Лжец. Вернуть Любовь

Продолжила работать. Зато я после этого ни о чем другом думать не мог. Уже на тот момент хотелось, чтобы больше на нее никто не смотрел. Никто не смел заигрывать с ней, кроме меня.
Даже мать моя и то сказал, что вот уж действительно достойная девушка. Не охотница за деньгами. Сама благословение дала. Сказала, что может хоть Дашка из меня гориллу вытравит и человеком сделает. Однако настояла, чтобы я всё-таки брачный договор составил с условием, что все имущество после развода останется за мной.
  
Даше достанется лишь квартира в городе – и так роскошный подарок в ее положении. Однако Дашка заявила, что ни я, ни квартира ей не нужны.
Вот и добивался я эту крепость неприступную несколько месяцев. Мать окончательно влюбилась в нее и заставила меня поехать к родителям Даше в какую-то глушь и там просить ее руки.
Так и сделал. Только после этого Даша, наконец стала моей.
И я ни разу не пожалел о нашем браке. Пять лет вместе. Потом родился Ромка. И ещё пять лет вместе. Да, в последние пару лет у нас не клеилось, но я бы хрен когда задумался о разводе.
Я все ещё был влюблен в эту по-прежнему неприступную интеллигентку. Просто думал, что вот разгребусь с делами и все. Вот ещё немного, и я увезу куда-нибудь семью на отдых.
А тут такое!
Да я ее из-под земли достану! Моя она! Только моя! Дура провинциальная! Из-за какой-то ерунды нос воротит! Куда она без меня?! Найду и выдеру как следует. Пусть знает от чего я ее уберегал!
Со злости лупанул кулаком по зеркалу, пытаясь хоть так вытравить то, что написала эта интеллигентка.
Что я с тобой сделаю, Даша, когда найду! Так вытрахаю, что на своих двоих стоять не сможешь. На четвереньках ползать будешь. А я тебя тут же вытрахаю ещё раз.
Берег тебя, дуру. Думал, не заслуживаешь обращения как со шлюхой, но нет. Каких бы мнимых голубых кровей ты ни была, но драть тебя надо было как кобылку. Тогда бы была тихая и послушная.
Раздражённо зарычал, когда с костяшек брызнула кровь на бежевый ковер. Сразу представил, с каким бы укором на меня посмотрела Дашка за такое. Коза такая! Чистоплюйка! Ну подожди, доберусь я до тебя!
Наконец мне позвонил Андрей и все доложил:
– Да, Ильяс Тимурович, по камерам видно, что ваша жена и сын приходили к вам сегодня.
– Почему не дошли? – сквозь зубы рыкнул я, прекрасно понимая почему.
– Тут видно, что Дарья Владимировна открыла дверь в ваш кабинет, но вроде передумала входить. Почти сразу пошла обратно. Может, забыла чего?
– Забыла! – машинально повторил.
Как же! Голову она свою забыла! Вот зашла бы и наорала на меня. В волосы бы Маринке вцепилась. Ну хоть какая-то гордость должна быть у женщины! Нет, она тупо ушла.
– Слушай меня, – я угрожающе зашипел на Андрея. – В следующий раз, когда моя жена придет, чтобы тут же мне докладывали! Идиоты! И того, кто проглядел ее на входе, уволить к чертям! Сейчас же! С занесением в личное дело! Если к нам вот так можно пройти незамеченным, то гнать такую охрану!
– Я вас понял, Ильяс Тимурович, – Андрей принял информацию. – Все сделаю.
Я сбросил звонок и вновь принялся ходить со злости.
Тут вариант только один: она к родителям своим отправилась. Больше некуда.
С этими курицами элитными моя Дашка не общалась. Из мужиков у нее точно никого не было. Не раз ревновал ее и специально проверял. Куда она ещё могла уехать, кроме как к матери?
Ещё и поездом трястись!
Ну, Дашка! Найду и выдеру! Мяукнуть не успеешь! Моя ты. Никуда от меня не скроешься. И Ромку не дам! Я за вас когтями рвать готов!
 
Глава 7
 
Измученная активностью Ромки в поезде, я наконец дожила до момента, когда близилась наша станция. Поэтому, наполненная надеждой, что наконец смогу пройтись и побыть вдали от посторонних глаз, я принялась собирать вещи.
Ромка с удовольствием помогал мне и занимался укладыванием своих игрушек. Что-то напевал себе под нос, и кажется, за все это время ни разу не вспомнил о ситуации с папой. Он предвкушал встречу с бабушкой и думал только об этом.
Наконец еще почти час мягкой тряски в автобусе, и мы приехали к моим родителям. Позвонив в звонок на простой калитке, мы принялись ждать. К калитке тут же бросились две собаки, радостно поскуливая и царапая дверь когтями.
– Ой, кто приехал! – обрадовалась моя мама Наташа. – Дашенькая! Ромочка! Да вы же мои сладкие! Как я соскучилась! А… почему не предупредили? Что-то случилось?
– Мам, – выдохнула я, – давай зайдем сначала.
Обе собаки пачкали нас пыльными лапками и подсовывали свои головы нам в ладони, чтобы мы их погладили.
Ромка забежал во двор и стал играть с обеими. Мы же с мамой сели в плетеные стулья под солнышком.
– Что случилось? – мама накрыла мою руку своей. – Ильяс?
Я печально кивнула.
– Ударил? – мама прикрыла рот от испуга.
– Нет, – тут же заверила я.
– Выгнал?! – снова предположила мама.
– Я сама ушла, – с трудом ответила я.
У меня были близкие отношения с мамой, но сейчас почему-то слова не шли. Мне вдруг стало стыдно во всем признаться.
– Изменил? – наконец догадалась мама.
Я снова молча кивнула.
– Вот так и знала, – мама поднялась с места и принялась беспокойно прохаживаться, пока Ромка визжал от радости при игре с собаками. – Сколько раз я тебе говорила: не ровня ты ему. Вокруг него столько этих хищниц вьется. Конечно! От этих денег зло одно!
Эту фразу я слышала от мамы постоянно: что от денег зло. Она настолько въелась мне на подкорку, что потом, как я ни старалась, но мне очень трудно было заработать. Я нагружала себя учебными часами до двенадцати в день. Работала без выходных. Обучала учеников в элитных домах. Но всегда боялась денег. Назначала себе минимальную цену, отказывалась от любых подарков. И когда я поняла, что это переросло уже в настоящую психологическую программу, то решила искоренить ее. Нашла такую прибыльную работу, но… в итоге все равно нарвалась на измену мужа.
Может мама была права? И в мир больших денег и правда лучше не соваться?
– А эти перекачанные только и терлись, наверное, возле Ильяса, – продолжала интеллигентно сердиться мама. – Конечно, такой мужчина! Да любой хотелось сцапать его. А ему что? Лучше бы нормального себе нашла. Пусть среднего достатка, зато семья была бы крепкая. Вон, как у нас. Мы хоть жили всю жизнь скромно, зато чувства до сих пор не утратили.
Мне было еще горче от слов мамы.
Я не могла сказать, что разлюбила Ильяса. Даже сейчас. Мне было обидно. Очень больно. Я ни на секунду не думала о том, что можно простить измену. В моем понимании мира это означало конец. Полный. Перед моими глазами всю жизнь была крепкая семья моих родителей. На фоне такого я чувствовала себя оплеванной и растоптанной.
Измена это ведь не просто про то как справить сексуальную нужду. Ильяс начал свое предательство намного раньше. Когда поставил свой бизнес во главе всего. Я бы могла задуматься о прощении, если бы до этого он был примерным семьянином, а сам бы факт измены произошел в нетрезвом состоянии. Но все было не так.
– Мам, – мой голос дрогнул. – Что же мне теперь делать?
– Отдохни, – мама ласково погладила меня по волосам. – Сейчас в ванной титан включу. Сходи, выкупайся с дороги. А затем покушай и спать. За Ромочкой я пригляжу. Не кори себя. Этого следовало ожидать. Мне твой Ильяс никогда не нравился. Дело даже не в деньгах его большущих. Он просто невоспитанный. Резкий, в случае чего идет по головам. Типичный хапуга по жизни. Вот и схапал первую, что ему подвернулась. А может уже и не первую. И кто знает, может он тебе вообще никогда верен не был?
  
Я окончательно поникла.
Действительно: кто знает? Может и не был.
– Иди, отдохни, – мама нежно поцеловала меня в макушку. – Ты у меня умная, красивая. Учительница английского языка. Да я тебе тут мигом найду достойного мужчину. Вон сосед наш – Владимир. Какой мужчина!
– Мне сейчас не до мужчин, – отмахнулась я.