(Не)милая Мила (СИ)
Ну что, вперед? Или грудь в крестах, или голова в кустах.
Кольцо осталось в кармане куртки. Осторожно, чтобы не разбудить Милку, встал, сходил за ним, лег обратно, сжимая в кулаке. Но долго не вытерпел. Провел рукой по спине, пересчитывая позвонки.
— Мр-р-р! — глаз приоткрылся и снова закрылся.
— Милка! Ну Милка же!
— М-м-м?
— Замуж за меня выйдешь?
— Чего?! — ее аж подкинуло.
Я протянул ей кольцо на ладони. Ну да, не по феншую, ну и плевать. Она сидела и хлопала глазами, как разбуженная сова.
— Леш, ты с ума сошел?
— Нет.
— Послушай, — Милка согнула мои пальцы так, что кольцо оказалось внутри. — Ты хорошо подумал? У меня ребенок. И это для меня самое важное. А ты ее даже не видел ни разу.
— Мила, я же не предлагаю прямо завтра в загс бежать. Просто чтобы ты знала: я тебя люблю и хочу на тебе жениться. Так что даже почти не соврал. В смысле, вчера. А с дочкой твоей познакомлюсь. И постараюсь подружиться. Вообще я с детьми всегда нормально ладил.
Я раскрыл ладонь, но она покачала головой.
— А если не получится?
— Да блин, Мила! — рассердился я и надел кольцо ей на палец. — Тогда у тебя просто будет кольцо к серьгам, только и всего.
Глава 27
Мила
Я чуть глаза не сломала, так пыталась не коситься на кольцо. Но не получалось, все равно смотрела.
Красиво. С сапфиром и маленькими бриллиантиками. Как те серьги, которые он мне подарил на Восьмое марта. Наверно, жутко дорогое, я плохо разбиралась в драгоценностях.
— Нравится? — Лешка все-таки засек мои косяки.
— Нравится, — кивнула я. — Очень. Лех, признайся, ты его вместе с сережками купил?
— Нет, — вздохнул он. — Хотя девочка в ювелирке настоятельно предлагала. Мол, они как из одного набора. Ночью вспомнил. Прямо к открытию и пошел за ним.
— Ночью?
— Ну да. Не спал всю ночь. Думал. Ну и… надумал… вот.
Я потерлась носом о его плечо.
А ведь совсем недавно была уверена, что замуж не хочу. Ольга тогда надо мной еще посмеялась. Или я сама себя убеждала, что мне это ни к чему?
Нет-нет, это не меня не зовут, это мне на фиг упало.
Ну да, неуловимый Джо, который потому и неуловимый, что никому не нужен.
А вот насчет Инки и правда было страшненько. Ну а вдруг действительно не сложится у них? Не буду же я между ними разрываться. Тут вопрос выбора вообще не стоит.
Ну тогда у меня останется кольцо, как сказал Лешка. И ощущение глубокой-преглубокой никчемушности.
Так, все, об этом думать не буду. Леха адекватный мужик, а Инка не дикая, вполне контактная. Найдут общий язык. Там, правда, кот еще… Ладно, с котом тоже как-нибудь разберемся.
Вечером Лешка привез меня домой, и только я хотела вылезти из машины, как увидела затормозившее у парадной такси. Из него вышла мама и выгрузила из бустера Инку.
— Это не твои случайно? — Лешка посмотрел через мое плечо.
— Мои.
— Ну тогда пойдем.
— Куда? — испугалась я.
— Как куда? Знакомиться.
— Подожди. Что, прямо вот так сразу и пойдем?
— А что? — он сдвинул брови. — Хотя нет. Магазы тут есть какие-нибудь поблизости? Не с пустыми же руками идти.
— А может, я здесь посижу?
— Ну уж нет! — возмутился Лешка. — С чего вдруг? Откуда я знаю, что твои любят. Все, они зашли. Пойдем, подскажешь, что купить.
С одной стороны, мне было приятно, что он не тянет. Вперед, на амбразуры! А с другой, было страшно. Вдруг что-то пойдет не так? Настолько хороший день, не хотелось его испортить.
Но Лешка уже вылез из машины и смотрел нетерпеливо: долго там будешь копаться? Пришлось выбираться.
— Не дрейфь, — он обнял меня за талию. — Все будет хорошо.
Мы дошли до супермаркета, накидали в корзину всяких вкуснях, бутылку вина, после чего Лешка решительно направился к игрушечному отделу.
— Что она любит?
— Кукол, — вздохнула я. — У нее их миллион. Не знаю, как она их различает. У меня когда-то была всего одна. То есть несколько, но играла с одной. Больше зверей любила. Вот такую возьми, такой точно нет, — показала на губастую блондинку Братц в брюках-клеш.
— Она же страшная! — поморщился Лешка.
— Страшная, — согласилась я. — Для нас. А для них — самый цимес. Другое поколение, Леш, нам их не понять.
— Хоть попытаться надо. Где-то тут я еще цветочный ларек видел.
— Ну все… Ты только маму прямо с порога не пугай, ладно? Дай ей в себя прийти. Она хоть и надеется меня с рук сбыть, но почти уже в это не верит.
— Так ты ей, наверно, тоже заливала — как мне? Что никогда и ни за что?
— Ну…
— Ясно.
Мы вернулись к дому, остановились у парадной. Я нервно искала в сумке ключи.
— Не бойся, Мил, — Лешка приобнял меня за плечи. — Я сам боюсь. Так что… Пошли уже.
Я открыла дверь квартиры, и из гостиной прилетело неизменное:
— Мил, ты?
Можно подумать, мог прийти кто-то другой. Ну разве что домушники?
— Мам, я не одна.
После нескольких секунд настороженной тишины мама вышла в прихожую. Лешка уже успел снять куртку и надевал тапки.
— Ма, это Алексей, — представила я.
— Ксения Аркадьевна, — подойдя ближе, мама церемонно подала ему руку, которую Лешка так же церемонно поцеловал, заставив меня хихикнуть в кулак.
— Очень приятно, — он протянул букет. — Это вам.
— Спасибо, — мама взяла розы и понесла на кухню. — Да вы проходите, Алексей, проходите.
Из своей комнаты выглянула Инка и остановилась на пороге, поглядывая настороженно.
— А поздороваться? — я сделала страшные глаза.
— Дьясьте, — буркнула она.
Взяв коробку с кукольным пугалом, Лешка подошел к ней и присел на корточки.
— Здравствуй. Я дядя Леша.
Я закатила глаза, а Инка переспросила:
— Дядя Ёша?
— Да. А тебя как зовут?
— Инна, — помолчав, ответила та, словно сомневаясь, стоит ли говорить.
— Это тебе, — Лешка протянул ей куклу, которую Инка взяла молча.
— Инн, ну ты что сегодня как из дикого леса? — не выдержала я.
— Спасибо, — тихо сказала она и так же тихо, пятясь задом, ретировалась с добычей к себе.
— М-да… — пробормотала я. — Прямо что-то напоминает. Обычно-то она не такая замороженная.
— Ну хоть за ногу не укусила, — хмыкнул Лешка. — И на том спасибо. Ладно, первый блин комом.
Мама со скептической миной наблюдала из кухни, но от комментариев воздержалась. И спросила вместо этого:
— Ужинать будете?
Ну ясное дело, за столом сподручнее допрашивать жертву. Видимо, Лешка это тоже понял, поэтому ответил, что не отказался бы. Хотя и без энтузиазма, конечно.
— Ты бы лучше спросила, есть ли у меня ужин, — пришла я на выручку. — Вы из гостей, а я как-то ничего подобного не планировала.
— Но мы же торт купили, — влез под руку камикадзе. — Можно чаю попить.
— От торта не откажусь, — коварно улыбнулась мама.
Инку тоже позвали за стол, но она отказалась.
— Ничего удивительного, — мама пожала плечами. — Они там столько всего слопали, что как только не лопнули. Кстати, можно и вина с тортом… за знакомство.
Лешка внезапно вспомнил, что за рулем, но бутылку открыл. Мама подставила бокал, я тоже — и понеслось…
Алексей
По дороге домой встрял в капитальную пробку: два долбоящера нашли друг друга так ловко, что перекрыли полторы полосы из двух. Машины еле-еле протискивались, одним колесом по поребрику. Плюс светофор. Дожидаясь своей очереди, я снова и снова проваливался в события дня, длинного, как товарняк.
Когда Милка закрыла мою ладонь с кольцом, внутри все оборвалось. Я, конечно, допускал, что она может отказаться, но рассчитывал все же на «да». Впрочем, испуг долго не продлился.
«Я не сказала «да», милорд» — «Вы не сказали «нет»».
Ребенок оказался единственным аргументом против. Точнее, даже не против, а такое…