я думала, что ты можешь им быть, мои предубеждения сразу отметали такую возможность. Можешь считать меня глупой и слепой, но даже после того короткого момента, когда я видела твои губы, я всё ещё могла поклясться, что ты — Серджу.
Его взгляд немного темнеет и направлен на что-то позади меня. То, что очевидно, существует только в его воображении.
— Это не имеет ничего общего с глупостью. Я ещё несколько лет назад заметил, что нижняя часть лица у нас с Серджу похожа.
— Как?
— На новогодней вечеринке.
— Мария? — угадываю я.
— Мы участвовали в игре, где девушки должны были узнать своих парней только по губам. Всё остальное было скрыто за занавеской.
— И Мария выбрала Серджу? — спрашиваю я недоверчиво, хотя сама попадаюсь на это.
Люк сначала кивает, а затем качает головой.
— Подожди, теперь я…. Значит ты проиграла пари, потому что сознательно противопоставляла Ская и Серджу?
— Да.
— Ты хотела меня? — продолжает он давить и получает ещё одно согласие. — Теперь я должен усомниться в зрелости твоих действий!
— Что? Почему?
— Никто в здравом уме не выбрал бы меня, если бы у него были Скай и Серджу!
— Видишь ли, мы кажется уже решили вопрос по поводу моего интеллекта! — замечаю я, освобождаясь от его объятий.
— Эй, золотце! — останавливает меня Люк. — Ты самая умная, симпатичная и дорогая мне блондинка во всем мире.
— Серьёзно? — огрызаюсь я, оскорбленная.
— В конце концов, ты убедишься, что это всего лишь забавная история, которую мы сможем рассказать нашим внукам.
— Чтобы сделать это, для начала у нас должны появиться дети, а с этим придется подождать! — поворачиваюсь я с широкой усмешкой.
— Почему?
Я кладу руку ему на шею и притягиваю его голову к себе, чтобы шепнуть на ухо. Но его кожа такая теплая и так хорошо пахнет, что сначала я целую её.
— Почему? — повторяет он с нетерпением.
— Спор! — напоминаю ему. — Я проиграла его.
— Частично.
— Неважно, частично или нет, и как я это вижу, ты хочешь пойти мне навстречу в одном пункте. Но я не могу настаивать, чтобы то же произошло и с другими!
— Давай! — требует он сразу же.
— Что?
— Ты хочешь встретиться на репетиции.
Я разыгрываю наивность и качаю головой.
— Как ты это понял?
— Давай просто скажем, что я это почувствовал!
— Рада за тебя.
— Я думаю, ты уже знаешь, что эта отговорка не сработает?
Это мы ещё посмотрим.
«… во всём, что я могу!»
***
Независимо от того, насколько мне нравится флиртовать с Люком, отпустить всю боль последних трех месяцев и наслаждаться сотворенным облегчением, мы вспоминаем про звонок Давида.
 
И в этот миг мне хочется разорваться. С одной стороны, не хочу надолго оставлять маму и Давида с мыслями, что я брожу где-то там по улицам. С другой — не хочу оставлять Люка. Нет, только не после того, как мы наконец обрели друг друга!
— Позволь мне, — Люк приподнимает моё лицо, приводит мои волосы в порядок и большими пальцами гладит мои скулы.
— И? Плохо или всё же приемлемо?
— Ты прекрасна, дорогая! Просто немного уставшая, — заверяет меня парень, отчего я начинаю сиять. — Да! Именно этого не хватало.
Супер! Теперь мои щёки по цвету могут конкурировать с клубникой.
— Пойдем, — прошу я.
— Куда?
— К Давиду, праздновать мой день рождения! Завтра мы свободны, впереди выходные.
— И ты думаешь, что всё в порядке?
— Я не хочу гигантскую вечеринку, лишь безобидные посиделки со всеми моими близкими.
Люк мгновение это обдумывает, затем спешит надеть ботинки, помогает мне с курткой и подталкивает меня к двери.
— Иди и проверь обстановку, а я должен раздобыть ещё один подарок! — объясняет он мне свою спешку.
— Должен?
— Да, должен! — прерывает он меня, пока мы спускаемся. — Кроме того, ты сама виновата в том, что я теперь не могу просто прийти! Ты должна была позволить мне рассказать Давиду, что ты со мной.
— Знаком с термином «действие по типу короткого замыкания»? — спрашиваю я. (прим. пер.: действие по типу короткого замыкания — исключительное состояние, возникающее под влиянием случайной внешней причины на фоне длительно скрываемого интенсивного эмоционального напряжения с доминированием в сознании представлений, связанных с источником этого напряжения).
— Знаком — да! Понимаю — нет! — отвечает он. — Иди. Я жду в ближайшие пятнадцать минут отчета о ситуации.
С последним поцелуем я отталкиваю его и смотрю, как он бежит к своей машине. Мой Люк! Преимущественно парень мечты, образ мышления которого я никогда не могу понять.
Как только его тюнингованный автомобиль исчезает за поворотом, мне ничего не остается, кроме как пойти домой.
Едва я переступаю порог, как меня обнимает женщина, которая отдаленно напоминает мою мать.
Ну, хорошо, это мама, но я должна дважды перепроверить, чтобы сказать это с уверенностью.
— Где ты была, Райс? — спрашивает Давид, выглядя при этом обеспокоенно.
Я пожимаю плечами и стараюсь оставаться спокойной.
— Гуляла? — отвечаю я.
— Без телефона? — мама размахивает айфоном перед моим носом.
— Именно так! — с энтузиазмом говорю я, как будто подобное уже случалось. Но ни мама, ни Давид не попадаются на эту удочку. Они обмениваются обеспокоенными взглядами, а я на Facebook ищу ЭйприлСкая, снимаю с него блокировку и отправляю запрос на дружбу.
— Райс, мы должны с тобой поговорить, — не оставляет эту тему Давид.
— Да, конечно.
Вместе мы идём на кухню, где я сразу же получаю чашку горячего чая, крепко сжимаю её и занимаю место. Они садятся напротив меня и соединяют друг с другом руки.
— Так это сработало? — спрашиваю я, указывая на их руки.
— По правде говоря…
— … вчера я прислушалась к твоему совету, — говорит мама, прерывая Давида. — Только мы не знали, как ты отреагируешь.
— Вы не знали этого, несмотря на то, что я вас всячески подталкивала? Супер! Я в восторге и даю вам своё благословление …
— И мы собираемся начать, — мама протягивает свою свободную руку ко мне и крепко сжимает её. — Знаю, что ты злишься, но я просто не могу больше хранить это в себе.
— Ты беременна? — восклицаю я.
— Что? — восклицает Давид.
— Нет! — кричат мама и Давид на одном дыхании.
— Нет, не то, чтобы я была против, просто…
— Речь идет о тебе, дорогая! Точнее говоря о Люке, Скае и Серджу… — объясняет она. — Мы долго думали над этим и понимаем, что предаем Люка, но это должно произойти. Для нас слишком велик страх, что мы можем потерять тебя.