Его Сиятельство Бессмертный (СИ)

— Увидишь, — хмыкнул я.
Нравится мне его жажда познания.
Я первым пришёл в зал и обнаружил там с десяток шкур металлических крыс, вывернутых наизнанку. Глядя на них, я подумал, что во мне умер кожемяка. Это ж нужно было так филигранно поглотить плоть монстров, чтобы осталась одна лишь чистая шкура.
Шкуры застилали пол. Получалось, под ними выведены Узоры, созданные Иваном и Прасковьей.
  
Я раскрутил ядро и приложил правую ладонь к полу. С помощью магии «земли» я немного изменил покрытие так, чтобы пол притянул к себе шкуры, а кроме того скрепил их между собой. Теперь они часть пола и не будут шевелиться. А значит, я могу спокойно начертать на них Узоры.
Я создам очень сложный Узор в двух уровнях. Старый, Узор Ивана и Прасковьи, будет прекрасно сочетаться с моим.
Я принялся быстро наносить кистью образец — первичный слой.
В дверях показался Иван, держащий в руках белоснежную трость. Я бросил лишь косой взгляд на неё и остался доволен увиденным. Григорий, который ездил к мастеру со срочным заказом, а после и сам граф Бессмертный в два голоса уверяли меня, что достойную вещь так быстро не сделаешь. Я их успокоил, сказав, что главное — узнаваемость.
И что в итоге? За три дня мастер смог выточить клык так, что он в самом деле стал походить на извивающуюся змею. Основание трости — змеиный хвост. Её набалдашник — голова кобры, раскрывшая пасть.
То, что нужно.
Ей понравится.
Иван присоединился к процессу. Я не подстраивался под его скорость и не сдерживал себя, в итоге за одно и то же время сделал раз в шесть больше, чем он. Но всё же, благодаря Ивану, мы закончили чуть быстрее, чем я рассчитывал.
— Вадим, ядра, — скомандовал я.
Он молча кивнул и принялся выкладывать ядра на шкурах так, как я ему говорил раньше. Где не попадал — я сам поправлял. Граф Бессмертный смотрел на нас, точно заворожённый.
— Отлично, — резюмировал я, осмотрев творение.
Я стоял в центре вновь нарисованного Узора, в окружении нескольких сотен ядер.
Надеюсь, ей хватит.
Усмехнувшись, я создал на пальце длинный каменный шип и сделал дыру прямо по центру пола. В это дыру я и воткнул трость из клыка поверженного нами монстра.
Клык змеи в виде змеи. Вокруг — подношения из ядер змеиного корма.
Должно получиться.
Что это за странное чувство вдруг меня обуяло? Я волнуюсь? Эка невидаль!
И было бы с чего волноваться. Подумаешь…
Увижу соратника из давнего прошлого.
Моё мёртвое сердце сжалось от ностальгии. Решив не тянуть больше, я создал очередной каменный коготь на указательном пальце правой руки и обильно покрыл его «смертью».
Затем без размаха вонзил этот коготь в левую ладонь, выпуская в неё заранее подготовленный узор.
— Аркх!!! — зарычал я от боли.
— Костя! — удивлённо крикнул Иван, подавшись вперёд.
— Не подходи! — рявкнул я. — Я ж говорил, смотри издали. Не лезь — она тебя сожрёт.
Я тихо зарычал и положил раненую ладонь на набалдашник трости.
Боль стала ещё сильнее. Оно и не удивительно, я ведь сейчас сам резанул свою душу, выплетая из неё кусочек и отделяя его.
«Ты всегда была слишком своевольной», — мысленно проговорил я.
Притом что она сильнее других связана со мной.
Хотя раньше она имела своё тело. Но, когда я отсылал своих соратников из Твердыни, она по-своему интерпретировала мои слова и осталась. Сама испустила дух, чтобы вернуться к тому, с кем связана Печатями.
Ко мне.
Электрический свет вокруг нас задрожал. Трость начала источать зеленоватый дым. Крысиные ядра вокруг нас исчезали с каждым мгновеньем, пока их совсем не осталось.
Дым же от трости начал сплетаться в фигуру.
Верхняя часть этой фигуры возвышалась над полом метра на два с половиной, а нижняя же тянулась по полу ещё дальше.
— Привет, Ядвига, — с улыбкой поздоровался я.
Мгновенье спустя дым обернулся нагой. Её часть ниже пояса представляла собой тело зелёной змеи. Верхняя — тело обнажённой девушки, покрытое чешуёй. Лицо Ядвиги было острым, как и её уши, и клыки. Она смотрела на меня жёлтыми глазами с вертикальными зрачками.
— Кощ-щ-щей? — пропела она, а затем хищно улыбнулась и облизнула губы тонким раздвоенным языком. — Как я рада вновь тебя видеть!
Она повела головой, разминая шею. Волосы Ядвиги тоже имели зеленоватый оттенок. А ещё они были очень жёсткими, как всегда зачёсаны назад и будто бы покрыты воском. Из-за этого, сколько бы ни вертела головой нага, её причёска не изменялась.
— Если бы с нами был Игорь, — внезапно послышался сзади ошарашенный голос Вадима, — он бы спросил, а дозволено ли женатому мужчине, ваше сиятельство, так нагло пялиться на обнажённую женщину.
— Он бы не спрашивал, — усмехнулся я не оборачиваясь. — Он бы сказал, что графиня такое с рук не спустит.
— Да вы… это… — попытался оправдаться Иван, а затем резко выпалил: — Я просто в шоке! Костя, такой защитник явно мощный, но очень приметный, и…
— Ш-ш-ш!!! — зашипела нага и рванула в сторону графа.
«Нельзя», — мысленно велел я.
Ядвига — одна из тех моих соратников, с которых ни в коем разе нельзя снимать «Печать Подчинения».
Всё-таки она бывший монстр, который прошёл очень много ступеней эволюции, прежде чем обрёл разум. Инстинкты сильны в ней. Особенно сейчас, когда она только-только возродилась.
— Ш-Ш-Ш!!! Жалкий человечиш-ш-шка смеет говорить с моим Кощ-щ-щеем в таком тоне⁈ — прошипела она, нависнув над графом Бессмертным.
— Я разрешил ему, — холодно произнёс я. — Не смей нападать на него, его семью и его людей. Сейчас он мой брат. А значит, его семья — моя семья. А ты должна защищать мою семью, моих людей и мои земли. Поняла?
— Ш-ш-ш! — фыркнула она обернувшись. — Поняла!
— А теперь можешь принять другой облик?
— Конеш-ш-шно! Что за вопросы⁈
Из её тела повалил дым, оно начало изменяться, и…
— Боюсь, это ещё более заметно, — осторожно проговорил граф Бессмертный, когда всё пространство в зале заняла колоссальных размеров кобра.
Я так хотел встретиться с кем-нибудь из своих старых товарищей, что совсем забыл об их маленьких недостатках.
У этой змеи, например, весьма стервозный характер.
— Ядвига, превратись в трость! — твёрдо произнёс я.
Против прямого приказа она пойти не могла, так что через пару секунд в зале вновь стало свободно.
Я же вытащил трость из змеиного клыка и оглядел её со всех сторон.
Что ж, трость стала больше похоже на змею, и даже сверкающая чешуя появилась.
А ещё трость мне игриво подмигнула.
  
Глава 17
 
Металлические крысы, точно остервенелые, набрасывались на каменную плиту, царапали её когтями и грызли зубами. Они выбивали каменное крошево из этой магической стены, стёсывая свои конечности и зубы, пока не падали замертво.
Крысы даже не визжали от боли, выполняя приказ той, кто подчинил их.
— Печальное зрелище, — тихо проговорил Тимофей Нестеров, глядя на это.
— Сынок, отвернись и не смотри, — ответила его мать и попыталась развернуть юного графа.
— Нет, меня это не страшит, — твёрдо ответил несовершеннолетний глава рода. — А даже если бы и страшило, я должен смело глядеть в глаза опасности.
— Ш-ш-ш-ш! — зашипела колоссальных размеров кобра, повернув голову в сторону Нестеровых.
«Тогда посмотри мне в глаза», — мысленно произнесла она, немигающе уставившись на Тимофея.
Парнишка вздрогнул, но не отвернулся. Чтобы взбодрить себя, он, наоборот, громко топнул и подался вперёд.
— Хватит, Ядвига, — хмуро произнёс я. — Не нервируй наших гостей.
— Ш-ш-ш!
«Как скажешь. Пойду ещё крысок приведу».
Она плавно поползла мимо нас обратно во тьму подземных тоннелей. Нестеровы, Вадим и Иван Бессмертный проводили её заворожёнными взглядами.
— Дядя Костя, а она так у вас любого монстра подчинить может? — не выдержал Тимофей.
— Давай-ка парень без этого «выканья», — покачал я головой.