Тайна из тайн
Мысли Лэнгдона вновь вернулись к тому, что говорила ему Кэтрин о своей рукописи и открытиях — мозговые фильтры, ГАМК, нелокальное сознание. Почему ЦРУ вообще должно это волновать?
"Вы только что сказали, — настаивал Лэнгдон, — что мистер Финч считает книгу Кэтрин угрозой для ключевого проекта "Q"… что наводит на очевидный вопрос: вы знаете,что это за проект?"
"Я знаю, что он связан с секретным объектом ЦРУ здесь, в Праге."
"В Праге?" — Лэнгдон удивился. "Вы шутите? Чем они там занимаются?"
Нагель раздраженно покачала головой. "Не знаю. Могу только сказать, что у объекта есть кодовое название. Они называют его "Порог"."
ГЛАВА 81
Мне предоставили очень мало информации, — сказала Нагель, пока они втроем сидели в тесной котельной под виллой. — В агентстве утверждают, что я изолирована в интересах моей же безопасности. Все, что я знаю, это то, что сам директор ЦРУ считает проект "Порог" самым важным начинанием агентства… абсолютно критичным для будущей безопасности.
Это смелое заявление повисло в воздухе.
— И вы не вовлечены? — спросил Лэнгдон.
— Только как политический посредник, — ответила она. — Три года назад за моей спиной ЦРУ организовало мое назначение послом здесь, чтобы использовать меня как дипломатическую пешку — своего инсайдера в посольстве, который будет подчиняться Финчу и помогать обходить юридические препоны, связанные с тайным строительством объекта "Порог".
— И вы до сих пор не знаете, что это за операция? — удивился он.
Нагель покачала головой. — Я знаю, что это научно-исследовательский объект. Судя по немногим словам Финча и участию Бригиты Гесснер, я почти уверена, что они занимаются какими-то исследованиями мозга… возможно, связанными с человеческим сознанием, но усиленные меры военной безопасности говорят о том, что там происходит нечто большее, чем просто научное любопытство.
Кэтрин, кажется, была поражена. — Объект уже функционирует?
— Сооружение построено, но пока не запущено на полную мощность. Я знаю, что они проводили некоторые изолированные тесты… и, судя по всему, успешно, потому что сейчас активно готовятся к полноценной работе; персонал проходит обучение на территории США, и объект должен заработать в течение нескольких недель.
— И этот объект находится здесь, в Праге? — уточнила она.
Нагель запнулась, словно в последний раз решая, стоит ли раскрывать детали. —Технически под Прагой, — сказала она наконец. — Весь комплекс подземный.
На мгновение Лэнгдону вспомнился нижний этаж маленькой лаборатории Гесснер. — Надеюсь, не в Бастионе Распятия?
— Нет, — ответила посол. — Это частная лаборатория Бригиты Гесснер. ЦРУ вложило средства в ее технологии, но "Порог" находится в другом месте. Недалеко от бастиона, но занимает более десяти тысяч квадратных футов площади.
Десять тысяч квадратных футов?! И все под землёй?! — Как вообще можно было построить что-то настолько масштабное втайне под таким городом?
Нагель пожала плечами. — Довольно просто — основная конструкция уже была. ЦРУ взяло ее под контроль и перестроило. Хотя официально этим занимался Корпус инженеров армии США.
Лэнгдону понадобилась всего минута, чтобы сложить пазл.
В 1950-х годах в Праге был построен один из крупнейших в Европе бомбоубежищ советской эпохи. Говорили, что огромная сеть сырых подземных камер вмещала около 1500 человек и включала собственную электростанцию, систему воздушной фильтрации, душевые, туалеты, зал для собраний и даже морг. Убежище давно забросили, хотя его часть до сих пор открыта для туристов.
— Убежище Фолиманка… — прошептал Лэнгдон, пораженный, понимая, что буквально несколько часов назад ходил прямо над этим бункером; он был скрыт под просторным парком Фолиманка.
Лэнгдон никогда не был внутри, но видел вход для туристов — бетонный туннель, разукрашенный граффити с изображениями ядерных взрывов и надписью KRYTFOLIMANKA, которую он сначала принял за Крипта Фолиманка, но потом узнал, что это означает Убежище Фолиманка.
Хорошо известная туристам часть бункера — на восточной окраине парка Фолиманка — была относительно неглубокой, в неплохом состоянии и безопасна для посещения. Однако большая часть убежища уходила глубже и дальше в парк. За десятилетия этот огромный лабиринт туннелей и камер затопило; они пришли в упадок, были запечатаны и забыты.
Посол быстро объяснила, как ЦРУ удалось взять под контроль заброшенную часть бункера. Будучи членом НАТО, правительство США регулярно сотрудничало с Чехией в военных и политических вопросах. Иногда это включало помощь в гражданской инфраструктуре — в случае с парком Фолиманка решался вопрос, как спасти его территорию, которая, по словам властей, начала оседать, что создавало угрозу провала в разрушающиеся пустоты под ней.
"Кавалерией" выступил Корпус инженеров армии США, который проложил новый вход на западной окраине парка и начал многолетний проект по осушению, герметизации и укреплению обширной системы бункера.
Сейчас проект близок к завершению, но посол рассказала, что теории заговора против США все еще витают в воздухе:парк Фолиманка никогда не оседал… Его перестраивали в секретную тюрьму… или бункер для химоружия. Другая версия гласила, что глубоких пещер вообще не существовало и США их выкопали — подозрения подогревало отсутствие надежных чертежей советской эпохи, которые либо никогда не существовали, либо были тщательно стерты из истории.
Какой бы ни была правда, Лэнгдон не мог не восхититься дьявольски простой уловкой, хоть и с одним очевидным вопросом. — Зачем строить здесь? — спросил он. — Почему бы не разместить "Порог" в каком-нибудь складе в пустыне Аризоны?
— Довольно просто, — ответила Нагель. — Густонаселенные урбанизированные зоны обеспечивают камуфляж от спутникового наблюдения, чего не добиться при переброске материалов и персонала в пустыню. Сейчас многие развед-объекты переносят в города, а выбор места вне США позволяет минимизировать контроль Конгресса и юридические ограничения.
Последнее заявление прозвучало зловеще. — Почему вы говорите нам все это? — удивился он откровенности посла.
— Да, — поддержала Кэтрин. — Это похоже…
— На измену? — Взгляд Нагель стал отстраненным. — У меня личные причины. Но что бы ни случилось со мной, поверьте — моей главной задачей будет обеспечить вашу безопасность.
Лэнгдон понимал, что осталось много вопросов, но склонялся к тому, чтобы доверять ей.
— Но я должна вас предупредить, — сказала Нагель, — вы имеете дело с могущественными силами. В орбите ЦРУ и "Порога" ставки невообразимо высоки — и, честно говоря, люди погибают. Она вздохнула и взглянула на Лэнгдона и Кэтрин; на мгновение ей, казалось, вот-вот заплачут. — Доктор Гесснер погибла прошлой ночью, но она не единственная жертва. Только что пришло известие, что мой юридический атташе Майкл Харрис найден мертвым полчаса назад."
Лэнгдону стало дурно при воспоминании о его общении с Харрисом в отеле всего несколько часов назад. "Мне так жаль", — прошептал он.
Нагель тихо объяснила, что тело Харриса было найдено в квартире Саши Весны, с которой у него были "ненастоящие" отношения — слежка по приказу мистера Финча, который хотел держать под контролем российскую ассистентку Гесснер. Местонахождение Саши оставалось неизвестным, но Нагель не питала оптимизма.
Лэнгдон тут же обеспокоился за безопасность Саши.
Посол сжала губы и тяжело вздохнула. "Я несу прямую ответственность за смерть Майкла Харриса… и буду нести этот груз вечно". Она подняла глаза, встретившись взглядом с обоими, и заставила себя выпрямиться. "Я не знаю, как начать искупать вину за Майкла и за слепое подчинение приказам Финча… кроме как сделать всё, что потребуется, чтобы исправить ситуацию и защитить вас обоих".