Тайна из тайн
Пока Лэнгдон размышлял, в голову пришла вторая мысль. Ранее Яначек сообщил ему, что система наблюдения Праги не подтвердила прибытие Кэтрин в бастион, потому что — к досаде капитана — вездесущая система камер столкнулась с беспрецедентной "мертвой зоной", затемняющей пространство вокруг лаборатории Гесснер.
Система видеонаблюдения Праги — это сеть "Эшелон"… под управлением ЦРУ.
Теперь все сложилось, и Лэнгдон начал сомневаться в статистической малой вероятности того, что частная лаборатория Гесснер расположена на хребте прямо напротив "Порога" — секретного проекта, в котором она работала.
Если только они не связаны…
Для Лэнгдона логика размещения секретного разведывательного объекта под парком Фолиманка была понятна — естественная маскировка, доступ к ресурсам, существующая инфраструктура, — но ему было сложно поверить, что "Порог" построен с единственной точкой доступа… только один вход и выход. Такая конструкция стала бы смертельной ловушкой при пожаре или чрезвычайной ситуации, что выглядело несообразным риском для организации, основанной на стратегии, подстраховке и планировании.
Даже в Ватикане есть тайные пути для эвакуации!
Именно тогда посол сообщил неожиданный поворот: организация, которая тайно приобрела бастион для Гесснер, была не кем иным, как "Q". Инвестиционная фирма предложила ей здание в рамках приглашения в ЦРУ, соблазнив возможностью руководить институтом из такого уникального исторического места.
Но это не настоящая причина,предположил Лэнгдон, разделяя растущее подозрение, что Финч получил бастион не ради привлечения Гесснер… а ради чего-то гораздо более ценного.
Еще один вход в "Порог".
Большинство средневековых бастионов имели уникальную архитектурную особенность — потерну. От латинского "posterior" (задний), потерна буквально означала "чёрный ход" — потайной проход для аварийной эвакуации.
Как объяснил Лэнгдон, древний эстонский бастион в Таллине имел четырёхэтажную подземную потерну протяжённостью более мили, ведущую в подвал близлежащего монастыря. А в словенском горном замке Предъяма, по слухам, существовал шестиэтажный вертикальный ствол с примитивной лебёдкой-"лифтом" для доставки припасов, скота и подкреплений.
У Крестообразного бастиона, размышлял Лэнгдон, наверняка тоже должна быть потерна. И учитывая недавнее строительство в Фолиманке и масштабы проекта "Порог", логично предположить вертикальный ствол под бастионом.
Ранее, в машине, Лэнгдон показал Кэтрин и Нагелю на карте, что современная потерна — существовала ли она изначально или была пробурена строителями — должна опускаться прямо к границам парка Фолиманка и потенциально выходить к стенам бомбоубежища.
Расположение бастиона было идеальным. Удалённый и неприметный, институт Гесснер давал идеальное прикрытие — правдоподобное отрицание для всех, кто здесь появлялся: они просто работали в Институте Гесснер.
Только бы я не ошибался, подумал Лэнгдон, направляясь с Кэтрин к разрушенному входу в бастион.
Это научная лаборатория?
Кэтрин Соломон не верила своим глазам, следуя за Лэнгдоном по роскошному коридору из розового мрамора в просторный атриум с дорогой мебелью, впечатляющими картинами и панорамными окнами с видом на Прагу.
Может, мне стоит устроиться в ЦРУ, подумала она, оценивая, что в "приёмной" Гесснер мог бы разместиться весь штат IONS.
И всё же пространство ощущалось зловещим. Если предположения Лэнгдона верны, этот шикарный "Институт Гесснер" скрывает мрачный секрет — потайной вход в "Порог".
Лэнгдон направился к дальней стене и остановился вплотную к массивной скульптуре из сварных металлических блоков.
Что он вообще делает?
Кэтрин удивилась, когда Лэнгдон схватил скульптуру, сдвинул её в сторону, и та бесшумно скользнула по стене, открывая большую нишу с дверью лифта.
Ну конечно,усмехнулась она про себя, направляясь к Лэнгдону, который придерживал сдвинутую панель. Подойдя, она заметила, что он смотрит куда-то позади неё.
"Что такое?" — спросила она, оглядываясь. "Вон тот диван у стены... он криво стоит."
Кэтрин посмотрела на длинный белый диван.Серьёзно, Роберт?Один его край был чуть отодвинут от стены.
"Утром он стоял ровно, когда я на нём сидел, — сказал он, не отрывая взгляда. — Не знаю, то ли я не заметил, то ли его сдвинули, или..." "Или ты забыл принять таблетки от ОКР?"
"Прости, — переключился он. — Эйдетизм иногда мешает."
"Видимо, — улыбнулась она. — Будем исправлять этот фэн-шуйный коллапс или всё-таки попытаемся найти эту лабораторию и спасти себе жизнь?"
"Ладно." Лэнгдон провел ее в слабо освещенную нишу.
Внутри Кэтрин заметила подсвеченную сенсорную панель рядом с дверью лифта. "Этой панелью пользуется только Бригита," — объяснил Лэнгдон. — "Так она попадает в свою личную лабораторию этажом ниже."
"Но ты считаешь, что есть еще один вход в Порог, скрытый где-то здесь?" — спросила Кэтрин.
"Да, более того, думаю, он прямо перед нами." Он указал на лифт. — "Если я прав, шахта уходит гораздо глубже — но чтобы спуститься в сам Порог, нужна RFID-карта, как та, что мы видели в портфеле Гесснер."
Он показал на изящную круглую панель из черного стекла, вмонтированную в стену прямо над клавиатурой. Кэтрин не заметила ее раньше.
Считыватель RFID.
"Я обратил внимание на считыватель утром, но только в резиденции посла понял его назначение. Тогда меня осенило, почему у Гесснер два способа доступа к одному и тому же лифту. Если я прав, то нам нужна только карта из ее портфеля, которую я видел ранее в ее лаборатории внизу."
Лэнгдон уже набирал код на панели.
"Так ты действительно разгадал код?" — спросила Кэтрин. — "Арабская дань древнегреческому... с лимонным акцентом?"
"Латинским," — поправил он с улыбкой. — "Ты была пьяна." Он закончил ввод кода, и лифт ожил.
Впечатляет, — подумала Кэтрин. Объяснит позже.
Лифт ехал подозрительно долго, но когда он прибыл, Кэтрин отметила несоразмерно большой размер кабины — странно просторной для личного пользования Гесснер.
Скорее рассчитанной на перемещение оборудования и персонала.
Логика Лэнгдона пока не давала сбоев. Они вошли и спустились на один этаж.
Когда двери открылись, перед Кэтрин предстал длинный коридор с каменными стенами, полированными инкрустированными полами и современными точечными светильниками. Возникало ощущение, что Старый и Новый Свет достигли здесь какого-то неуклюжего компромисса.
Выходя, Лэнгдон указал на еще один считыватель RFID, и Кэтрин кивнула. Они двинулись вперед. Ей не хотелось видеть жуткую сцену впереди, которую Лэнгдон подробно описал, но ее уверенность в правильности его теории росла. Если он прав, план был прост: получив карту Гесснер, они спустятся к Порогу.
Они прошли мимо кабинета Гесснер и Саши, лаборатории МРТ-сканирования и двери с пиктограммой человека в VR-очках.
Ее лаборатория виртуальной реальности, — вспомнила Кэтрин разговор Гесснер за вчерашним ужином. Тогда она не придала этому значения, но теперь, после разговоров об эпилепсии Саши и внетелесном опыте, задумалась — может ли VR быть как double пространственно воплощать обратное?Как искусственный внетелесный опыт…
"Портфель Бригиты..." — голос Лэнгдона прервался. — "В конце коридора. Вместе с... ее телом."
Кэтрин взглянула на внезапно побледневшего Лэнгдона. "Ты в порядке?"