(Не)милая Мила (СИ)

— Да.
— Давай к шести за тобой заеду? — предложил Алексей.
— Я дома. Если хочешь… приезжай. Ко мне.
Ну тоже вариант. Только надо позвонить маме — чтобы Инку к себе забрала из сада.
— Хорошо, — ответил он с секундной заминкой. — Приеду.
Алексей
В первый момент шибануло, как шампанским в нос.
  
Да неужто наша принцесса дозрела?! У кого-то сегодня будет секс?
А потом что-то не понравилось мне в ее голосе.
Что-то очень и очень сильно не понравилось. Как-то слишком нервно. И… раздраженно?
Но язык уже ответил, что приеду.
Внутри словно пожарная сигнализация вопила. Даже не в голове, а в каком-то самом-самом нутре, в сердцевине.
Как она сказала, с утра у нее были важные дела. Очень важные. Она их порешала, а теперь вот такая — злая и нервная. Но при этом приглашает меня к себе. И вспомнилось еще, как приехал второй раз в комитет. Она тогда сидела у себя в кабинете вся зареванная и сказала, что ей очень сильно испоганили настроение. Может, это как-то связано? Рабочие проблемы? Или личные?
Я вспомнил разговор в хинкальной. Про любимые грехи. И про отношения-напитки.
Период трезвости, спросила она, или еще предыдущий напиток допиваешь?
Только что допил, ответил я, а ты?
И я, сказала она.
Тоже только что? Это многое объяснило бы. Если я для нее — клин клином.
С одной стороны, не так уж это и важно. Я ведь не жениться на ней собрался. Главное — чтобы не с кем-то на пару одну борозду пахать. Но с другой… С другой, вот эта самая сигналка внутри не намекала, а орала, что сегодня не стоит.
Перезвонить и сказать, что внезапно и у меня тоже нарисовалось важное дело? Но никакого дела нет, и, возможно, Милка поймет, что я вру. Вру — когда она приглашает меня к себе домой. Явно не чай пить.
И тут телефон зазвонил в руке — чуть не выронил. Номер незнакомый.
— Алексей? Здравствуйте, это Валерия из приюта, мы позавчера разговаривали. Вы знаете, у нас получилось все сделать прямо сегодня. Если вам удобно, я могу вечером подъехать. С котиком. Посмотрю заодно, как вы сетки поставили на окна. И договор подпишете.
— Да, конечно, — чуть не заорал я. — Где-то к шести буду дома. Спасибо большое!
Вот теперь с чистой совестью… ну, почти с чистой… Да неважно, теперь можно было звонить Миле.
— Мил, извини, пожалуйста, не получится сегодня. Тут тоже очень важное дело неожиданно появилось. Потом тебе расскажу, ладно?
— Ну… ладно, — ответила она, как мне показалось, без особого огорчения. Даже, кажется, с облегчением — будто уже успела передумать. Немного царапнуло, но нет, все к лучшему. — Только не знаю, получится ли до Нового года увидеться. У меня вся неделя будет просто ад и Израиль. Кучу всего по работе надо доделать. Да еще и Инкин утренник в саду.
— Ну как уж получится. У меня тоже работы полно. Если хочешь, могу тебя забрать и домой отвезти. А по дороге перекусим где-нибудь.
Вот если откажется, значит, все-таки обиделась.
— Хорошо, Леш. Я тогда наберу ближе к вечеру завтра.
Уф, ну слава богу!
Выключил комп, вышел в приемную.
— Юль, меня сегодня не будет.
— А что говорить, если станут искать? — понимающе кивнула она.
— А в комитет поехал.
На самом деле я поехал покупать корм для Мефистофеля. Все купил, а корм нет. Потому что должны были его привезти только на следующей неделе.
Этот негодяй взял меня измором. Шмыгающие тени и взгляды в спину… С молоком я больше не экспериментировал, но почему-то был уверен: налил бы еще — и это исчезло бы. Какой-то своей иномирной сущностью он уже поселился в моей квартире. Потому что выбрал меня своим хозяином — или рабом?
Наконец я сдался, нашел в сети телефон и позвонил в кафе. Спросил, не забрали ли Мефистофеля. Хочу, мол, укотовить.
— Мефистофеля? — удивленно переспросила девушка. — Точно его, не путаете? Он же дикий. Ни к кому не идет, а если к нему руки тянут, шипит. Мы даже думали его обратно в приют вернуть. Он только к одному мужчине пошел, а так всех игнорит.
— Это я и есть. К кому он пошел.
— Правда? — обрадовалась моя собеседница. — Тогда хорошо.
— Что нужно сделать?
— На нашем сайте есть анкета. Заполните и отправьте, вам перезвонят.
Анкета оказалась огромной — все серьезно, по-взрослому. Как будто не кота из приюта хотел взять, а штук пять детей усыновить. Я бы не удивился, если бы заставили какие-нибудь специальные курсы по уходу пройти.
Через пару дней мне позвонили и предложили приехать в приют на беседу. Разговаривала со мной симпатичная девушка по имени Валерия — раньше я непременно попытался бы ее куда-нибудь пригласить. Задала еще кучу вопросов, предупредила, что без специальных сеток на окнах мне кота не отдадут и что придется подождать до следующей недели: паспорт ветеринарный у него есть, все прививки и обработки сделаны, но надо еще поставить чип.
Пришлось срочно искать мастера, который установил бы эти чертовы сетки-антикошки все открывающиеся для проветривания окна. А еще закупил кошачье приданое: лоток, миски, когтеточку, лежанку. А теперь вот и корм. Тут, правда, затупил, но девушки в зоомагазине помогли сориентироваться.
Валерия приехала с большой пластиковой переноской, из которой сверкали желтые глазища. От кофе отказалась, прошла по квартире, осмотрела сетки и прочее котовье барахло, дала мне подписать «договор о передаче животного» и только потом выпустила Мефистофеля, терпеливо дожидавшегося в своем автозаке в прихожей.
Кот осторожно выбрался, огляделся, бросил на меня взгляд заговорщика и направился прямиком на кухню — к мискам. Как будто все ему было давно и хорошо знакомо.
— Ну вот и отлично, — довольно кивнула Валерия, сделав на телефон несколько снимков. — Мы первое время будем иногда позванивать, интересоваться, как у вас дела. И вы, если какие-то проблемы возникнут, звоните. Все, не буду мешать, осваивайтесь.
Когда кот наелся и вопросительно посмотрел на меня, я подхватил его под мышки и отнес в туалет — знакомиться с лотком, который он тут же использовал по назначению.
Умный, зараза!
Потом я готовил ужин, а Мефистофель сидел на кухонном диванчике и пырился мне в спину: знакомое ощущение. Только теперь это не пугало, было как-то даже уютно. А когда я устроился с тарелкой на диване перед телевизором, он примостился рядом — нализывать лапу с растопыренными когтями.
— А может, нам с тобой елку нарядить? — спросил я, глядя, как за окном вьется вокруг фонаря мелкий снег.
  
Глава 10
 
Мила
Когда Алексей перезвонил и сказал, что не сможет приехать, я вздохнула с облегчением. Даже если что-то почувствовал и соврал, все равно к лучшему. К тому моменту я уже успела двадцать раз пожалеть, но самолюбие не позволяло дать задний ход.
Надо было отдать ему должное: он оказался очень даже неглупым, а я всегда ценила это в мужчинах. Кот — тот, скорее, хитрый, расчетливый и с хорошо отточенными навыками лавирования, но при этом эмоционально тупой. А вот Леша как раз умел интуитивно считывать оттенки настроения, я это поняла практически сразу. Знал, когда стоит говорить, а когда промолчать и отступить в окоп. Поэтому-то я и подумала, что свое неотложное дело он сочинил. Но ни капли не обиделась.
Вообще мне казалось, что все будет просто. А просто не получалось. Иначе мы давно бы уже оказались в постели, потому что оба этого хотели с самого начала. Ну, может, не с самой первой встречи, но со второй точно. Что-то меня притормаживало. Словно оставляла себе поле для маневра. Пока еще можно соскочить, а вот потом…
  
Я, конечно, пыталась притворяться перед собой, будто не понимаю, в чем дело, но Полина быстренько эти притворяшки разбомбила. Еще в тот вечер, когда я забирала Инку.
— Милка, — улыбнулась она, — у тебя прям глаза светятся. Влюбилась?