Проклятый Портной: Том 4 (СИ)

— Мужество, господа. Мужество и совесть, — негромко произнёс я матерящимся Серебряковым. — Как найдёте и то, и другое, приезжайте, попробуем ещё раз поговорить.
Старший Серебряков вновь исторг из себя вопль, однако я его уже не слушал, повернувшись к братьям спиной. И лишь когда уже почти добрался до дома, обернулся и успел заметить, как младший оттаскивает старшего к машине. Что же, думаю, через пару дней они всё-таки вернутся, и начнётся следующий этап «переговоров».
    
Глава 6
 
Иркутск
Владения Серовых
6 июля 2046
Пятница
— Знаешь, Макс, когда ты спал, дома было так тихо и спокойно…
— Серьёзно? — я посмотрел на пыхтящую Мышь, пытающуюся побороть гравитацию и оторвать своё хиленькое тельце от пола спортзала.
Однако после третьего подхода отжиманий, да ещё и с двумя полукилограммовыми блинами на спине, девушка больше походила на черепашку, которую скрутил жёсткий паралич, чем на имеющего силы для подобного подвига человека.
— Да! — выкрикнула девушка, практически оттолкнувшись от пола.
Вот только победа над собой моментально обернулась полным фиаско. Руки Дарьи на скользком полу разъехались в стороны, и девушка, успев только сменить ликующий крик на стон разочарования, уткнулась носом в образовавшуюся под ней лужу пота.
— Нет, — я без капли сожаления глядел на амёбу, некогда бывшую человеком. Уж очень хорошо у Мыши получалось изображать нечто аморфное, медленно растекаясь по полу спортзала.
— Ты — изверг…
— А нечего было будить меня своими глупыми вопросами, жив я или благополучно помер во сне, и тыкать в меня палкой, — потянувшись к столику, я взял с него полотенце и, расправив, накрыл им девушку.
— Эй, я-то точно не умерла… А вот на твой счёт были некие, вполне обоснованные сомнения… — просипела Мышь. — Ты вчера как лёг спать, так до самого утра и не появлялся…
Не, ну так-то, да, в сонный загул я ушёл с головой. Отдав во вторник утром комплекты одежды курьеру Молчановых, я, наконец, смог заняться другим, не менее важным делом, вновь запершись у себя в мастерской.
Однако визит братьев Серебряковых будто бы послужил сигналом для остальных «счастливчиков», коих мы с Карой посетили тёмной ночью на прошлой неделе. И в течение всего дня мне то и дело приходилось отвлекаться от работы, чтобы пообщаться с прибывшими.
Порой доходило до смешного. Я, едва закончив беседу с одними и уже почти зайдя в дом, был вынужден возвращаться к воротам, так как на смену уехавшим появлялись очередные пылающие праведным гневом гости.
Бедная Кара… К вечеру вторника количество маны в её хранилище упало настолько, что птице даже не хватало сил летать. Так что до последнего визитёра, стоящего у ворот, она просто допрыгала, и пока тот разорялся, глядя на меня, нагадила прямо на ботинок, тем самым продлив наложенное на крикуна проклятие.
Причём, какое именно проклятие, я уже и сам не помнил, так как накладывал их от балды. Но судя по тому, что мужчина непрерывно чесался, это, скорее всего, какая-нибудь чесотка или лишай.
Впрочем, далеко не все из позавчерашних посетителей были настроены воинственно. Большая часть тех, кто додумался подать на меня или Антонову жалобы, всё же смекнули, что в случае чего жалеть их никто не станет.
И если род целителей ещё может как-то пытаться уладить всё мирным путём. Всё же репутация важнее, чем финансовые потери, то вот отморозок-барон, которому в принципе и терять-то нечего, может учудить и кое-что пострашнее непроходящей икоты или резкого облысения.
Так что по факту главной головной болью в этой ситуации оставались братья Серебряковы, которых отсутствие потенции или, как выразился старший, «мужского достоинства» хоть и напугало, однако жадность оказалась сильнее.
Ну и в качестве бонуса к ним имелся ещё некий Барцев. Тоже весьма упёртый тип, но его храбрость, ну или глупость, здесь как посмотреть, проистекала не из жадности, а скорее от безысходности.
Маленький, но гордый род этого барона вот-вот должен был оказаться поглощён более удачливыми конкурентами, и денежные вливания являлись единственным способом этой участи избежать. Поэтому уважаемый Барцев искал всевозможные источники доходов.
Предъявить тем же Антоновым Барцеву, по сути, было нечего, так как Варвара его не лечила. А вот попытаться выкачать деньги за моральные потрясения не только с Чигерёвых, но и с меня барон очень хотел. Тем более что за родом Серовых, состоящим из двух человек, никто не стоял. Лёгкая добыча, с какой стороны ни посмотри…
И в этом своём выводе барон был уверен настолько, что даже попытался вломиться на территорию особняка с парочкой бойцов. Поэтому мне всё же пришлось собственноручно объяснять, почему он не прав и почему не стоит отвлекать портного от работы.
Впрочем, так как объяснять приходилось аккуратно, без оставления следов на теле, Барцев до конца моими словами не проникся. И даже когда я тащил мужчину за шиворот до машины, он продолжал выкрикивать проклятия в мой адрес. Забавно, проклятый сыпал проклятиями…
Тем не менее его поведение меня скорее радовало, чем огорчало. Остальные, пусть даже те, кто продолжал угрожать мне всевозможными карами, к концу недели сдадутся и отзовут свои претензии. А вот такие, как братья Серебряковы и барон Барцев… Как ни крути, но мне нужно было устроить показательную порку.
Я постепенно начинал набирать какой-никакой вес в местном обществе, всё больше обрастая слухами и вызывая интерес местной высокородной братии. Может, до уровня губернатора и тех, кто «плавал» вокруг него, мне было ещё ой как далеко, но вот в уверенную серединку я должен был вступить, а точнее, вляпаться уже скоро.
И чтобы местные стервятники, лишь почуявшие запах конкуренции, не принялись дербанить и без того слабый род Серовых, у меня было всего два варианта. Либо прибиться к кому-то более сильному, либо сделать так, чтобы ко мне побоялись лезть. По крайней мере, чересчур нагло.
Первый вариант после недолгих размышлений я отмёл. Не потому, что мне было стыдно признать над собой чью-то власть, всё же в прошлой жизни мне довелось послужить много кому, и ничего плохого в этом я не видел. Коль человек, ну или не совсем человек, умён, мудр, руководствуется схожими с моими принципами, так почему бы нет, если да?
Вот только я и себя прекрасно знал и поэтому понимал, что это лишь сейчас доступные мне рода, с кем можно было бы договориться, сильны лишь на моём фоне. Однако, пройдёт год, другой, и мне станет тесно на одной «игровой площадке» с ними. И вот тогда я вновь встану перед выбором: либо сожрать благодетеля, либо уйти. И ни первое, ни второе мне доброй славы не принесёт.
Поэтому оставался вариант номер два. А именно демонстрация лёгкой отбитости главы рода Серовых. Тоже далеко не самый лучший выбор, так как степень оценки этой самой отбитости у всех разная. Некоторые могут и в самом деле в полицию пожаловаться.
Правда, в этом случае я рассчитывал на аристократическую гордость и желание сберечь собственную репутацию. Всё же обращение к государевым людям по всяким подобным пустякам было сродни признанию в собственной слабости, что автоматически низвергало жалующегося до ранга добычи.
Так что к концу недели мне, скорее всего, останется разобраться лишь с двумя жертвами, исполняющими главные роли в моём плане. Братья, если что, у меня проходили по цене «два за одного» и являлись этаким бонусом. Именно на них я планировал показать, что будет с теми, кто рискнёт полезть к моим друзьям.
  
Конечно, не уверен, что подобная инициатива порадует самих Антоновых, когда вся правда просочится в общество. Однако в будущем всякая шушера точно будет думать наперёд, стоит ли вообще связываться с теми, с кем общается этот отмороженный барон.
В общем, вторник оказался донельзя насыщенным днём, так что толком приступить к работе мне удалось лишь ближе к вечеру. И просидел я в мастерской до самого утра. После чего с невероятным усилием воли заставил себя пойти позавтракать и поспать несколько часов, чтобы вновь вернуться к работе.