Лжец. Вернуть Любовь

– Что ж, Ильяс, – перебил меня дядя Саша. – Мне все ясно. Я буду защищать свою дочь до последнего. И защищать ее как я вижу, нужно от тебя. Если ты так вопросы решаешь, тогда я понимаю, почему Дашенька уехала не поговорив. Какие уж тут разговоры, если один твой звонок, и ты запрешь на законном основании свою жену у себя же в доме. Это не по-мужски. Мне не о чем больше с тобой говорить.
  
Мужчина спокойно развернулся и зашел обратно в дом. Я же стоял в полнейшем бешенстве внутри. Хотелось немедленно вызвать сюда нужных людей и забрать Дашку и Ромку. Хотелось разнести к чертям этот дом! Но как мне ни хотелось этого признавать, но дядя Саша прав. Так дела не решаются. Я должен нормально поговорить с Дашкой. Хотя бы постараться. И это явно произойдет не сейчас.
Поэтому в этом захолустье мне нужно срочно найти место, где я смогу поесть и поспать. А завтра уже буду думать что делать.
 
Глава 9
 
Наверное, утомление после поезда и стресс после предательства мужа сильно на мне сказались, потому что я уснула уже в девять вечера. Как и Ромка, который набегался перед сном с дедой, а потом еще выкупался и поел как следует. Поэтому сон накрыл нас быстро.
Однако утром в семь часов мы уже были на ногах. Ромка повел меня на зарядку и на утреннее умывание. Мой папа тоже вставал рано, поэтому я быстро узнала, что Ильяс приходил вчера.
– Уверен, он придет еще раз, – тихо сказал мне папа, пока Ромка весело умывался и отплевывался от мыла.
– Спасибо, пап, – я одарила его нежным взглядом. – В следующий раз я сама с ним поговорю.
– Может ты скажешь, что случилось? – он взглянул на меня одновременно ласково и строго.
– Пап, он… обманул меня, – я постаралась завуалировать правду. – Я не представляю, что после такого обмана я как раньше буду жить с ним в одном доме. Что доверю ему Ромку. Что попрошу его хоть о чем-нибудь, даже если мне очень будет нужно. Я потеряла к нему доверие, а ведь это самое главное в отношениях.
– Ладно, – кивнул папа. – Но все равно. Не выходи к нему одна. Я выйду с тобой, но подслушивать не буду.
У меня сердце в груди сжалось от любви к папе. Он собирался защищать меня и Ромку вопреки всему. Не знаю, решал ли папа хоть раз вопросы уличной дракой, но в свои почти шестьдесят, он готов был на это. Хотя Ильяс в миллион раз сильнее его. Хотя мой муж три раза в неделю во время обеденного перерыва занимался борьбой. Но даже в этом случае, мой папа был готов вступиться за меня.
Мои глаза наполнились слезами, но, к счастью, Ромка меня отвлек.
– Мама, твоя очередь умываться, – сын дернул меня за рукав.
Я была этому рада. Сантименты были не приняты в нашей семье. Мы очень любили друг друга, но не говорили это прямым текстом. Так же как и не выражали сантименты. Но разве все это было важнее настоящих чувств?
Поэтому я поспешила склониться над раковиной и смыть назревшие слезы.
– Деда, а что мы сегодня будем делать? – Ромка весь подпрыгивал от нетерпения.
– А что ты хочешь? – мой папа присел на корточки.
– Давай забор красить! – Ромка обвил его крепкими ручками вокруг шеи.
– Забор… – задумался папа. – Может, начнем с ограждений в саду? Нужно отгородить деревья по кругу, чтобы по осени сложить там опавшие листья.
– Тогда давай забор для деревьев! – обрадовался Ромка.
– Отлично, мы сейчас все подготовим, потом позавтракаем, и приступим, – папа увел Ромку из ванной, продолжая рассказывать ему планы на день.
Я же выдохнула плохое настроение, еще раз умылась и решила заняться завтраком.
К этому времени проснулась мама и мы на пару заняли кухню. Правда, хозяйка из меня была не очень. Я ужасно не любила готовить, а в замужестве совсем разучилась это делать. У нас была своя кухарка и глупо было не наслаждаться такой роскошью.
Мама только посмеивалась надо мной с утра, видя с какой неловкостью я исполняла ее просьбы. Но она старалась меня повеселить, чтобы мы обе не впали в депрессию.
Наконец завтра был готов, и мы уселись за стол.
Ромка уплетал за обе щеки, торопился и дергался лишь бы быстрее покончить с завтраком. Однако в этот момент раздался звонок в дверь, и мамины собаки принялись поскуливать у ворот. Значит, пришел кто-то свой.
– Но сейчас только девять, – я с тревогой взглянула на часы. – ОН спит до полудня в выходные.
Все прекрасно поняли кого я имею в виду.
– Я пойду, – я встала из-за стола.
– Я с тобой, – вызвался папа.
– И я! – подскочил Ромка, но моя мама его остановила:
– Ром, а ты видел, что у нас ежик появился? Мы его кормим утром и вечером. Вчера ты уже заснул, но сегодня можно на него посмотреть. Он очень любит колбаску.
– Хочу! – Ромка тут же забыл о незваном госте и стал собирать ломтики колбасы с тарелки.
Мы же с папой направились к калитке. Спросив кто там, мы узнали что снаружи Ильяс. И он явно был очень зол.
– Пап, я сама, – решилась я. – Пожалуйста. Я позову тебя, если что. Но позволь мне самой поговорить.
Я понимала, что не смогу все высказать Ильясу, если папа будет меня слышать. Папа не желал меня отпускать, но все же я настояла и вышла.
– Ну и что это такое? – сразу спросил Ильяс, уводя меня подальше от ворот. – Что ты тут устроила?
– Отпусти меня, – я старалась сохранять спокойствие. – Я не разрешаю тебе меня трогать.
– Ты моя жена. А значит, я буду трогать тебя где захочу, – он придвинул меня к себе максимально близко.
– Скоро я ею не буду. Ты нас предал! – я выкрикнула свою боль. На долго моего спокойствия не хватило. – Променял нас на свою секретаршу!
– Это было ошибкой, – раздраженно выдохнул Ильяс. – Кто не оступается? Не делай глупостей.
– Моей глупостью было то, что я не замечала как ты задерживаешься на работе, – я не смогла сдержать слез. Слишком остро горела сейчас во мне обида. – Как неделями не подходишь ко мне. Я все думала, что ты уставал, но теперь вижу как именно ты уставал.
– Кисуль, не устраивай драм, пожалуйста, – Ильяс устало прикрыл глаза. – Я просто оступился один раз. Забылся. Я был весь на нервах, а Марина случайно подвернулась…
– Замолчи! – я по-детски закрыла уши руками, все еще оставаясь в его объятьях. – Я не хочу тебя слушать!
– Нет, тебе придется меня слушать! – не выдержал он и повысил голос. – Я – твой муж. Ты зависишь от меня. У нас общий ребенок. Сама же потом жалеть будешь.
– Единственное, о чем я буду жалеть, это о том, что позволила тебе так обращаться со мной, – я вся побледнела от своей смелости. – Но больше такого не будет. Я не позволю тебе вытирать об меня ноги. Ты больше никогда не увидишь ни меня, ни своего сына.
– А вот это мы еще увидим, – угрожающе зашипел он, а затем прижал меня к себе еще ближе....
 
Глава 10
 
– Не трогай меня, – мой голос дрогнул.
Я всегда понимала, что Ильяс не белый и пушистый. Никогда таким не был и не будет. Видела его и в гневе, и в раздражении, и просто недовольным. Даже недовольство было сложно перенести, а уж что-то эмоционально бОльшее и подавно. И я как человек не привыкший к конфликтам, терялась в таких ситуациях.
Для меня мой папа был извечным примером: благородный, сдержанный, интеллигентный. Он ни разу за всю мою жизнь не повысил на маму голос, ни разу не сказал грубого слова. Ильяс был не таким. Он тоже ни разу меня не оскорбил за все время. Ни разу не прикрикнул. Но я видела каких усилий ему порой это стоило. И все же он всегда сдерживался. А сдержится ли сейчас?
– Буду трогать, – шепнул он мне в шею.
Затем завел за угол дома и с силой прижал к стене.
  
– Ты – моя, и я тебя никуда не отпускал, – его горячие ладони поднялись вверх от моей талии, а его губы были в опасной близости от моих.
– Нет, – твердо сказала я. – Стоит мне только крикнуть, как папа вызовет полицию. И позовет всех соседей. Никто не позволит тебе применить на мне силу.
Это на мгновенье подействовало и Ильяс гордо отступил. Я же поспешила пойти обратно в дом, но он меня остановил: