Тяжелое сердцебиение (ЛП)
— Без понятия, куда ты хочешь пойти, а я хочу остаться дома!
Она одаривает меня тревожным взглядом, таким же, который достаётся её агенту, когда он поглощает ежедневную порцию жира. Мама всегда говорит, что Зигмунд, я зову его поросенок Зиг, потому что он всегда хрюкает во время смеха и оглушительно громко чавкает во время еды, сам ест свою собственную смерть.
И это «что-к-черту-с-тобой-происходит» взгляд!
— Пожалуйста, малышка, скажи мне, что пошутила! — умоляет она.
— Нет! — качаю я головой. — Это не так. У меня есть одно желание, которое гораздо важнее.
— Ладно, — говорит она протяжно.
Чтобы сказать, чего хочу, я беру её за руку и иду с ней на буксире на поиски Давида.
Мы находим его принарядившимся в гостиной, он переключает каналы и выглядит растерянно, когда я жестом прошу маму присесть рядом с ним.
— Прежде чем начнете задавать вопросы, я хочу вам сказать, чтобы вы этого не делали, — начинаю я. — Сегодня мой день рождения, и поэтому у меня есть право выбора.
— Но ты получишь… — пытается вклиниться Ирен, но замолкает, когда я поднимаю указательный палец.
— Вы оба не против поговорить, — поясняю я. — Если понимание приходит слишком поздно, то для людей, которые вам дороги, вы можете сослужить хорошую службу?
— Да! — говорят они в унисон и мимолетно улыбаются.
— Тогда вы, конечно же, поймете, почему это так важно для меня — предполагаю я.
— Заканчивай уже! — нетерпеливо говорит мама.
— Вы согласны, что настоящая любовь существует, даже с учетом того, что сами страдали от неё? Так? — спрашиваю я и жду, пока они оба не кивнут. На этот раз прямо перед собой, глядя мне в лицо. — Теперь я знаю, что она существует, даже вижу такую любовь перед собой и поэтому надеюсь, что вы встанете, вместе покинете квартиру, разделите прекрасный вечер, а затем вернетесь, когда поговорите. После чего объясните мне, почему я не росла с таким классным отцом. Надеюсь, что каждый из вас попросит друг у друга прощения и, наконец, перестанет убегать от собственного счастья.
У мамы слезы на глазах. Давид потрясен. Сама я подавляю всхлипы и не верю, что действительно только что это произнесла. Тем не менее действую последовательно и игнорирую все их слова, указывая на дверь.
— Пожалуйста!! — снова прошу я надломленным голосом.
— Вот твой подарок… — бормочет мама, когда мы оказываемся в коридоре, и указывает на большой картонный пакет.
— Я клянусь, что открою его только в вашем присутствии, а теперь идите и сделайте меня счастливой!
— Может, ты должна нам…
— ААА! — прерываю я Давида и закрываю уши. — Теперь я по-детски капризна! За это ты можешь поблагодарить себя. Осталось только меня в люльку уложить.
— Я люблю тебя, малышка! — шепчет мне мама и притягивает для поцелуя.
— Да, я тоже, — говорит Давид. — Я имею в виду…
— Да, я вас тоже люблю! Как может быть иначе с такими экземплярами?
Как только дверь закрывается, я опускаюсь напротив и задаюсь вопросом, что должна делать дальше. Это мой первый день рождения, который я не собираюсь проводить за кулисами. Тем не менее, он совсем не похож на то, что я хотела.
Неважно!
Одиночество по правильным причинам дороже, чем по неправильным в окружении кучи людей!
Музыка! Это то, что определяет мою жизнь, и с чего я хочу начать своё совершеннолетие. Во время поездки в тюнингованном драндулете Люка играла классная техно-музыка.
Как только оказываюсь в своей комнате, захожу на «iTunes» и «Амазон», чтобы покрыть мою потребность в роке, тяжелых битах и прекрасных гитарных рифах. Хотя мне интересно, когда я начала слушать такие тяжелые вещи, которые теперь приземляются в мою цифровую корзину.
Ответ шокирует и носит простое и красивое имя: Люк! Еще со школы мужчиной мечты для меня был голубоглазый чувственный блондин. Теперь это полностью уничтожено появлением Люка и заменено на темноволосого, зеленоглазого и упорного. Помимо этого добавлено невероятное количество пунктов, характеризующих отношения.
Но самым причудливым я нахожу то, как он обращается с моим уютным рок-характером. Почти, как если бы он пришел, увидел надпись «Heart Beat» и возился с ней, в принципе ничего не меняя, до тех пор, пока это не становится «Hard Beat». (Прим.: Heart Beat — биение сердца, Hard Beat — тяжелое биение). Это очень символичное изображение этого парня и его влияния на меня.
Некоторое время назад моё сердце билось только для меня, теперь же оно в тяжелом ритме.
И самое лучшее?
Я нуждаюсь в том, чтобы жить и любить это! Сейчас могу с уверенностью сказать: включаем музыку, выключаем беспокойство, включаем кино в голове, я хочу сегодня вечером быть близко к звезде!
***Я думаю, что закон Мерфи существует только в воображении пессимистов, но сейчас мне снова и снова преподается этот урок (прим.: Зако́н Ме́рфи — шутливый философский принцип, который формулируется следующим образом: если есть вероятность того, что какая-нибудь неприятность может случиться, то она обязательно произойдёт).
Я являюсь простым примером того, что, если что-то может пойти не так, то оно пойдет не так.
Только сегодня это действует немного иначе, чем вчера. Сегодня все мои надежды на самом деле уничтожены.
Я не подумала, что должна закрыть жалюзи, чтобы тот, кто звонит в дверь, не узнал, что я здесь. Вряд ли надеялась, что, снизив громкость музыки, услышу, как кто-то костяшками бьет в дверь, чтобы получить доступ в квартиру. Вряд ли представляла, что человек с букетом перед дверью, которого я вижу через глазок, это не курьер «Флероп», а Серджу с большим подарком и ещё большей ухмылкой на лице. (прим.: Fleurop (сокр. от лат. Flores Europae) Флероп — европейская организация по доставке цветов).
И именно в этот момент я официально могу сказать жизни, чтобы она катилась куда подальше!
Ты действительно проигрываешь только тогда, когда сдаешься! И я нахожу это дерьмо реальным!
Кто там хочет надо мной посмеяться?
«Ха — ха!»
Это не смешно и не мило, если вы будете играть с чувствами девушки, которая наконец-то решает внести ясность, и ко всему прочему просит оставить её в покое, чтобы отпраздновать самый уединенный день рождения в истории человечества.
Но он уже здесь и ухмыляется.
Глава 23
Когда милая девушка напилась
Скай
Официально заявляю, что не могу иметь дело с женщинами!
И всё же они мне очень нравятся. Ну, по крайней мере, одна из них и причем настолько, что все другие нравятся гораздо меньше. Ну, хорошо, это особенное существо зовут Капрайс Розенберг, и она мне не просто нравится, я в неё влюблен.
Во время нашего первого чата мне с ней было просто «весело».
После третьего статус изменился на «интересно».
После десятого — «мило».
И тогда всё вышло из-под контроля! Разговоры становятся интенсивными, присутствует ощущение вторжения в личную жизнь, в моё восприятие окружающего и даже в меня самого. Я чувствую себя чудовищем, которое наконец-то находит свою красавицу, и мне ненавистно это чувство.
Теперь ненавижу себя ещё больше, это связано с тем, что я никогда не хотел заставлять мою красавицу общаться со мной. А хотел, чтобы она сама пришла ко мне, и приняла меня, монстра из Фран Сити. Разве это не глупо звучит?
Кто будет достаточно альтруистичен, чтобы принять, что она, семнадцатилетняя молодая девчонка, оценит твою скрытность?
Тьфу!
«Скай, ты чертов идиот, и это твоё наказание!»
Она обводит вокруг пальца парня, который пришел с шикарным букетом и подарком для своей маленькой Прайс, но он поможет её желанию, я цитирую — «…решилась для себя сделать очень важный, давно назревавший шаг…», в последний раз!