Паргелион (СИ)
Воздух сегодня был особенно свеж, и Тео втянул его в себя с удовольствием. Он немного отстал от прочих, позволяя лошади найти свой собственный темп. Старый город, умытый восходящим солнцем, тонул в дымке, рождая удивительные миражи. Там, вдалеке, в долине, располагалась основная его часть — дома тянулись один за другим, стройными рядами. А над ними вспыхивали и меркли солнечные блики и создавалось ощущение жизни. Как будто что-то ещё теплилось там, внутри заколоченных окон, что-то пряталось в подвалах и покинутых комнатах, в обстановке, где всё, по большей части, осталось так, как было шестьдесят лет назад. Иногда Тео казалось, что город просто спит, ждёт, когда вернутся домой построившие его люди. Но это было мечтой, а в реальности мёртвый город ветшал, как брошенные останки, он был добычей, был памятью. А значит, рано или поздно время сотрёт его с лица земли, как и все города, когда-либо существовавшие.
Сегодня химеры шли по маршруту, который они называли дорогой поездов: путь проходил через большую станцию старого города. На заросших рельсах по-прежнему стояли оставленные вагоны. Когда-то они были выкрашены в яркие цвета, но теперь потускнели. Чуть дальше высилось и само здание городского вокзала. В прежние времена, как рассказывал Айвис, люди пользовались скоростными поездами, которые за несколько часов могли доставить их в другие города. Только сейчас многие из этих городов мертвы, так же, как и Венерсберг.
День прошел тихо. Лиза и Алис, которые после своей вылазки, похоже, предпочитали держаться вместе, были не слишком разговорчивы. И группа совсем бы заскучала, если бы не одно происшествие. Возвращаясь обратно, Тео заметил, что вид на вокзал, подсвеченный вечерним солнцем, особенно хорош, и ненадолго спешился, чтобы сделать быструю зарисовку — рисование было одним из его любимых занятий и, как признавали другие, большим талантом. Но только мальчик достал блокнот, который постоянно таскал с собой, из-за деревьев донёсся незнакомый голос:
— Знаешь, Медея, мне надо бы остановиться.
— Что ещё?
— Хорошо, когда у тебя пустой мочевой пузырь, вот что. А когда это не так, то приходит пора его опорожнить.
Тео услышал лёгкие шаги, затем звук, как будто кто-то спрыгнул на землю. Он подошёл поближе к деревьям. Девчонка! А рядом с ней — большой белый робот, то ли кошка, то ли пантера. Тео немедля выхватил из-за пояса эолассо — любой чужак на территории города представлял собой потенциальную опасность. Он шагнул вперёд, и под его ногой предательски скрипнула ветка. Девчонка, которая собиралась сделать свои дела и уже начала расстёгивать комби, вдруг подскочила, увидела его, ловким и очень быстрым движением выхватила из-за спины деревянный лук, прицелилась. Молча разглядывала его несколько секунд, а потом запищала с непривычным для слуха акцентом:
— Эй, чего прячешься? Выходи или иди отсюда. Нечего по кустам шариться.
Тео сделал несколько шагов вперёд и приподнял одну руку, стараясь спрятать оружие за спину.
— Стрелять не нужно, хорошо? Кто ты такая и что тут делаешь?
Девчонка уставилась на него своими большими светло-голубыми глазами.
— Эй, Тео! — раздался вдруг из-за деревьев голос Алиса. — Что ты там застрял? Надо…
Алис застыл, увидев направленную на него стрелу и прищуренные для точности глаза.
— Ого! Это ещё кто?
— Не твоё дело, — ответила девочка, которой на вид было лет четырнадцать, а то и меньше. — Лучше вам свалить подальше и больше тут не отсвечивать! Понятно?!
Алис несколько секунд молча стоял и смотрел на неё. А потом громко заржал. Из-за деревьев показались Лиза и Айвис. Увидев вскинутый лук, Лиза схватилась за эолассо, висевшее у неё на поясе, и вскинула его, готовясь атаковать. Айвис, быстро оценив ситуацию, приподнял руку, давая сигнал подождать с нападением, быстро скользнул по девочке и её белой кошке проницательным взглядом и повторил вопрос Тео:
— Кто ты такая и что здесь делаешь?
— А это не ваше дело! Идите куда шли, и, может быть, я вас не убью!
Айвис улыбнулся, видя, как голубые глаза загораются яростью.
— Осторожно, тут есть кто-то ещё, — заметил Тео. — Она с кем-то говорила.
— Здесь есть кто-то ещё, девочка?
— Нет! То есть да. Там. — Она неопределённо махнула рукой. — Мои друзья. Их больше вас, и скоро они будут здесь. Так что лучше вам…
— Ясно, — прервал её пламенную речь магик. — Обыщите-ка её.
Темноволосая девчонка с двумя косами и ехидными жёлтыми глазами немедленно напрыгнула на потенциальную жертву, сделала какой-то хитрый приём, повалила на землю, уселась сверху, хотя Дара молотила её ногами, сняла с неё сумку, отбросила в сторону, вырвала лук и принялась лапать под курткой.
— А ну отвали, тварь! — верещала Дара, но желтоглазке было нипочем.
— Больше ничего нет.
После чего наглая девчонка наконец слезла.
Тощий, как жердь, парень с хитрыми бегающими глазками и острым носом пошарил в сумке и вытряхнул на землю все её содержимое, включая нож, последние припасы и М3. Последнюю он поднял и принялся рассматривать, несмотря на возмущение Дары.
— Это что?
Темнокожий предводитель удивлённо вскинул брови, но воздержался от комментариев.
— Ты пойдёшь с нами, — сказал он тоном, не допускающим возражений. — Кто ты и откуда у тебя эти предметы, разбираться будем позже.
— Никуда я не пойду!
— Тогда мы заберём твою пантеру и все вещи, — пригрозил остроносый. — А ты иди куда шла.
— Попробуйте! Она на меня настроена, и, даже если вы её заберёте, вам не удастся её активировать.
Темнокожий подумал немного и предложил компромисс.
— Хорошо. Мы оставим тебе твою сумку и… — Он забрал шестигранник у Алиса. — И соломорфа в залог того, что ты пойдёшь с нами добровольно, а потом можешь продолжить путь на своём роботе.
— Не хочу я никуда с вами идти.
— Вариантов всего два: или остаёшься без всего, или имеешь шанс сохранить всё. Хотя нет, есть и третий вариант. Но тебе он пока неизвестен. Решение за тобой.
Дара злобно посмотрела на предводителя, подумала немного и кивнула.
— Ладно. И куда мы пойдём? У вас тут где-то логово?
— Логово? — На лице цвета тёмного ореха появилось некое подобие улыбки. — Можно сказать и так. Мы возвращаемся в Кайро.
Глава одиннадцатая. Решение
Мы будем скитаться мыслью,
И в конце скитаний придём
Туда, откуда мы вышли,
И увидим свой край впервые.
Томас Элиот
Тео не считал себя красивым. Кто-то думал иначе, но эти тёмные, почти чёрные кудрявые волосы, немного загнутый тонкий нос, чётко очерченные скулы и худоба придавали ему сходство с черноперой птицей. Он вовсе не возражал, но у него самого были несколько иные представления о красоте. Жаль только, что Лизе, судя по всему, больше по душе ласточки.
Ничто не выдавало в нем генетически изменённого, если не снимать одежду. А там, на худой спине и выше, по плечам, прорастала блестящая тёмная чешуя. Лет до восьми её и следа не было — она появилась уже здесь, в Кайро. Наверное, это и помогло ему избежать ранней смерти, в отличие от многих детей сиобов. И ещё одна штука, которой он обладал с ранних лет, — умение заставить других делать то, что он хочет. Достаточно было дать команду или мысленно прикоснуться к голове человека, и тот терял самообладание. Многие сиобы способны выстраивать защиту от подобной атаки, осознанно или нет. А вот с обычными людьми работало безотказно. Жаль только, что семью его это не спасло.
Семью он помнил. Помнил их дом, маленький, с черепичной крышей, помнил чёрную пушистую собаку и старшего брата с матерью. Только отца не помнил совсем, может, его и не было. А что потом — всё размывалось, пряталось где-то в глубине памяти. И опускаться туда пока что не хватало смелости. Но часто, лежа по ночам без сна, он думал о доме и о том, живы ли они, мать и брат. Вот бы найти их, вот бы разыскать то место, где стоял их дом. Айвис нашёл его в Вейо — там маленького мальчика приютила в своей ночлежке для однодневных путешественников добрая женщина. Её Тео тоже помнил, но смутно, и, наверное, не узнал бы. На этом все следы и ниточки, ведущие его в собственное детское прошлое, обрывались, и наступало только одно настоящее, которым и стал Кайро.