Его Сиятельство Бессмертный (СИ)

Дабы не раздувать конфликт ещё сильнее прямо перед началом подвига, по правилам каждая из сторон покидает княжество-крепость хоть и в одно время, но через разные ворота. Более того, по указу князя, в день подвига ворота выпускают только участников «соревнования». Официально война начинается в десять утра. Однако уже с десяти вечера вчерашнего дня «наши» врата никого не выпускали. Запрет кончится сегодня в десять вечера. Правда, там другой нюанс — по ночам врата в принципе не выпускают воителей наружу.
  
Вот и получается, что кроме нашего рейда и дежурных привратников в округе никого не было. Ну, если не считать обслуживающий персонал в домике для отдыха воителей — их оставили.
Ну и группа эвакуации, с которой уже успел поздороваться Иван, чаи гоняет в своём отдельном домике с гербом в виде змеи, сцеживающей свой яд в серебряную чашу.
Больше никого лишнего. Только бойцы моего рейда.
С этой мыслью я открыл дверь домика для отдыха и оказался в просторном зале. Стены, пол, потолок и мебель здесь были выполнены из дерева, отчего внутреннее убранство вызывало во мне чувство ностальгии.
Я будто в таверну попал… Вокруг так же шумно, пахнет пивом…
Мне это ощущение очень знакомо. Давным-давно я частенько бывал в таких местах, верно?
Вот бы вспомнить точно.
Хотя мёртвый мозг кричит, что прошлый владелец тела очень уж сильно любил отдыхать в подобных заведениях перед тем, как выйти за стену. Или же после возвращения в княжество, прежде чем отправляться в имение рода.
— Приветствую вновь прибывших! — Подняв руку, я поздоровался с той группой, что прибыла на давешних грузовиках. — Раз уж весь рейд теперь в сборе, можем приступить к знакомству. Я — ваш сегодняшний командир, Константин Бессмертный. Можно просто по имени, и только на «ты». Эй, здоровяк, отвлекись от пива, — повернулся я в сторону воителя, который был раза в полтора больше своих соседей, — мало того, что с утра напиваешься, так ещё и главного не слушаешь? Непорядок.
Здоровяк, сидевший на длинной лавке вполоборота ко мне, только сейчас повернулся в мою сторону и ухмыльнулся в бороду.
— Я не напиваюсь, командир. Что мне будет с литрушки-то? Мозги я перед рейдом запускаю. Или ты против?
— Пока вы меня слушаете и делаете общее дело — не против, — спокойно ответил я. — Имя твоё как, воитель?
— Добрыня, — хмыкнул он и осклабился щербатой улыбкой. — Неужто забыл, граф? Или для вас, высокоблагородных, мы все на одно лицо?
— Эй! — возмутилась красивая женщина с пышный косой. Облачена она была в металлические артефактные доспехи и сидела на лавке, закинув ногу на ногу да опираясь на длинный двуручный меч. — Я, между прочим, тоже благородная.
— К тебе, сестрица, вопросов нет, — хохотнул Добрыня. — Ты нас различаешь в отличие от некоторых.
— Ха, и то верно, — усмехнулась женщина и уставилась на меня выразительными зелёными глазами. — Может, ты и меня забыл, Константин?
— Может, и забыл, — хмыкнул я. — Да вспомнил, когда брат мне список с членами рейда передавал. Баронесса Ольга Никитична Мечникова. Глава отряда вольников в двенадцать человек. Основная стихия — ветер. Как видишь, я помню о тебе достаточно.
— Только ли это? — спросила она каким-то странным голосом. Взгляд её стал ещё более пристальным. Я почувствовал, как в ней разбушевались эмоции.
— Достаточно, — повторил я. — Итак, наш рейд. Мы с братом от рода Бессмертных — ваши наниматели. Группа Ольги. Пятёрка Семёна Воронова, — кивнул я на людей, сидевших чуть поодаль от остальных за отдельным столиком. — А также дружинники рода Огневых во главе со своей графиней.
Я взял паузу и обвёл всех взглядом. Задержался на Светлане Огневой — самом спорном участнике нашего рейда. Сейчас девушка, облачённая в кожаную артефактную броню, сидела молча. Она держала спину прямо, ресницы были чуть опущены. Вся из себя такая величественная аристократка и глава рода.
А ещё вчера она уж очень эмоционально наседала на Ивана Бессмертного, который сперва согласился взять её дружинников с нами в поход, а затем растерялся, когда девушка заявила, что лично возглавит их.
А потом ещё об этом Алёна с Ильёй услышали… И если первая лишь покачала головой, спросила у отца, можно ли ей с нами и, получив категоричный отрицательный ответ, спокойно удалилась, то второй с жаром пытался убедить нас взять его с собой. На замечание отца, что он несовершеннолетний, Илья обещал добыть с монстров так много ценных ингредиентов, чтобы денег с их продажи хватило покрыть штраф за вывод несовершеннолетнего воителя за стену.
В итоге парень напоролся на категоричный отказ отца, а затем ещё и Света Огнева его добила фразочкой:
«Если хочешь впечатлить девушку, делай это по-своему, а не повторяя за ней же».
Что же до самой графини Огневой, то я сказал Ивану: если хочет с нами, пусть идёт. Взрослая уже, да и глава рода, так что сама за себя отвечает.
Иван поворчал-поворчал да согласился.
— Весьма разношёрстная компания, — воспользовавшись паузой, вновь взяло слово Ольга Мечникова. Затем криво ухмыльнулась и продолжила: — Но все мы, господа Бессмертные, прекрасно понимаем, отчего такой состав. Сложно в мгновенье ока собрать мощный рейд, который сможет достичь большего, нежели рейд крепкого рода с деньгами и связями. Я слышала, в рейде Завойских больше половины бойцов — дружинники барона. Однако, к сожалению, не каждый род может себе такое позволить.
— Вы сейчас переходите границы дозволенного, — хмуро проговорила Светлана, даже не повернувшись в сторону баронессы.
— Ой ли? — усмехнулась Мечникова. — Чего ты такая злая, графиня? Мы в одном рейде, и я согласна с Константином — «выкать» не обязательно. Нам ведь нужно сблизиться ради общей цели. Это, во-первых, моя хорошая. А во-вторых, я всего лишь пытаюсь подбодрить наших Бессмертных. — Хмыкнув, она уставилась мне прямо в маску. — Не бойся, Костя. Мой отряд соберёт для тебя столько ядер и ингредиентов, что тебе хватит для победы в войне.
Она продолжила самодовольно улыбаться и глядеть на меня.
Я тяжело вздохнул.
— Ты, вероятно, не понимаешь, Ольга, — проговорил я. — Давай-ка я напомню условия договора. Мы платим небольшую сумму за то, что вы идёте с нами. Вы сражаетесь с монстрами вместе с нами и помогаете грузить трофеи. Всё, что добыли конкретно вы, становится вашим после того, как арбитры подсчитают трофеи и примут решение. Далее, после нашей победы мы платим вам небольшой кусок…
— Процент, — со вздохом поправил меня Иван.
Он не любил конфликты между товарищами и явно сейчас чувствовал себя неуютно.
— Пусть так, — кивнул я. — Таким образом, вы с этого похода, помимо собственной добычи, получаете деньги за участие, а затем и за победу. Выгоднее, чем выходить за стену просто так.
— Верно, — осклабилась она. — А ещё мы получаем нечто неосязаемое.
— Верно, — в тон ей повторил я. — Славу. Как отряд, поучаствовавший в свершении победного подвига.
— Но вы получаете больше, — продолжила она лыбиться.
— Нет, — мотнул я головой и произнёс: — В этом и твоя ошибка, Ольга. В первую очередь мы с братом решили собрать этот рейд не ради бойцов.
— Что? — мотнула головой баронесса, сбившись с мысли. — То есть как? А зачем тогда?
— Нам нужны были грузчики с повозками, — охотно пояснил я. — Которые как минимум смогут за себя постоять. А как максимум ещё и сами что-нибудь ценное добудут.
В зале отдыха воителей повисла звенящая тишина.
А затем раздался грохот, сменившийся гоготом — это Добрыня врезал ладонью по столешнице и заржал:
— А здорово он тебя, сестрица, накрутил! Ха-ха-ха!!! Хорош, командир!!! Это ж надо, а!
Остальные бойцы отряда Ольги тоже заржали. А вот воины графини и пятёрки Семёна Воронова смотрели на нас с Иваном, даже не улыбаясь.
— Ты, Костя, как я погляжу, всё так же прекрасно умеешь орудовать языком, — просмеявшись, изрекла баронесса. — А я уж подумала, что ты как-то изменился… Но нет, всё так же шутки шутишь да пыль в глаза дамам пускаешь.