Аксиома Эскобара: Дьявол имеет свой почерк (СИ)

— Мы кое-что сделали, — старик отхлебнул кофе и довольно зажмурился. — Мы продали своё безразличие. И продали его за очень хорошую цену.
— Но уважение…
— Я не хочу войны из-за какого-то идиота, что-то не поделившего с людьми на другом конце света, если мне платят за беспокойство. И эти сумасшедшие колумбийцы только что мне заплатили.
Он посмотрел в окно, где начинался новый день. Мир менялся. Появлялись новые игроки, более дерзкие, более безжалостные и невероятно богатые. И старые волки, вроде дона Винченцо, должны были решать: воевать с ними или брать с них дань. Сегодня он сделал свой выбор. Выгодный выбор. А войну с призраками, которые умеют находить своих врагов даже спустя два года на другом конце света, он с радостью оставит другим. По крайней мере, сегодня.
  
 Глава 16 
Пабло, развалившись в кресле в своем кабинете в Napolese, задумчиво смотрел на огромную, на большую часть стены, карту Колумбии.
Не так давно колумбийско-американская специальная группа уничтожила последнего сколько-нибудь крупного производителя кокаина — не считая, естественно, лос Паблос — и теперь постепенно сворачивала деятельность. Эскобара это устраивало: в конце концов, так меньше шансов, что вскроется какая-то уже из его операций.
Фактически, конкуренции внутри страны у него не осталось. Какие-то одиночки вполне могли ещё существовать, но, по большому счету, это уже не имело никакого значения. Это если смотреть с точки зрения именно конкуренции: потому что в некоторых других разрезах их наличие было даже и полезно — время от времени их будут ловить и с помпой сажать, демонстрируя неустанную борьбу с наркотиками.
Вот только был ещё один источник «товара», до которого ранее Пабло добраться не мог. И ладно бы только порошок — в конце концов, там тоже объемы совсем не потрясали воображение — но и политическую нестабильность. А вот это самоназначенному «серому кардиналу» совсем не нравилось, и терпеть он этого совсем не собирался.
Речь шла о двух крупных революционных организациях: М-19 и ФАРК.
И особенно напрягала, конечно, ФАРК, официально ставившая своей целью свержение колумбийского правительства и установление социалистического режима через вооружённую борьбу. К 1982 году она существовала уже почти 20 лет и превратилась из небольшой крестьянской самообороны в серьёзную военную силу. В известной Эскобару реальности они в мае 82-го провели свою 7-ю Конференцию, ставшую для них во многом переломной, где они перешли от обороны к наступлению и начали стремительно наращивать численность. Но мир уже слишком изменился, и Конференция переехала на несколько месяцев «вправо». Что, в общем-то, Пабло устраивало — распылять своё внимание в мае ещё и на это он попросту не мог. Мальвинского конфликта и Ирландии ему хватало за глаза — и это не считая истории с Аврокотосом.
Плавно поднявшись из кресла и потянувшись, он с мрачноватой ухмылкой посмотрел на толстые папки, несколькими стопками возвышающиеся на столике у стены. Результат работы трех лет. С 79-го года, с самой атаки М-19 на его офис, он собирал это…досье. Его люди, как аналитики спец. подразделения, так и фальшивые боевики из созданной им самим «Верной М-19», копались во внутренностях этих революционных движений. Фальшивый раскол, где под контролем Эскобара оказалась якобы более радикальная организация, стала золотым ходом. Никто даже не рассматривал сценарий, в котором «Верная М-19» работала не на саму себя. А значит, невинные или даже опасные вопросы его людей не вызывали особых подозрений — хотя бы потому, что эти самые вопросы часто считались лишь попыткой вербовки и перетягивания на свою сторону, а не чем-то более опасным.
Так что информация лилась рекою и активно копилась. И теперь эта река должна была превратиться в потоп, который смоет этих самозваных «борцов за свободу» с лица земли. Потому что терпеть у себя под боком столь мощную вооружённую силу, которую он не контролировал, Пабло больше не мог. Они мешали его легальному бизнесу, пугая его партнёров из-за рубежа и туристов и осложняя операции по отмыванию капиталов. Они мешали его нелегальному бизнесу — порой угрожая крестьян, выращивающим коку или уничтожая лаборатории коки в джунглях.
Но это, по большому счету, было мелочью. Самым главным их проступком оставалось то, что своим существованием они фактически бросали вызов его планам. А его планы были важнее всего остального. Важнее даже него самого.
Почему он позволял до сей поры им существовать и не нанёс удар раньше? Так потому, что даже такого объема шпионских данных не хватало, что бы нанести смертельный удар. Пабло Эскобар предпочитал простой подход: уж если бить, то бить насмерть, чтобы с одного раза всё заканчивалось. Вот как с Британией. Ну и, конечно, требовалось «расчистить поляну» от конкурентов и обеспечить проникновение в силовые структуры: в полицию, армию, суды.
Тем более что задержка себя оправдывала. С каждым месяцем активной разведки люди Эскобара находили всё больше и больше того, чего и можно было бы ожидать от любого революционного и псевдо-революционного движения. Гниль, предательство, глупость, жуткие преступления…и — что самое главное — уязвимости. Тысячи уязвимостей.
Пабло, листая отчёты, поцокал языком. Вот, к примеру, один из отчётов по М-19. Здесь были не только имена всех командиров среднего звена, но и где — и что — они любят выпить, с кем спят, кому должны денег, какие у них слабости.
А вот другая папка — расписание их патрулей в джунглях, места расположения ухоронок с оружием, базы, конспиративные квартиры, пароли, явки…
С ФАРК было сложнее, конечно. Те прятались в сельве, конспирировались жёстче, почти не лезли в города. Но и там нашлись слабые звенья, и там нашлись предатели. Потому что сложно сопротивляться принципу «серебро или свинец». Особенно, когда серебра много. Легко отказаться от ста долларов. Гораздо тяжелее — от десяти тысяч. И совсем тяжело — от миллиона. А когда альтернатива у тебя в лучшем случае быть застреленным…
И самое важное — как раз Конференция. На ней будут лидеры, на ней будут принимающие решения. И Пабло знает, где ожидать её проведения. Вплоть до здания.
Ничего не изменилось с той реальности — Каса-Верде, муниципалитет Урибе…Фактически — основная штаб-квартира ФАРК.
Если дать провести эту самую сходку, то проблема начнёт расти — именно там приняли решение о наращивании численности и гораздо более активном участии в наркотраффике. И за десять лет полторы тысячи бойцов превратились в почти двадцать тысяч.
Вот только теперь, когда у Пабло есть всё, что только можно…поражение бедняг стало необратимым.
Дверь кабинета тихо открылась, и внутрь вошёл Густаво Гавирия. Кузен, хоть и был одет с иголочки — брюки и рубашка от Армани, ботинки от их личного сапожника — выглядел устало. Однако, он оставался одним из немногих, кому Пабло доверял полностью, без всяких оговорок. Да что там «одним из немногих» — единственным. Кузен был не просто родственником; являясь продолжением воли Эскобара, его тенью и голосом в мире криминала и нелегального бизнеса. И ещё одной головой, обдумывающей планы Пабло.
— Ну что, hermano, — Пабло отложил папку и жестом пригласил Густаво присесть. — Готовы наши подарки для генералов и янки?
Густаво кивнул, удобно устраиваясь в кресле.
— Готовы, Пабло. Всё упаковано, как ты и просил. Отдельные досье на каждого крупного и среднего командира М-19. Места дислокации, схемы охраны, распорядки дня. По ФАРК — координаты всех основных лагерей, маршруты перемещения, точки снабжения… Всё, как на ладони.
  
— Честно говоря, я всё еще в сомнениях насчет Фернандо, — задумчиво покрутил поднятым со стола «паркером» Пабло. — Он наш основной игрок в армейской среде и я побаиваюсь вот так засовывать его под свет софитов. Я не хочу, чтобы у кого-то возникли вопросы, и уж тем более, чтобы Фернандо грохнули.
— Никаких вопросов не возникнет, — уверенно сказал Густаво. — Всё будет выглядеть как результат блестящей работы его собственной агентуры. Тем более что часть информации пойдет по альтернативным каналам.